Литературная Газета 6476 ( № 34 2014) - Литературка Литературная Газета

Мы прилетели в Таормину в разгар международного кинофестиваля. Рядом вело работу жюри международной премии имени Гёте. Оно же решало и судьбу премии имени Анны Ахматовой. Кто эти люди?

Все они из разных стран. Среди них я одна из России. Самый заметный, громкоголосый Дино, а точнее, Константино Папале (с ним я уже несколько месяцев переписывалась по интернету). Он представляет позицию мэрии Таормины. Собственно, он – куратор и организатор этих литературных торжеств.

Из всех членов жюри самый молчаливый Энрико Тиоццо, профессор Геттенбергского университета (Швеция). Рядом с ним высокая, красивая шведка Улла, бывшая его студентка, ныне жена и помощница, мать двоих детей. А вот знаменитый Витторио Сгарби.

Международное жюри конкурса имени Гёте рассматривает произведения литераторов из разных стран, но пишущих о Таормине. Кто-то живёт в Швеции, кто-то в Англии, Америке, но они по рождению сицилийцы, поэтому забота у них, как я поняла, одна: поднять живописный городок Таормину, а вместе с ним и всю Сицилию в мировом общественном мнении. Международная премия имени Анны Ахматовой определилась внутри конкурса имени Гёте, но отдельно, самостоятельно. Так и экономически было удобно. Удивительно? Странно? Да. Я подумала, что Ахматова непременно сказала бы, что у неё иначе не бывает.

Я реально ощущала, как точно совпали Сицилия и Анна Ахматова. В их образах и судьбах есть завершённость античного мифа. Париж, Рим, Токио – любой город был бы Ахматовой к лицу, но Сицилия, премия «Этна–Таормина» – попадание в десятку, в зеро зерна.

Здесь всё кажется ахматовским. Три моря. В море разбросаны осколки скалы. Говорят, это и есть те камни, которые Полифем бросал в Одиссея. Сицилия – живая поэма.

Ахматова, выходящая из мифов, рифмуется с Сицилией, выходящей из морей.

Если у Сицилии – три моря, то у Ахматовой – слияние в одной человеческой личности трёх мифологий.

Русская православная нота, словно душа одухотворённая.

Античная мифология, словно дух одушевлённый. И увидела я третий, глубоко скрытый код: реальность, телесность поэзии. Неверно говорить, что мир Ахматовой – без героя. В её судьбе есть скрытый сквозной герой. Ему она верна, ему адресована. Герой этот – ХХ век. Немного тех, кто решился взять это столетие на свои плечи. Она взяла. И не согнулась.

Июнь 2014 года. Дворец конгрессов Таормины. Полный зал разноязычной публики, «включённой» в событие. Много русскоговорящих. Объявленная афишами по всей Сицилии начинается презентация премии имени Анны Ахматовой.

На сцене появляется Дино Папале. Очень эмоционально говорит о значении культурного события, собравшего здесь столько людей. Лариса Васильева спокойно сидит в первом ряду. Она, конечно, уже знает, что получит премию имени Анны Ахматовой. Разве в Италии можно что-то скрыть, если скрывать нет необходимости?

Эмоционально говорит профессор Витторио Сгарби, известный и влиятельный в Сицилии человек. Он – знаковая фигура – журналист, искусствовед, знаток культуры, философ, оратор, телеведущий.

И вот посреди сияющей огнями сцены мы с переводчицей из Мессины представляем победительницу.

Лариса встаёт. Зал аплодирует. Снова звучат слова уже по-итальянски – и зал взрывается овациями.

– Судьбы обеих русских поэтесс украинского происхождения начались на Украине. Родина Анны Ахматовой – в девичестве Горенко – пригород Одессы. Родина Ларисы Васильевой – в девичестве Кучеренко – Харьков. Ахматова училась в Киеве, Васильева – в Москве. Отец Ахматовой – инженер. Отец Васильевой – инженер, один из создателей танка Т-34. В небольшой бывшей квартире, где жила семья Ларисы Васильевой в Харькове, ныне районная библиотека, куда писательница регулярно ездит, привозит в дар новые книги, выступает перед читателями.

На сцене Лариса Васильева.

– Анна Ахматова многозначна. Она показала особенность нашего времени – рядом с прогрессом, решительно изменившим облик Земли, защитно встала её материнская фигура.

Благодарю Бога за счастье получить ахматовскую награду вблизи великого вулкана, там, где Анна Ахматова получила свою.

Благодарю тех, кто принял это решение. Постараюсь не уронить нелёгкой ноши: причастности к ахматовской судьбе.

Ничто в жизни не случайно. Ахматова – пророчица. Ровно сто лет назад она в стихах 1914 года предупредила нас, сегодняшних:

Сроки страшные близятся. Скоро

Станет тесно от свежих могил.

Ждите глада, и труса, и мора,

И затменья небесных светил.

Только нашей земли не разделит

На потеху себе супостат:

Богородица белый расстелет

Над скорбями великими плат.

Зал требует стихов Васильевой. Я волнуюсь: Лариса сейчас прочитала великие строки ахматовского пророчества, может ли что-нибудь стать рядом с ними? Смотрю на неё. Мы встречаемся глазами, и я вспоминаю, как она вчера сказала мне: «Нельзя сравнивать яблоко и грушу, сосну и ель, Ахматову и Цветаеву».

Успокаиваюсь.

Кто сказал, «проходит Время»?

Мы проходим, а оно

недоступной тайной теме

навсегда подчинено.

Быстротечно. Недвижимо,

неразгаданно в веках...

Проплывают страны мимо

на своих материках,

проплывают мимо страсти,

вдохновенье и порыв,

правда сердца, сила власти,

спелость трав и зрелость нив,

а оно всегда высо́ко,

сквозь густые облака

смотрит гордо, одиноко,

искоса, издалека.

В тот же день, поздним вечером 18 июня, в одной точке Таормины, на вершине горы Тауро, в древнем Греческом театре при огромном стечении народа сходятся завершения трёх событий: кинофестиваля, вручения премии имени Гёте и премии имени Анны Ахматовой.

Огромная чаша античного Греческого театра. На экране над циклопической сценой проносятся молниеносные клиповые кадры – древний город – гора – древний театр – вихрь строк – лица международного жюри – лица победителей.

Дино Папале, парадный и впечатляющий, ведёт первую часть торжества – премия имени Гёте вручается за лучшие публикации о Сицилии. Но вот Папале объявляет публике о новой награде, первой Международной премии «Этна–Таормина» имени великой русской поэтессы Анны Ахматовой. Вместе из зала восходят по высоким ступеням Лариса Васильева и Владимир Коротков.

Замирают перед огромным залом. За их спинами – вулкан Этна. Над ними ослепительно-раскалённая полная Луна, тоже участница действа. Вот это декорация!

Коротков говорит об истории премии «Этна–Таормина», полученной Ахматовой в 1964 году, и её возрождении, а также о поддержке её Министерством иностранных дел России.

Он же оглашает решение жюри, называет имя ныне награждённой. Великолепная большая бронзовая медаль. Мэр Таормины вручает Ларисе Васильевой раскрытый чёрный футляр с мягко блестящей наградой внутри.

Папале кланяется публике, широким жестом показывая окончание процедуры.

А ответное слово? Победители премии Гёте выступали. Неужели Ларисе не дадут сказать? Это что, «работают» антирусские настроения? И она, словно слышит моё волнение. На сцене происходит непредвиденное: дитя Великой Отечественной войны Лариса, дочка начальника Главтанка СССР, тряхнув своей беспартийной чёлкой, делает решительный шаг в сторону мощного Папале – и выхватывает у него микрофон.

Зал замирает перед нестандартной, неожиданной ситуацией.

А она, стоя плечом к плечу с Папале, отчётливо, внятно произносит похожим на ахматовский низким голосом:

– Пусть прозвучит здесь живая русская речь!

И дальше – без паузы:

– Вы, сицилийцы, своим вулканическим теплом от пламени Этны согрели великого русского поэта Анну Андреевну Ахматову!

Коротков переводит.

– А-а-а! – радостно ревёт театр.

Васильева трижды, в пол, кланяется залу.

Утром следующего дня Владимир Львович Коротков повёз меня и Ларису в Мессину.

Центр города. На набережной, у моря, год назад образовалось достопримечательное место. Тенистый сквер на перекрёстке перенасыщенного движения двух трасс. Этот островок тишины посреди транспортного шторма получил название «Площадь русских моряков». Она – итог долгих, многотрудных усилий тех, кто благодарно помнит прошлое.

«Площадь русских моряков» стала местом, притягательным для благодарных мессинцев. Мессина никогда не забудет русских подвигов.

В 2012 году здесь установлен памятник русским морякам, спасавшим город от чудовищного землетрясения 1908 года. Прошлой весной установили бюст великого Фёдора Ушакова, спасшего Сицилию от флота Наполеона. Год назад здесь, на этом месте в Мессине прошёл грандиозный праздник любви и дружбы между двумя такими созвучными народами.