Великий переход - В Тихоплав

Как пишет сам Хейм:

«Все было преображено как бы райским светом и было прекрасно и свободно от горя, тревоги, боли… Подобно великолепной музыке, божественное спокойствие окутало душу. Прекрасные голубые небеса, разукрашенные изысканными крошечными розовыми и фиалковыми облачками, на вечные времена раскрывались вокруг меня. Мягко и безболезненно я погрузился в них и увидел, что теперь нахожусь в свободном падении и подо мной — снежное поле… Затем я ощутил тупой удар, и падение закончилось».

Хейм утверждает, что смерть от падения с субъективной точки зрения приятна. Погибшие в горах в последние мгновения жизни обозревали свое прошлое, пребывая в преображенном состоянии. Согласно Хейму, смертельные падения гораздо более «ужасны и жестоки» для оставшихся в живых, нежели для жертв.

Такой же жестокий удар и нестерпимую боль получают родные, узнавшие о гибели близкого им человека. Сегодня, когда гибнут мужья и сыновья, найти слова, чтобы успокоить жен, родителей и детей, невозможно. Но может быть хоть каким-то утешением станут для них нижеприведенные эпизоды.

Первый произошел с Томасом Даудингом:

«Физическая смерть ничто. Ее действительно не надо бояться… Я прекрасно помню, как все произошло. Я ждал в изгибе окопа, когда придет мое время заступить на пост. Был прекрасный вечер, у меня не было никакого предчувствия опасности, но вдруг я услышал вой снаряда. Где-то позади раздался взрыв. Я невольно присел на корточки, но было поздно. Что-то ударило так тяжело, тяжело и сильно — в затылок. Я упал, пока падал, не заметив даже на время никакой потери сознания, очутился снаружи самого себя! Вы видите, как просто я это рассказываю, чтобы вы лучше поняли. Через пять секунд я стоял рядом со своим телом и помогал двум моим товарищам нести его по траншее в перевязочную. Они думали, что я просто без сознания, но жив… Мое тело положили на носилки. Мне все хотелось узнать, когда же я снова окажусь внутри него. Я расскажу, что я чувствовал. Это было похоже на то, как будто я тяжело и долго бежал, пока не взмок, не потерял дыхание и не сбросил с себя одежду. Этой одеждой было мое тело; казалось, если бы я его не сбросил, я бы задохнулся… Мое тело доставили сначала в перевязочную, а оттуда — в морг. Я простоял возле него целую ночь, но ни о чем не думал, просто смотрел. Потом я потерял сознание и крепко уснул».

Или эпизод, произошедший с офицером американской армии Томми Клэком в 1969 году в Южном Вьетнаме.

Он наступил на мину. Вначале его подбросило в воздух, затем швырнуло наземь. На какой-то миг Томми удалось сесть и он увидел, что у него нет левых руки и ноги. Клэк опрокинулся на спину и подумал, что умирает. Свет померк, пропали все ощущения, боли не было. Какое-то время спустя Томми очнулся. Он парил в воздухе и смотрел на свое тело. Солдаты положили его на носилки, накрыли с головой и понесли к вертолету. Клэк понял, что его считают мертвым. И в этот момент сам осознал, что действительно умер. Сопровождая свое тело в полевой госпиталь, Томми чувствовал себя умиротворенным, даже счастливым. Спокойно глядел, как на нем разрезают окровавленную одежду, и неожиданно вновь очутился на поле боя. Все 13 парней, убитых за день, были здесь. Клэк не видел их, но каким-то образом знал, что они рядом, общался с ними, тоже неизвестным способом. Солдаты были счастливы в новом мире и уговаривали его остаться. Томми чувствовал себя радостно и спокойно. Он не видел себя, ощущал себя (по его словам) просто формой, почти одной чистой мыслью. Со всех сторон лился яркий свет. Внезапно Томми опять оказался в госпитале, в операционной. Оперировали его. Врачи о чем-то переговаривались между собой. Тотчас же Клэк вернулся в тело [72, с 33].

Нет! Не все так просто в нашем физическом мире! И убитый на войне человек не умер! Он ушел! Ушел в чистый, светлый мир, где ему гораздо лучше, чем оставшимся на Земле его родным и близким.

Трансцендентальные восприятия

В книге «Я видела вечность», вышедшей в 1977 году, Бетти Мальц описывает свои удивительные видения и переживания «по ту сторону». Она пробыла в состоянии клинической смерти 28 минут.

Бетти пишет, что переход был ясным и спокойным. Сразу же после смерти она оказалась на чудесном зеленом холме. Ее удивило, что, имея три операционные раны, она стоит и ходит свободно, без боли. Над ней яркое синее небо. Солнца нет, но свет повсюду. Под босыми ногами — трава такого яркого цвета, какого на земле она не видела; каждая травинка как живая. Яркие кусты, деревья, цветы. Слева от нее — мужская фигура в мантии. Они шли, не разговаривая, но она поняла, что он не был чужим и что он ее знал. Потом перед ее взором прошла вся ее жизнь. Она увидела свой эгоизм, и ей было стыдно, но она чувствовала вокруг себя понимание, заботу и любовь.

Бетти Мальц и ее спутник подошли к чудесному серебряному дворцу. Музыка, хор; она слышит слово «Иисус». Когда ворота на мгновение приоткрылись, она увидела улицу в золотом свете. Она никого не видела в свете, но поняла, что это — Иисус. Она хотела войти во дворец, но вспомнила отца и вернулась в тело. Ее отец, убитый горем, все эти 28 минут стоял у ее кровати и был поражен, когда она «ожила» и отбросила простыню, которой было закрыто ее лицо [27, с. 158].

Еще один пример. 39-летняя Джессика Хэйвенс была доставлена в отделение реанимации в результате закупорки сосудов сердца. Ее описание посмертного переживания поражает выразительностью чувства восторга:

«Я знала, что умираю… Я почувствовала, что „проваливаюсь“ во мрак и полное безмолвие… Внезапно я оказалась парящей в абсолютном свете — ярком, но не слепящем. Покой и Абсолютная Радость. Я была окутана подвижным, сияющим светом. По правую руку от меня плыл кто-то еще. Он — я не знаю, почему я говорю „он“ — тоже был окутан светом. Мы общались, но не с помощью слов. Этот „разговор“ касался того, хочу ли я вернуться или нет».

Размышляя о своих встречах с существами из необычной реальности, Уитли Стрибер пишет:

«У меня создается впечатление, что физический мир представляет собой лишь частный случай более широкого контекста, а реальность разворачивается главным образом нематериальным путем… Я думаю, что они как бы играют роль акушерок при нашем появлении в нематериальном мире, из которого происходят и сами. Наблюдаемые нами физические существа — верно мы их воспринимаем или нет — вероятно, представляют собой особей более высокого эволюционного порядка…».

Очень интересна книга доктора Георга Ритчи «Возвращение из завтра», вышедшая в 1978 году. Он описывает случившееся с ним самим в 1943 году. Предисловие к его книге написано доктором Р. Моуди.

«Его книга, — пишет доктор Моуди, — один из наиболее фантастических и хорошо документированных очерков о переживании смерти, известных мне».

Во вступлении к своей книге доктор Ритчи пишет:

«Иисус — это не только сила, это невероятная, безусловная любовь… Я не имею понятия, какой будет следующая жизнь. Я смотрел, можно сказать, только из прихожей, но я видел достаточно, чтобы полностью понять две истины: наше сознание не прекращается с физической смертью, и время, проведенное на земле, и отношения, которые мы выработали к другим людям, много важнее, чем мы можем думать».

В возрасте 20 лет Ритчи заболевает. После тяжелой и длительной болезни он слышит, как врачи объявляют его мертвым. Его Душа выходит из тела, некоторое время странствует и, наконец, оказывается в маленькой комнате, где на больничной кровати лежит закрытое простыней тело. Он не сразу понял, что это его тело и что значит он умер. Он представлял себе смерть как какое-то небытие, а он был жив, видел и думал.

Свет в комнате усилился, он был так ярок, что физические глаза его не вынесли бы. Ритчи начинает чувствовать «присутствие» и потом видит Иисуса Христа. Христос любит его полной и безграничной любовью и Ритчи испытывает покой, радость и такое удовлетворение, что он хочет остаться в таком состоянии навсегда.

Перед его взором проходят все годы его жизни — вся жизнь за несколько минут. Ритчи воспринял вопрос: «Как ты использовал свое время на земле?» Христос спрашивал не о фактах, а об их значении — что важного сделал Ритчи за свою жизнь.

Потом полет в сопровождении Христа и несколько видений загробной жизни в потустороннем мире. Небесный мир, где процветают науки, искусство, музыка, библиотеки всеобъемлющего знания.

Он вернулся в тело против своего желания.

А Иосиф Бромберг умудрился побывать в состоянии клинической смерти трижды, и под огромным впечатлением от увиденного он написал письмо в газету, опубликованное в АиФ N. 18 за 1998 год. В каждом последующем состоянии клинической смерти ему удавалось все дальше и дальше заглянуть в Тонкий Мир. В первом состоянии он летел через туннель к свету, а когда полет закончился, он увидел людей в белых одеждах, среди которых были мать, отец и старший брат.