Природные катастрофы. Том 1 - Ли Дэвис

В некоторых центральных частях города из-под тяжелых обломков торчали руки и ноги. В сообщениях с мест говорилось, что порой врачи, чтобы освободить человека от каменного плена, ампутировали руки и ноги на месте без анестезии.

Когда спустилась ночь, отряды переживших шок людей заработали в качестве спасателей при свете прожекторов. При этом использовались все доступные источники электроэнергии. Алжирское правительство обратилось за помощью к правительствам других стран. Быстрее всех откликнулись Швейцария и Франция. Первая прислала отряды альпийских спасателей, вторая — пожарных и собак, натренированных па поиск засыпанных завалами людей. На помощь прибыли медсестры из Советского Союза. Нидерланды и Западная Германия поставили кровезаменители, медицинское оборудование и палатки. Из фонда помощи США поступило 25000 долларов.

А среди курьезных можно назвать случай, когда спустя две недели после землетрясения спасатели откопали в руинах 6 человек, оставшихся в живых. Они были застигнуты землетрясением в кафе, где им удалось продержаться столько дней благодаря лимонаду.

АРМЕНИЯ (СССР)

7 декабря 1988 г.

7 декабря 1988 года в Советской Армении было зарегистрировано землетрясение силой 6,9 балла по шкале Рихтера. Оно разрушило две трети Ленинакана — второго по величине города Армении, практически уничтожило целый ряд городов и деревень. По официальным данным, погибли 28854 человека, 12000 человек были ранены и еще 400000 человек остались без крова. По неофициальным данным, число человеческих жертв достигло 55000 человек.

Бессилие бюрократии, контраст между годами правления в СССР Леонида Брежнева и Михаила Горбачева, ужасные причуды природы — все это проявилось в страшной катастрофе, произошедшей в Советской Армении 7 декабря 1988 г. в 11.41. Горбачев, находившийся с официальным визитом в Нью-Йорке, услышав о происшедшем, прервал визит и вернулся домой.

Это одно из самых страшных землетрясений в данном районе за последние 80 лет и самое ужасное за годы Советской власти. «У меня за плечами опыт Чернобыля, — сказал газете «Известия» министр здравоохранения СССР Евгений Чазов. — Но ничего подобного я раньше не видел. Масштаб происшедшего просто катастрофичен».

Ленинакан — второй по величине город в Армении — на две трети был разрушен. Половина Кировакана, города со 150000 населением, превратилась в развалины. Спитак с населением в 30000 человек в результате землетрясения практически перестал существовать. Толчки ощущались к востоку — до столицы Советского Азербайджана Баку и к северу — до столицы Советской Грузии Тбилиси.

По свидетельству доктора Роберта Уоллэса из Геологического центра исследования землетрясений Менло-Парк (Калифорния), район бедствия представляет собой «структурный узел», образованный взаимодействием нескольких твердых тектонических плит. Широкая зона, раскинувшаяся от Средиземного моря до Гималайских гор, представляет собой реликт Тетиса, древнего моря, когда-то отделявшего Евразию от Африки и Индии. Континенты сблизились и прижались друг к другу как раз над зоной, прежде бывшей морем. В свою очередь, возникшее здесь давление вызывает землетрясения, вулканическую деятельность и процессы горообразования. В 893 году произошедшее в этих местах землетрясение унесло 20000 жизней, а землетрясение 1667 года (близ Шемахи) погубило 80000 человек.

Особенно страшным в армянском землетрясении 1988 года было количество человеческих жертв, обусловленное непродуманным строительством большинства жилых домов в данном районе. Построенные небрежно и с большой экономией в эру Брежнева, они просто обрушились на головы жильцов. Часы на городской площади Ленинакана замерли в 11.42 — минуту спустя после начала землетрясения. Везде, где когда-то стояли жилые дома, в диком беспорядке валялись блоки и обломки, пальцами торчали изогнутые балки. Печально бродили уцелевшие люди, пустыми глазами отыскивая среди руин лица родных.

Поезда были сброшены с рельсов, грузовики завалены оползнями, мощные автомобили, словно игрушки, валялись разбросанными вдоль дорог. Повсюду полыхали бесчисленные пожары, возникшие при повреждении газопроводов и электролиний.

«Все было, как в замедленном кино, — вспоминала момент землетрясения работница чулочной фабрики Рузанна Григорян. — Я видела, как падала бетонная панель. Я хваталась за каждый кусок бетона, за каждый металлический стержень под рукой, пытаясь сантиметр за сантиметром освободиться из плена. Потом я узнала, что делала это на протяжении многих и многих часов».

«Раздался громкий гудящий гул, потом из-под земли вырвался пар, и здания стали качаться, как лодки, — рассказывал позже житель Ленинакана Геворк Шахназарян, описывая первый и самый страшный из трех толчков. — Казалось, что земля закипела».

Советское телевидение показывало обезумевшего человека, стоявшего среди груды деревянных и бетонных обломков и с отчаянием показывавшего на обгорелую кучу обломков, бывших когда-то кухней. Его брат обедал там в тот момент, когда произошло землетрясение. Тело отца только что извлекли из-под развалин. Врата так и не нашли. «Никто не смог бы жить здесь, — говорил человек сдавленным, вызывавшим ужас голосом. — Горе так ужасно».

Майор из Ленинакана Эмиль Киракоеян потерял всю семью, состоявшую из 15 человек. «Их больше никого нет, — плакал он в телестудии. — А я должен продолжать работать».

Спасатели день за днем продолжали раскапывать завалы. Четыре дня спустя после землетрясения машинист башенного крана Антон Сукисиканян сказал советскому телевидению: «Мы откопали 23 живых человека, но я не хочу говорить, сколько мы извлекли мертвых тел. В этом здании работали 280 человек».

Двенадцать жилых домов Ленинакана перестали существовать. То, что было когда-то девятиэтажным зданием близ центральной площади, превратилось в двенадцатиметровую гору обломков, перемешанных с лоскутами одежды, занавесками, матрацами. По иронии судьбы, одним из зданий, рассыпавшихся в пыль, оказался сейсмический институт Армянской академии наук.

Низкое качество панельных и блочных зданий, а также отсталость советской медицины в значительной мере снизили эффективность спасательных работ. Но как бы то ни было, перестройка Горбачева способствовала широкому отклику на катастрофу. Правительство согласилось принять интернациональную помощь, которая вряд ли была бы возможна в более ранние годы. Уже 10 декабря бригада французских пожарников с 36 собаками выгрузилась на двух авиалайнерах «ДК-8», а в московский аэропорт прибыл транспортный самолет «Геркулес», доставивший палатки, одеяла, медикаменты и специальное оборудование.

В тот же день над значительной частью территории Советского Союза опустился густой туман, отсрочивший доставку помощи и спасательных средств. Одиннадцатого декабря на подлете к Ленинакану разбился советский военный транспортный самолет с 9 членами экипажа и 69 военнослужащими на борту. Днем позже на подлете к переполненному самолетами аэропорту Еревана разбился военно-транспортный самолет югославских военно-воздушных сил. Его экипаж из 7 человек погиб.

Хаос нарастал. Газета «Правда» обвиняла защищавшуюся изо всех сил бюрократию в потере контроля над ситуацией, в халтурном строительстве «периода стагнации» восемнадцатилетнего правления Леонида Брежнева. 46 стран (самая значительная помощь со времен Второй мировой войны) продолжали начатое дело. Их посланцы проводили огромную работу не покладая рук, несмотря на то, что дожди размыли дороги, не хватало кранов, медицинского оборудования, антибиотиков, кровезаменителей. Ко всему прочему присоединились новые проблемы: мародерство и усиление этнической напряженности.

12 декабря советское телевидение сообщило о попытке ограбления сберкассы в Спитаке, городе, который землетрясением был стерт с лица земли. Армейский офицер рассказывал, что солдатам пришлось сдерживать толпу народа, которая хотела разорвать грабителя прямо на месте. «Как видите, горе не всегда сплачивает людей», — заметил главный советский обозреватель Геннадий Герасимов.

На следующий день на улицах Ленинакана появились автомобили с громкоговорителями, советуя лишившимся крова людям оставить город. Все же значительная часть уцелевших людей, покрытых сажей и грязью, осталась в городе. Люди продолжали поиск родственников, знакомых, имущества. И, что более страшно, искали «памятные сувениры».

150 человек были задержаны за мародерство, включая и человека из Кировакана, которого застали в тот момент, когда он снимал с трупов часы и украшения.

Отчаяние толкало спасшихся в катастрофе людей бродить среди неустойчивых развалин, спать у лагерных костров прямо на снегу. Доведенный до отчаяния 46-летний мужчина, потерявший всю семью, зарезал себя ножом в Ленинакане.