Вторая попытка - Екатерина Тильман

Как ни странно, после этих слов Евгений почувствовал, что паника отпустила его. Был факт, была пусть самая страшная, но определенность. Он задал еще несколько быстрых вопросов:

— Как давно они ушли?

— Ну… минут десять назад, не больше. В общем, как стемнело… Крест сколотили, и…

Интересно, крест им сам Лучевский сколачивал? Как честный столяр, пострадавший от колдовства? Впрочем, это неважно…

— Вы догадались предупредить эсперов?

— Фил побежал. С полчаса назад. Я не пускал, но он…

Господи, какое счастье, что Фил влюблен в Ингу! Может быть, эсперы успеют спрятаться в горах…

— Вы звонили в полицию?

— Да. Но…

Евгений бросил трубку. Любые «но» его не интересовали: полиция еще может успеть, должна успеть! В конце концов, это их первейшая обязанность!..

— Полиция Сент-Меллона, дежурный, — коротко представился незнакомый голос. — Что случилось?

Быстро назвав себя, Евгений выпалил в одной фразе все, что знал о панике в поселке.

— Их надо немедленно остановить! — почти закричал он.

— Да, нам уже сообщили о беспорядках, — откликнулся дежурный… и спокойствие в его голосе очень не понравилось Евгению! — Не волнуйтесь, я уже включил Шотшаны в маршрут воздушного патруля!

— Вы меня не поняли, — с ледяным бешенством произнес Евгений. — Речь не идет о простых беспорядках, это погром! И если вы плохо представляете себе, что это такое, то вспомните телерепортажи!

— Погром? У нас? — недоверчиво протянул дежурный. — Ну, вам, конечно, виднее… Только, — голос его стал растерянным, — сейчас у меня нет ни одной свободной машины… Вы же знаете, что сегодня праздник, в районе полно происшествий! Может, все-таки лучше дождаться патруля?

— Не лучше! — резко ответил Евгений. — Толпа уже вышла, у вас остаются минуты! Немедленно снимайте с маршрута любой вертолет и гоните его в Шотшаны как можно быстрее! А за себя можете не беспокоиться: к завтрашнему утру все прочие «происшествия» померкнут рядом с этим… при любом исходе! Действуйте! Где ближайший вертолет?

— В Сирине, — быстро ответил дежурный, начиная осознавать серьезность ситуации.

Евгений мысленно застонал: минут двадцать лету, не меньше! А толпа вышла десять минут назад! И еще: ночью возле «Лотоса» снизиться почти невозможно, значит, вертолет сядет в поселке, и догонять погромщиков полицейские будут пешком. Безнадежная затея! Получасовое опоздание, да еще при плохом знании местности…

— Ваш пилот знает, где находится "Лиловый лотос"? — спросил он.

— Вряд ли… Если только найдет по карте…

Ну естественно! Значит, единственный выход — перехватить погромщиков еще до «Лотоса», точнее, до переправы, там, где дорога еще широкая…

— Слушайте меня внимательно! Передайте пилоту: пусть идет к поселку, но не садится. От поселка к «Лотосу» ведет дорога, надо держаться вдоль нее, искать факелы. Найдет — пускай действует…

Евгений положил трубку и повернулся к Алине:

— Дай свою машину… а лучше отвези меня на аэродром! Только ради всего святого, ни о чем не спрашивай!

Он чувствовал, что просто не в состоянии разговаривать — так горько и мерзко было у него на душе. Неужели и по эту сторону гор, возле милого его сердцу Сент-Меллона, возможны такие ужасы? Первобытный страх, бездоказательные подозрения — и люди готовы идти убивать?! Но как они наутро смогут посмотреть друг другу в глаза? Ладно бы мы действительно произошли от обезьян — а ведь еще только происходим!..

Когда "дом за рекой" пустовал, жители поселка почти не бывали там. Другое дело раньше, когда там была сейсмостанция! Можно было не только поговорить с персоналом, но и получить какую-нибудь мелкую работу — даже небольшой заработок никогда не бывает лишним, особенно, в такой глуши…

Но сейсмостанцию перенесли, и ходить туда больше не было смысла разве что мальчишки залезут из любопытства, или кто-то из сельчан победнее рискнет поживится чем-нибудь в заброшенном здании. А после появления эсперов естественный интерес к новым соседям быстро сменился почтительным уважением — и полным нежеланием ходить в гости!

…И теперь Фил, хоть убей, не мог вспомнить, какая из двух тропинок ведет к «Лотосу»! Только что она была одна — уверенно поднималась вверх от переправы — и вдруг разделилась: ну, и куда дальше? Он попытался представить себе план местности, но очень быстро ощутил, что по точным наукам был в классе последним…

Наконец Фил махнул рукой и положился на везение — должна же быть справедливость на свете! Начинало темнеть, он нервничал и торопился: вот-вот из поселка выйдет жаждущая мести толпа, надо успеть раньше…

Подъем становился все круче, ущелье сужалось, камни коварно выскальзывали из-под ног. Повернув к закату циферблат часов, Фил не на шутку встревожился: он уже давно должен быть на месте! Вернуться? Или пройти еще немного?..

Наконец ущелье кончилось… но никакой лощины впереди не было! Тропинка поворачивала вправо, петляя вверх по склону, а внизу… Фил остановился, не желая верить своим глазам: под крутым каменистым обрывом метров десять, не меньше! — светились окошки «Лотоса»…

Значит, он все-таки ошибся на развилке! Черт возьми… Днем и с веревкой он спустился бы здесь без проблем, но сейчас… С минуту он с тупым отчаянием смотрел вниз. Какая мирная картина: уютная лощина, темный силуэт дома, фантастические очертания ветряка над ним, разноцветные занавески на светящихся окнах… И где-то там внутри Инга… И вот-вот сюда ворвется отвратительная толпа убийц! (Фил старался не думать о погромщиках, как о своих односельчанах, легче было вообразить их чем-то вроде инопланетян…) А эсперы еще ни о чем не подозревают!

Что же делать? Покричать? Не услышат, да и опасно кричать на незнакомом склоне… Может, вернуться к развилке? Но уже почти стемнело, и можно опять заблудиться… Да и некогда бегать туда-сюда! Нет, хватит прятать трусость за раздумьями: ясно, что есть только один выход! Фил снова подумал об Инге, и желание спасти ее растопило последние опасения…

Он медленно двинулся вдоль обрыва, внимательно разглядывая изломанную каменистую кромку, пока не нашел то, что искал: узкую расщелину в монолитной стене, уходящую вниз, к пологому травянистому и такому безопасному склону. Если спускаться по ней, то можно будет упереть спину и даже отдыхать по пути… И не раздумывая больше и не глядя вниз, Фил распластался на траве и осторожно свесил ноги с обрыва…

…Он довольно уверенно, хотя и медленно, спускался по отвесной расщелине. Страх куда-то исчез, осталась только ночь, окружавшая его со всех сторон, и теплые шершавые камни под руками. Фил осторожно выбирал следующую опору, упираясь в края расщелины ногами и спиной и плавно перенося тяжесть с ноги на ногу, когда вдруг почувствовал, что спину его больше ничего поддерживает. Он судорожно вцепился пальцами в камни и только теперь позволил себе оглядеться…