Букет фрезий (СИ) - Елена Елина

Я уже сидела в такси, а Руслан убирал сумку в багажник, когда к нему подошел молодой человек в кожаной куртке и с суровым лицом. Именно такие бывают телохранители в фильмах. Что-то отдав и о чем-то тихо переговорив с Русланом, визитер ушел.

— Что-то случилось? — обеспокоенно поинтересовалась я у мужа, едва он сел в машину.

— Нет, все хорошо, — сев рядом, притянул меня поближе, — дома расскажу.

От его рук веяло теплом и спокойствием, но смутное беспокойство все же не хотело меня оставлять.

— Что же ты не позаботилась заранее? — съехидничал Руслан, наблюдая, как я освобождаю полки для его вещей.

— Да я как-то с мужем жить не собиралась, — отозвалась я.

— И что заставило тебя передумать? — незаметно для меня, муж оказался за спиной, и подсунул руки под мою домашнюю футболку, легко поглаживая живот, целуя шею, опаляя ее своим дыханием.

— Поменяла мужа, — как можно беззаботнее отозвалась я, удерживая себя, чтобы не повернуться, не поцеловать сразу, жадно, требовательно… Пусть он немножечко побудет главным.

Освободить место мне так и не дали, как и не стали раскладывать свои вещи.

— Значит, это я — маньяк? — прошептал Руслан, нависая надо мной. — Надо оправдать твое доверие.

Его руки и губы сводили с ума, танцуя по телу, выписывая на нем замысловатые узоры, и соединяя наши тела, любимый снова и снова кидал нас в пропасть, заставляя парить.

Вещи нам удалось разложить попытки с третьей. Или с четвертой. А после Руслан принес флешку.

— Давай посмотрим, — он вмиг стал серьезным.

Я включила ноут и прижалась к мужу всем телом. Происходящее на экране больше походило на киношный боевик.

Темно-синему Мазератти перегораживает выезд неприметная ржавая шестерка. Из иномарки выскакивает Глеб и что-то начинает орать. Я внимательно не слушала, но мат — вот уж не думала, что блондинчик знаком с русским могучим — доноситься совершенно явно, вкупе с угрозами и заявлениями о крутизне. И тут из шестерки, не спеша, я бы даже сказала вальяжно, вылезают несколько бойцов в камуфляже, масках и с автоматами. С какой-то дикой неторопливостью, словно букашке, Глебу заламывают руки и, словно играючи, показательно, кладут лицом на капот. В глазах у блондинчика паника — ему никто не поможет! Он один! Редкие прохожие стыдливо опускают глаза, озабоченно отворачиваются и торопятся побыстрее пройти мимо.

— Тебе в этом городе не рады, — почти ласково шепчет Глебу парень в камуфляже. И тут же отпускает свою жертву. Ласково помогает встать, поправляет выбившийся шарф, стряхивает снежинки с плеча.

— Понимаешь, братуха, мы люди подневольные, скажут яйца всмятку — значит всмятку, и никакие девушки тебе больше не понадобятся… — говорит второй, под локоток поддерживая Глеба и провожая того к своей машине.

— За бабу с хорошими людьми ссориться некрасиво, — нежно отчитывают Глеба, относясь словно к нашкодившему котенку.

Парень закрывает дверцу машины Глеба, вместе с напарником садится в шестерку и машина уезжает, оставляя растерянного, паникующего блондина.

На этом фильм заканчивается. Несколько минут мы молчим.

— А Глеб в полицию не пойдет? — спрашиваю я. Хотя, на кого ему заявлять? На неизвестных в маске? Так они ему даже повреждений не нанесли. Имен никаких не называли.

— Не думаю, — Руслан же абсолютно спокоен и словно повторяет мои мысли: — а на кого ему жаловаться? Да и потом, он же знает, что против серьезных людей выступать — себе дороже. Так что, соберет манатки и свалит. Не переживай. Может, перекусим? — отвлекая меня, муж чмокает меня в кончик носа и утаскивает на кухню.

Мы вместе готовим ужин. Точнее, не так. Руслан готовит, а я лишь помогаю. С готовкой у меня не самые дружеские отношения. И если за ужином мысли о Глебе нет-нет да проскальзывают у меня в голове, то после любимый заставляет меня забыть обо всем на свете самым действенным способом.

Новогодние каникулы пролетают незаметно. С сожалением, но приходится выйти на работу, где я узнаю, что Глеб уволился, продал свою квартиру и уехал в неизвестном направлении. Правда, идя вечером домой, мне кажется, что я вижу его машину, но оборачиваясь, уже никого не замечаю.

Через несколько дней Руслану окончательно сняли лангету и разрешили тренировки.

— Самые лучшие тренировки — это с тобой, — лукаво замечает он, но после на его лицо набегает тень. — Я несколько дней буду жить на базе. Днем тренировки, а вечером процедуры и массаж.

С грустью соглашаюсь. Я и сама буду волноваться, если он ночью будет ехать с базы. Да и если так будет лучше для его здоровья — придется потерпеть. И пора сживаться с ритмом жизни известного спортсмена. Как-то привыкла уже, что он рядом.

Ночь перед расставанием проходит жарко, и на работу я прихожу усталая, но довольная. Всем улыбаюсь, да и дела спорятся. А вот вечером, приехав к дому, некоторое время сижу в машине. В пустую квартиру совсем не хочется идти. И только то, что меня ждет сеанс связи с любимым по скайпу, заставляет выйти на улицу. Но не успеваю я сделать и нескольких шагов к подъезду, как нос и рот закрывает какая-то тряпка с противным запахом, а в ухо слышится мерзкий шепот:

— Привет, неверная невестушка. Время отдавать долги.

А после все вокруг заволакивает туманом, и я проваливаюсь в беспамятство.

Проснувшись, ощутила сухость во рту, а в голове поселился дятел или даже три, долбящие своими молотками прямо мне в виски и затылок. В глаза словно песка насыпали и открыть их получилось не с первой попытки. Оказывается, я лежу на кровати с балдахином, прикрытая покрывалом. И судя по ощущениям, совершенно обнаженная. А когда попыталась встать, выяснилось, что за щиколотки и запястья, ноги и руки привязаны к столбикам кровати. Вот такая морская звезда. Где это я? И как сюда попала? Кто меня раздел и зачем привязал? — мысли калейдоскопом закрутились в голове. Сколько я проспала? В комнате полумрак, за окном темно, но сейчас зима и это ни о чем не говорит.

— Проснулась? — я повернула голову на участливый голос. Глеб. Он встал с кресла, стоящего рядом с кроватью и