Глупышка (СИ) - Вера Чиркова

— Но, — Дагорд задумался, начиная подозревать, что его пытаются провести, — ведь договор мы заключали на дневное время!

— Змей, вы лукавите! — обвиняюще нацелила на него пальчик монашка, — а на ночь что, ваши враги строем выходят из замка и отправляются в Адервилль?! Что смотрите? Это не так?! Следовательно, пока мы спим, вы изображаете из себя приманку.

— Но мы сейчас не об этом говорим, — не сдался граф, — а о том, что вы усыпили меня сонным зельем! Причем, очень мощным, у меня на шее висит амулет, против ядов и снадобий.

— Видела я ваш амулет, — устало вздохнула Эста, спокойно отходя от двери и садясь на стул, — он не помогает от моего зелья. Но дело совершенно в другом. Моя задача — найти злодеев и сделать все, чтоб за время моего пребывания здесь не было ни одного покушения. Особенно успешного. Вы же знаете, это мой первый контракт, и от того, как я его выполню, зависит моя репутация и мои будущие гонорары. Плату за первый контракт мы оставляем в пользу сестер. А вы вместо того, чтоб мне помогать, изображаете самоубийцу. Я вам, между прочим, вчера предложила вполне законное право на ночлег в этой комнате, но у вас проснулось благородство. Что ж, я очень уважаю вашу позицию, и спорить с ней не намерена. Однако и позволить вам дальше слоняться по дому без охраны тоже не могла. Я, между прочим, не маг и мне нужно ночами отдыхать, а приходится бродить за вами и ждать, пока вы соизволите вернуться в свою комнату. Вот и пришлось применить крайний метод. Ну а чего еще вы от меня ждали? Ведь уговаривать вас было бесполезно, как я поняла?! Да и к тому же у меня тоже есть гордость и принципы. Поднимайтесь, одежда рядом с вами, я жду в столовой, его светлость уже встал. Не забывайте, у нас сегодня особенный гость. А еще мне нужны описания мужчин живущих в замке. И начните, пожалуйста, со стражников.

Девушка решительно поднялась с места и шагнула к двери, провожаемая мрачным взглядом Змея, успевшего рассмотреть, что сегодня монашка довольно привлекательна в темно-голубом платье со старомодными, но очень освежающими ее личико шелковыми кружевами. И вынужденного с досадой признаться самому себе, что было бы гораздо лучше, если благородное воспитание и выстраданная подозрительность не проснулись вчера так не вовремя.

А глупышка вдруг резко развернулась и кинулась к нему, на ходу вытаскивая из прически шпильки и засовывая в неприметный карман вместе с накладными локонами. Граф совершенно неосознанно протянул навстречу руки, и она оказалась в его объятиях, такая гибкая и свежая, пахнувшая чем-то смутно знакомым и вкусным.

В этот раз Змей не имел ничего против неопытности ее губ, он просто наслаждался их теплом и нежностью, но, к глубокому своему сожалению, очень недолго. Стук в дверь вряд ли прервал бы их занятие, но следом за ним дверь приоткрылась, и в комнату опасливо заглянул один из стражников.

— Господин граф, на одну минуту… срочно.

— Ой, — очень натурально охнула монашка, собирая рассыпавшиеся на лицо мягкие на ощупь, как беличья шкурка, русые волосы с неожиданно приятным золотистым отблеском.

— Я сейчас приду, — строго взглянул на охранника граф, и тот, понимающе кивнув, торопливо прикрыл дверь.

А в следующий момент Эста, решительно вырвавшись из рук Змея, бесшумно метнулась к двери и замерла возле нее, прислушиваясь. Попутно девушка торопливо заплетала и скалывала шпильками короткую косу, а напоследок закрепила поверх блеклый шиньон, сразу поглотивший живой блеск ее собственных волос.

— Как его зовут? — деловито спросила монашка, покончив с прической, и Змей с неожиданной обидой осознал, что он для нее действительно только напарник в розыгрыше, причем, как выяснилось, довольно капризный и несообразительный.

— Сариш из рода Митров, — хмуро ответил граф.

— А такого худощавого, немолодого, с иссиня-черными вьющимися волосами?

— Это Лаутр Харбези, старший стражник.

— Спасибо. Так мы ждем вас в столовой, — девушка открыла дверь, собираясь выйти, и Дагорд не удержался, чтоб немного ее не уколоть.

— После того, как я тут ночевал, можно говорить мне — "ты".

— Хорошо, Змей, — покладисто кивнула глупышка, — тебя.

Сестры Тишины никогда не спорили по таким пустякам с заказчиками и их доверенными лицами.

— Доброе утро, ваша светлость, — Герт с интересом рассматривал монашку.

Лакей, помогавший разбуженному Харом герцогу одеваться, на вопрос о том, где Змей, многозначительно шепнул, что господин граф ночевал в комнате чтицы.

— Доброе утро, Эсталис, как отдохнули?

— Спасибо, ваша светлость, отлично, — Эста исподтишка проследила за накрывающими на стол лакеями, затем взглянула на Герта в упор и сделала быстрый, но многозначительный знак глазами.

Который можно было расценить только, как просьбу отправить лакеев прочь, и герцог, сгоравший от любопытства, немедленно ее выполнил. И в ответ уставился на девушку требовательным взглядом, желая получить объяснения, зачем ей это понадобилось.

— Змея срочно вызвали стражники, — быстро шепнула Эста, — нельзя оставлять его одного. Не забывайте, именно на него идет охота. Сама я пойти не могу, как вы понимаете.

Геверт поверил ей сразу же, он и сам так думал, поэтому немедленно поднялся и направился к двери.

— Хара возьмите, — у самой двери догнал совет глупышки, — и опасайтесь тех, на кого он будет рычать.

Геверт не стал останавливаться и объяснять девушке, что ирбис ни на кого не рычит, потому что очень мирный, но Хара он с собой все же позвал. А уже в коридоре вспомнил, как шипел зверь на бандита и задумался, похоже, глупышка и тут увидела что-то незамеченное им.

— Что ты тут делаешь? — вышедший из своих комнат Змей был по обыкновению свеж и подтянут, но несколько хмур.

— Жду тебя, — негромко ответил герцог, опасливо глянув по сторонам, объяснения глупышки как нельзя лучше вплелись в его собственные мысли и сомнения, — никуда не ходи один.

— Дьявол, — процедил сквозь зубы Дагорд, — она скоро и в умывальне будет меня охранять!

— Змей, — начиная догадываться, что лакеи неправильно поняли увиденное, но, еще не веря своей догадке, строго сказал герцог, — она права. Если что-то случится с тобой…

Он сглотнул внезапно вставший в горле комок и молча пошёл рядом с графом, а Змей вдруг вспомнил, как увидел его впервые. Худенький светловолосый подросток, стоящий на крыльце дома в багряном свете предвещавшего ненастье заката и сам казался таким же тревожным и неприкаянным. А еще очень одиноким, несмотря на опасливо державшуюся за его локоть бледненькую девушку с кротким взглядом.