Осколки зеркала - Том Белл

подошел ко мне, когда я готовила место для завтрака для него и нашего отца.

– И что он спрашивал?

– Про тебя, Кайсин! Ну и про меня немного. Спрашивал об учебе, о том, чем мы занимаемся в течение дня, есть ли у нас друзья…

– Друзья? – сердце Кайсин ухнуло в пятки. – Что… ты ему сказала еще? Ты рассказала про тот день, когда нас спас Лю?

– Что? Я… – Мэйсу на миг замялась. – Нет-нет, ты что, конечно, нет. Зачем ему знать про такое? Ужасный день, ужасный день. Он бы мне все равно не поверил.

Сестра игриво засмеялась и начала расспрашивать Кайсин про ее самочувствие, но та почти не слушала. Страх отступил. Но не исчез, а превратился в нечто большее.

Что, если Мэйсу лжет? Что, если она рассказала Тейтамаху все? Что, если он узнал про Лю?

Выходя с площади, Кайсин бросила короткий взгляд на цепочку солдат в черных доспехах из личной охраны посланника. Их стало еще больше. Они были повсюду, словно захватчики, которые вторглись в беззащитный город и заняли все дома и дороги. Мрачные, суровые, угрожающие. Им разрешили вновь вооружиться, и сейчас по всему поместью Мао возвышался целый лес копий и алебард. Кайсин поняла, что покраснела. Сердце забилось быстрее и было готово вырваться из груди.

Лю должен был прийти к ней!

Она сама позвала его!

Но он так и не появился. Вдруг его поймали и казнили?

Выпитый на церемонии чай запросился наружу. Кайсин с трудом сдержала тошноту и ускорила шаг. Она никогда не простит себя, если из-за нее с Лю что-то случится. А с ним случится! Никто не сможет пробраться незамеченным через посты солдат Тейтамаха. Их слишком много! И зачем она только позвала его? Почему не прогнала?

Какая же дура!

Слезы сами наворачивались на глаза, но кулаки сжимались от бессильного гнева. Она должна что-то предпринять. Обязана! Нужно узнать, что с Лю, предупредить его. Запретить ему приходить сюда. Но как? Что она может сделать? Она даже не знала, где он живет и есть ли у него дом.

В трущобах…

Даже знай, где находятся трущобы, ей некого было направить с весточкой. Некому было довериться, кроме Си Фенга. Придется признаться ему. Иного выхода не оставалось. Кайсин решила поговорить со стражем при первой же возможности.

– Он поможет…

– Что ты говоришь, дорогая? – спросила Мэйсу.

Кайсин вздрогнула. Она совсем забыла про сестру. Девушки кивнули стражникам, охранявшим двери жилой части поместья, и прошли внутрь.

– Я… переживаю, – Кайсин попыталась уклониться от ответа.

По какой-то причине ей больше не хотелось секретничать с Мэйсу, как раньше.

– О чем? Все ведь налаживается. Скоро отец и господин Тейтамах договорятся, затем приедет Нефритовый маг. Нас ждет грандиозный праздник! Там, наверное, будут все, даже Император! Духи, я никогда не видела Императора! А потом пойдут дожди, в конце лета соберут урожай риса, и никакой голод не страшен. – Мэйсу погладила сестру по плечу и просияла. – Не о чем переживать.

– Просто хочу, чтобы все прошло хорошо.

– Все и будет хорошо, дорогая сестра. Все так и будет.

Подъем по лестницам и блуждания по длинным коридорам дались Кайсин тяжело. Она перебрала все мысли в голове и впала в уныние. Кажется, все это неизбежно. Изменить что-либо было не в ее силах. Она была обязана подчиниться любому решению отца. Осталось лишь дождаться, когда он сам все ей расскажет.

До тех пор Кайсин приложит все силы, чтобы уберечь Лю от неминуемой гибели.

– Пришли, – объявила Мэйсу, когда они оказались возле покоев Кайсин. Ее хорошее настроение злило. Служанка, будто нарочно, раздражала Кайсин. – Тебе что-нибудь нужно, дорогая?

– Нет, – коротко ответила Кайсин. – Мне надо отдохнуть.

– Да-да, я понимаю.

Вместо того чтобы оставить сестру в покое, Мэйсу первой прошла мимо охранников, стоявших перед дверьми, и зашла в комнату. Кайсин лишь тяжело вздохнула и последовала за ней. Ей хотелось побыть одной. Этот день утомил ее, а переживания выжали досуха. Сил осталось, только чтобы дойти до кровати. Все официальные церемонии и встречи на сегодня были закончены, значит, ни отцу, ни чиновникам из приветственной свиты, ни тем более Тейтамаху она не понадобится. Никто ее не побеспокоит.

Кроме Мэйсу.

Сестра уже кружилась возле зеркала, рассматривала свое лицо и как ни в чем не бывало напевала, будто и не было между ними размолвки. Но почему тогда Кайсин до сих пор чувствовала злобу на себя? Почему в наигранном поведении Мэйсу читалась обида, будто она специально подначивала и выводила сестру из себя?

Кайсин прошла к окну, распахнула сетку от насекомых и выглянула на улицу. Совсем недавно, всего несколько дней назад, здесь сидел Лю, подглядывал за ней, наглец, а потом пытался что-то ей сказать. Он был таким забавным и милым, когда запинался и стеснялся. Он боялся ее больше, чем она его. Укол совести кольнул Кайсин. Она была слишком строга к нему.

Но и ему не стоило вот так заявляться без спроса!

Кайсин улыбнулась, вспомнив тот вечер. Сейчас она с радостью отдала бы все на свете, чтобы он снова появился здесь, хоть на короткий миг. Всего на один мимолетный момент…

– Дорогая!

– Что, Мэйсу? – резко сказала Кайсин. Она не стала оборачиваться и не отвела взора с верхушек сосен, что возвышались над невысокими крепостными стенами дворца. Солнце почти зашло. Последние лучи проносились над лесом и медленно угасали. – Прошу, скажи, что ты хочешь, и дай мне побыть одной.

– Я не займу много времени, – прошептала Мэйсу.

Кайсин ждала, когда сестра начнет рассказ, но стремительно теряла терпение. Она с трудом узнавала себя. Собственное поведение пугало ее, но всему виной наверняка были потрясения этого дня.

Мэйсу прочла ее мысли.

– Ты наверняка переживаешь, – наконец заговорила она. – Волнуешься. Что там ждет, впереди? На твоем месте я прыгала бы от восторга, но ты, как всегда, недовольна.

– На твоем месте, – огрызнулась Кайсин, – я бы хорошо подумала о том, как ты разговариваешь со мной.

– Да-да, прости меня, госпожа, – пролепетала Мэйсу, но в ее голосе открыто читалась издевка. – Ты же знаешь, что скоро случится? Что произойдет, когда приедет Нефритовый маг?

Кайсин промолчала.

– Об этом судачит весь двор, вся прислуга. Даже дурачки-конюхи из деревни уже обо всем догадались, – продолжала сестра. – Но тебе не угодить. Тебя ждет славная жизнь, а ты продолжаешь строить из себя невинную жертву.

Кайсин резко обернулась и гневно посмотрела на служанку:

– Ты зарвалась, Мэйсу! Я была слишком добра к тебе, слишком много позволяла. Говори, что ты хочешь, или я скажу страже, чтобы