Взрослая дочь - Саша Ройс

- Нет. Но она позвонила на домашний телефон, и предупредила, что леди Лаура настойчиво приглашала её к себе в гости, поэтому она не смогла отказать.

- Лаура может… Ладно. Где мать?

- Уехала.

Свирепо раздуваю ноздри.

- Надеюсь, не в аул шабаша и разврата? – взметаю брови.

- Господин Солор…

- Проще, Стефан, по делу.

- Уехала, и слушать никого не стала.

- Свяжи меня с людьми, которые за ней наблюдают.

То Николь, то мать. Угомонил одну, взбунтовалась другая. Господи, когда-нибудь будет мне покой?

- Немедленно?

Приподнимаю с подлокотника руку в жесте, мол, не торопись, чуть позже:

- После ужина, – пододвинув пуф, водружаю на него ноги, - я поужинаю в одиночестве, раз никого нет.

- Господин Солор, у меня есть для вас ещё одна новость. Она хорошая, - на опережение уверяет дворецкий.

- Ну, говори уже, - разрешаю.

- Я уладил дела, госпожи Николь. Остались некоторые формальности, ей нужно подписать документы и я их переправлю. Денежные средства переведены. Ответные документы со второй стороны получены.

- Где деньги взял? Свои? – этому преданному человеку ничего не жалко, лишь бы угодить хозяевам.

- Из расходного фонда на дом. Поэтому в ближайшие дни его нужно будет пополнить, чтобы всё работало в привычном режиме.

Переплетя на животе пальцы, лениво откидываюсь на спинку кресла:

- Пойдёшь ко мне в личные помощники, Стефан? Я тебе и секретаршу молодую подберу, или сам можешь выбрать.

Дворецкий смеется, по достоинству оценив мою шутку.

- Куда мне?! В следующей жизни, господин Солор, в следующей жизни.

- Договорились. Поторопи с ужином. Уж больно я проголодался.

- Слушаюсь, - легкий поклон и дворецкий уплывает в столовую.

Через четверть часа я сижу за столом и ужинаю. В голове обозначаю, план действий, которые выполню, как только поем. 1. Связаться с охранниками матери. 2. Позвонить Николь. Нет, сначала «Проверю документы», потом «Позвоню Николь».

В помещение проходит Стефан. Во время трапезы он меня беспокоит только по самым важным случаям. Его появление, когда я ужинаю, не сулит ничего хорошего. Откладываю приборы, беру салфетку, понимая, что мой ужин преждевременно завершён.

- Что случилось?

- К вам гостья – госпожа Адель.

- Какого чёрта её охрана пропустила? – порывисто поднимаюсь и быстрым шагом иду вдоль стола. – Это твоё упущение, Стефан, - чуть ли не тычу пальцем в грудь старику. – Ты же знаешь, я не привожу баб в дом!

- Извините, господин Солор, она соврала охранникам, что пришла устраиваться на работу в качестве прислуги…

- Не оправдывайся! Уже поздно. Где она? – всё больше свирепею.

- Я проводил её в кабинет.

Сжимаю кулаки и выдаю рык злости и бешенства одновременно.

- Сгинь! – отмахиваюсь от тупого старика. Пора его менять.

Влетаю в кабинет и с шумом закрываю дверь.

- Какого хрена ты сюда явилась? – рычу я, останавливаясь около неё.

Адель успела устроиться в кресле у рабочего стола и сейчас смотрит на меня своими невинно-красивыми глазками, изображая несказанное удивление. Через пару секунд поняв, что это на меня не действует, она глядит на меня уже одинокой волчицей.

- Если бы ты отвечал на мои звонки, Солор, мне бы не пришлось к тебе приходить. – Сверкает глазами она. - Я знаю о твоем золотом правиле, что ты не допускаешь любовниц в дом, однако замечу, я ею сейчас не являюсь.

- Тогда нахрена ты припёрлась? – распахиваю глаза.

- Чтобы сообщить тебе, что ты скоро станешь папой.

Глава 50.

Солор

Коварно-спокойная улыбка уселась на губах Адель королевой. На дне красивых глаз улавливаю всплеск страха.

Поднимаю взгляд к потолку.

Бл***!

Круто разворачиваюсь на пятках. Сжимая кулаки, и плотно стиснув челюсти, вибрирую злостью, погашая, насколько это возможно, вырывающийся из глотки рык.

Отпружинив на носках, обхожу стол – подальше от Адель, подальше…

Встаю за него. Мне не до посиделок. Уперевшись пальцами о его углы, нависаю над ним, и вскидываюсь на бывшую любовницу.

- Ты – сука, которая обманула меня во второй раз!

Вместо ответа экс-эскортница ныряет в сумочку размером с карман и вынимает оттуда – о, чудо! – бумажки в два, а того и в четыре раза больше. Выкладывает передо мной чёрно-белый «пасьянс».

- УЗИ. Анализы. Справка. Рекомендации. – На последней «карте» поднимает на меня глаза. – Дородовый тест на отцовство. Ребёнок твой, Солор.

Она одёргивает руку и чиркает молнией сумочки. Опускает подбородок. Ладонь в успокоительном жесте прижимает к груди.

Я наблюдаю за ней, чтобы не вспыхнуть факелом от гнева. От бешенства.

Не могу. Не вспыхнуть.

- Ты всё продумала, тварь! – взметаю бумажки перед её лицом. - Ты. Всё. Сука. Продумала.

Она накрывает рот ладонью и начинает рыдать.

Чтобы её не убить, как пьяный, отшатываюсь в сторону. Шагаю вправо, к противоположной стене. Запускаю пальцы в волосы, потерянным взглядом шарю в пространстве. Ничего не понимаю…

- Кто? Кто тебя заставил это сделать? – вроде бы спокойно начинаю я, и с нажимом добавляю: – Ты ж не дура, чтобы забеременеть «случайно»!

В глазах её мелькает один ответ: «я прав в своих подозрениях», но, видимо, недостаточно нажал, чтобы узнать имя.

- Кто? – рявкаю я, яростно топнув ногой.

- Ибрагим! Ибрагим Давидович…

Мой гнев получил иную цель. Истинную. Эта мразь достает меня с того света. Портит жизнь и решает за меня.

Всё облако ярости переношу на того ублюдка, который практически всю жизнь портил и мне, и маме. И сейчас решил подоср***.

Вычислив гада, теперь я могу приемлемо говорить с Адель.

Хватаю бумажку с анализом ДНК.

- Ты получила его сегодня, - адресую бывшей пассии вопросительный взгляд.

- По достижению шести недель беременности можно провести подобный тест.

Мышцы нижней части моего лица напрягаются, зубы скрепят.

- Знала с самого начала.

Роняет взгляд.

- Ибрагим сказал, что ребёнок заставит тебя взяться за ум. Он обещал, что уговорит тебя жениться на мне. – Нервно сглатывает. - Я поверила.

- Ты спала с ним? – вопрос чисто формальный, но важный для меня.

Адель поднимает голову:

- Твой отец не из тех, кто пользовался эскортом. Ходили слухи, что его постоянная любовница жила в Мюнхене. Больше я ничего не знаю. Он меня просто нанял, вот и всё.

- Когда? – вперяю взгляд в Адель.

- Сразу после того, как у нас всё