Заколдованная шкатулка - Наталья Александрова

— Какие еще вопросы? — пробормотал Виталий. — Вы что, из полиции? Тогда предъявите…

— Не совс-сем… — прошелестел голос. — Но тебе лучш-ше ответить на мои вопросы… Ответиш-шь, и я уйду…

— Не положено…

— Да что ты говориш-шь?.. — прошипел незнакомец насмешливо, и его треугольные глаза пристально уставились на охранника.

У Виталия вдруг резко заболела голова. Прежде с ним такого никогда не случалось. Он вообще не представлял, что в голове есть чему болеть. А вот теперь она заболела, и ему ужасно захотелось, чтобы этот человек ушел как можно скорее.

— Ладно, спрашивайте… — проговорил охранник вялым, сонным голосом.

— Кто с-сегодня приходил в двенадцатую квартиру?

— В двенадцатую? К этому инвалиду?

— С-соверш-шенно верно…

В глубине души Виталий понимал, что делает что-то неправильное, неположенное, недопустимое, но он не мог сопротивляться этому пристальному, немигающему взгляду, этому тихому холодному змеиному голосу.

— Женщина приходила… такая… средних лет…

Виталий честно попытался вспомнить что-то еще — и вдруг ему пришло в голову, что он проверил у той женщины паспорт, и паспортные данные отчетливо всплыли перед его внутренним взглядом.

— Лебедева Надежда Николаевна, — проговорил охранник вялым, сонным голосом. — Год рождения… зарегистрирована по адресу…

— Очень хорош-шо, — прошипел незнакомец и неожиданно взмахнул перед лицом Виталия своей неестественно гибкой рукой. — А теперь с-спи, с-спи…

— Спишь?! — прогремел над головой Виталия до боли знакомый голос. — Спишь на работе?

Виталий испуганно открыл глаза и увидел багровую от возмущения физиономию Левона Абгаровича.

— Мимо тебя не то что картину, мимо тебя памятник запросто пронести могут, Медного всадника! Я тебя почему на работу взял?

Виталий хотел было сказать, что Левон Абгарович взял его после долгих уговоров жены, но вовремя смолчал. Впрочем, управляющий и не ждал от него ответа.

— Я тебя взял по доброте душевной! И еще потому, что поверил — ты меня не подведешь! А ты… ты спишь на рабочем месте!

— Левон Абгарович, я не спал… — забормотал Виталий.

Он вспомнил странного, необыкновенно гибкого человека, треугольные немигающие глаза… Значит, все это ему просто приснилось?

— Как это — не спал? — гремел управляющий. — Как не спал, когда я своими собственными глазами…

— Это у меня слабость… — лепетал Виталий. — От недостатка витаминов… Я плохо питаюсь по причине малой зарплаты…

— Тебе и эту зарплату платить не за что! — фыркнул Левон Абгарович и удалился: он не выносил разговоров о повышении зарплаты, чем Виталий успешно пользовался.

А Виталий, глядя ему вслед, пытался вспомнить.

Кажется, он действительно заснул на рабочем месте, и ему даже приснился сон. Странный сон про какого-то неприятного человека… Но ничего больше он вспомнить не мог.

Домой Надежда явилась, полная решимости разобраться со шкатулкой самостоятельно. А что такого? Кое-какие сведения от этого подозрительного Олега Святославовича она почерпнула: что шкатулка эта называется химицу-бако, то есть шкатулка с секретом, что открываются такие шкатулки сложно и что если один человек шкатулку закрыл, то другой обязательно додумается, как ее открыть. Нужно только долго размышлять и экспериментировать.

Разумеется, Олег Святославович имел в виду себя, но он просто не знал, до чего Надежда Николаевна Лебедева может быть упорна. Он не знал, что у нее за плечами многолетний опыт инженерной работы.

«Что коллекционер говорил о своей шкатулке? Размером в девять сун, и для раскрытия секрета требуется двенадцать шагов. А у этой размер аж двенадцать сун. Ну, будем надеяться, что и шагов не больше двенадцати. Первый, к счастью, уже сделан».

Дома кот от скуки нахулиганил: изорвал в клочья две старые газеты и запихнул мелкие ошметки в новые итальянские ботинки мужа, неосмотрительно оставленные Надеждой в прихожей. И газеты тоже нужно было убрать в кладовку или вообще выбросить. Надежда расстроилась: на нее редко находила такая забывчивость.

Сейчас кот сидел на шкафу и смотрел оттуда с легким злорадством — сама, мол, виновата.

Надежда прибрала в прихожей, наскоро замела ошметки и тем же веником погрозила коту, что, надо сказать, не произвело на него никакого впечатления.

Поставив шкатулку возле компьютера, Надежда еще раз рассмотрела новый рисунок на крышке. Два воина, видать, настроены серьезно, мечи взяты наизготовку, судя по всему, схватка будет нешуточная. Это понимает девушка, что пытается их остановить, у нее на лице самое настоящее отчаяние. Видно, девушка чувствует, что не послушают они ее и убьют друг друга.

Что там говорил коллекционер? Рисунок на шкатулке — это иллюстрация к средневековому японскому роману «Суйкодэн». Два ронина, дескать, повздорили, а девушка приходится сестрой одному и возлюбленной другому. Да, положение у нее аховое, куда ни кинь — все плохо.

Надежда обратилась к палочке-выручалочке — Интернету.

Да здравствует Всемирная паутина! Всего через полчаса она была уже полностью в курсе событий.

Роман «Суйкодэн» в восемнадцатом веке был переведен с китайского и стал в Японии очень популярным. Немало этому способствовало то, что рисунки к роману выполнил известный художник того времени Кацусико Хокусай.

Тут Надежда с удовлетворением подумала, что если о романе она и слыхом не слыхивала, то про художника Хокусая знает и даже когда-то давно была на выставке его работ в Музее восточного искусства. И альбом этого художника видела — кстати, будучи в гостях у того же Игоря. Только давно это было, когда они еще друг к другу запросто в гости ходили и Галка пекла изумительные заварные пирожные…

В романе рассказывалось, как сто восемь отважных воинов организовали разбойничью шайку, грабили богатых и раздавали все бедным, наподобие Робин Гуда. На рисунках Хокусая все герои были покрыты татуировками, и с тех пор искусство татуировки стало очень популярно в Японии.

Татуировки были тематическими и многое говорили о человеке. Например, сложный узор из хризантем означал стойкость и решительность, из пионов — богатство и удачливость, а узор из цветков вишни говорил о быстротечности жизни… «Ну да, — вспомнила Надежда, — цвет вишни так быстро опадает». Изображенный на теле человека дракон означал смелость и прозорливость.

Надежда наскоро проглядела все статьи и нашла ту историю, сценка из которой была изображена на стенке шкатулки. Действительно, были там двое друзей, и один из них влюбился в сестру другого. Но этот другой был очень против того, чтобы сестра связывала свою жизнь с разбойником — дескать, хоть их дело и правое, но жизнь они ведут опасную, ходят, как говорится, по лезвию бритвы, и не желает он для сестры такой участи — стать вдовой, едва выйдя замуж.

Девушка, с одной стороны, была очень предана возлюбленному, с другой — не могла ослушаться брата. У нее был единственный выход — покончить жизнь самоубийством, чтобы не разрушить крепкую мужскую дружбу. Но она все тянула. Таким образом обстановка накалилась, и те двое в бою убили друг друга. Девушка же, движимая раскаянием, покончила с собой. А возможно, просто у нее не было выбора, поскольку после смерти обоих друзей она осталась одна-одинешенька, не было у нее ни родных, ни близких, ни средств к существованию.

Надежда оторвалась от монитора и вернулась к шкатулке. «Ну да, вот отчего во всей фигуре девушки видно такое отчаяние, она во всем винит себя».

— Ужас какой, — сказала Надежда коту, который отдыхал на диване. — Ну и нравы у них в Японии.

Кот лениво повел ухом, про Японию ему было неинтересно. Надежда же отыскала в ящике у мужа лупу и снова приступила к шкатулке.

Девушка была одета в красивое кимоно. Она подняла руки, пытаясь остановить мужчин, широкие рукава упали, и стала видна татуировка, охватывающая тонкое запястье.

Надежда вертела шкатулку так и этак, до боли в глазах вглядывалась в рисунок и, наконец, с трудом определила, что татуировка на руке девушки выполнена в виде узора из простых пятилепестковых цветков. Все ясно: вишня. Надо думать, японская вишня от нашей не отличается — семейство-то одно. И что означает такая татуировка? Быстротечность жизни — цвет облетает в считаные дни.

Вот и у этой девушки — было счастье, был возлюбленный, был брат, было в общем все — и вот, ничего нет, незачем больше жить.

— Ох, уж эти японцы… — проворчала Надежда, а потом, повинуясь внезапному порыву, нажала тупым концом шариковой ручки на крошечную татуировку на запястье девушки. Тотчас что-то внутри шкатулки щелкнуло и завертелось.

Рисунок на крышке не изменился, но справа, на боку, несколько пластинок перевернулись и сложились в очередной рисунок.