Если бы я знал - Рейн Уайт

говорил, но какой к чёрту Тим, когда у него

сообщения от Джоя? Никита и сам не понимал, с чего вдруг так

ждёт от него сообщения, но склонялся всё к той же мысли, что

неделю назад. Вот бывает так: раз ― и понимаешь, что человек

твой. Как с Джоем.

Джой: «Есть, сэр, я уже выпиваю. Выглядит почти как

вино».

Сопровождалось сообщение фотографией винного цвета

напитка в тонконогом бокале. Ники хмыкнул. Вишнёвый сок, сто процентов.

Никита: «Правильно, пей, хотя лучше бы это была кровь

тех мудаков. А мы тут на природе сидим. Солнце жжёт, словно не пять часов вечера на дворе, а полдень».

Покосился на Димку, который углубился в очередной

долгий рассказ. Смотрел он в небо, так что Ник попытался тоже

сфотаться исподтишка. Как же без подтверждения?

― Может, завтра с нами, а?

Рука у Никиты дрогнула, фото получилось размытым. Он

мысленно выругался, но телефон опустил.

― Куда?

― Избавляться от новой домомучительницы Тима. Знаю, у

тебя там какие-то планы были, но, может, получится перенести?

Дима посмотрел на него, затем вовсе отвернулся, что-то

выискивая в сумке. Никита торопливо вскинул руку, делая-таки

неплохое селфи, и спрятал телефон за спину как раз к тому

моменту, как Димка снова улёгся на газоне.

― Я попробую… ― согласился Ник, нажимая кнопку

«отправить».

Хотя был на все двести уверен, что ни за что не попробует.

Завтра он планировал забежать на свадьбу. Между Джоем, с

которым было бесконечно легко, и каким-то неведомым

пацаном с няньками он, естественно, выбирал первого. А Димка

и без него не заскучает.

***

Джой сам не знал, как назвать их странное общение.

Дружбой? Но разве можно сдружиться за такой короткий срок?

Забавной перепиской? Да, определённо что-то такое в этом

было, но не только… Или, может, чем-то большим?

Он периодически возвращался к этой мысли, когда

открывал очередное сообщение, а находил забавное селфи Ника

с «самым мелким орущим недоразумением» или голосовое о

том, как он два часа «выбирал долбанные джинсы, а они всё

равно какие-то ублюдские», и фото джинсов. Такие сообщения

Джой переслушивал раз пять, только чтобы снова и снова

ощутить мягкие вибрации голоса, хотя и понимал, что это

смахивает на извращение и в какой-то степени даже на

мазохизм, но ничего не мог с собой поделать. А вот на джинсы

лучше бы полюбовался в надетом виде, а не в качестве

валяющейся на кровати тряпки.

Проще говоря, когда через неделю они всё же

договорились заказать пиццу, Джой чертовски нервничал, не

представляя, как себя вести. Самое смешное, что Ники

буквально вчера забегал к нему на работу и пару часов помогал

с юбилеем, а ещё недавно были две ночи в клубах, куда они с

Димкой, конечно же, рванули следом за Джоем. Так что

общения, как сетевого, так и живого, было хоть отбавляй! Но

почему-то эта встреча казалась иной. Неимоверно глупое

ощущение!

― Куда ты ведёшь нас, Сусанин-герой? ― пробормотал

Джой, шагая следом за целеустремлённым Никитой.

― Ты решил отрубить Сусанину ногу? ― хохотнул тот, на

мгновение оглянувшись, но не сбавляя скорости. ― Поверь, не

стоит, я дорогу знаю.

Они договорились встретиться возле уютной пиццерии, где можно было неплохо посидеть где-нибудь в уголке, но…

что-то пошло не так. Когда Джой оказался на месте, Ник уже

был там ― стоял на крыльце с двухлитровой газировкой под

мышкой и большущей коробкой пиццы. Газировку он сразу же

вручил Джою, а еду продолжал бережно сжимать в руках. И

поспешил Никита не внутрь кафе, а во дворы. Свернул за

ближайшим углом и двинулся напролом по тропинке между

цветущими клумбами.

В жарком летнем воздухе разносился насыщенный, душный цветочный аромат, а пыльца, казалось, скрипела на

зубах. Джой любил растительность, но не когда она обещала

вызвать аллергию. Фикус у окна и пара орхидей ― ради Бога, тонна неведомых ярких жителей клумб, от запаха которых

кружится голова, ― нет, лучше не стоит. Впрочем, раз Никита

куда-то спешил, Джой упорно шёл за ним, пока любопытство не

победило, заставив задать вопрос.

― Ты знаешь, а вот мне как-то не по себе. ― Он

отмахнулся от высоких стеблей чего-то, напоминающего

гигантские колокольчики.