Лэрн. На улицах (СИ) - Кронос Александр

— Хочу нормально. Сверху не могу — раздавлю. Сможешь подняться?

Закончив говорить, показывает глазами на каменный стол и получив от меня подобие кивка, поднимается. Я тоже спускаю ноги на пол, с опаской глянув на коридор. Пока там пусто. По идее так и должно быть, судя по поведению Эмили. Если только острое желание потрахаться, не лишило её инстинкта самосохранения.

"Девушка" ложится грудью на стол, выставив задницу. Чуть помедлив, с чавкающим звуком вгоняю в неё член и та дёргается всем телом, подаваясь навстречу. Не знаю, какие у неё там "настройки" удовольствия, но судя по бешено сжимающимся стенкам влагалища, которое оказалось гораздо более узким, чем я думал, кончает она, как минимум трижды. В третий раз, я тоже не могу сдержаться — пусть перед глазами и маячит мраморная спина с лысым затылком, но вот у члена ощущения близки к идеальным, что оказывается ключевым фактором.

Кончив, отступаю назад и следом выпрямляется Эмили. Развернувшись, опускает глаза вниз, разглядывая член.

— Десять лет. Я забыла, что это такое.

Постепенно отходя от процесса, ожидаю продолжение и оно на самом деле следует.

— Сегодня я тут весь день. Тебе ведь может понадобиться новый осмотр.

Не совсем то, чего я ожидал, но для начала тоже сойдёт. Поглядывающая на меня Эмили собирает все тарелки, что остались со вчерашнего дня и уходит. А со стороны постели баронессы доносится шорох. Обернувшись, вижу ошарашенное лицо девушки. Не уверен, какую часть процесса она застала, но в любом случае изрядно удивлена. К счастью, у аристократки хватает мозгов, чтобы промолчать — понимает, что за нами наблюдают.

Одевшись, принимаюсь за завтрак, который не менее обильный, чем вчера. Потеря крови сказывается — после секса организм чувствует себя вымотанным. Как будто я трахнул механоида не один раз, а трижды, да ещё и подряд. Пытаясь восполнить силы, съедаю пару кусков мяса с картофелем, запиваю всё это горячим сорком. И потом распластываюсь на кровати, снова вернувшись под одеяло.

Следующие несколько часов размышляю о том, как намекнуть Эмили на то, что её могут трахать ежедневно и не по одному разу. Достаточно просто выбраться за пределы этого дома. Но тут, опять же встаёт вопрос её ограничений и уровня автономности. В этом вопросе я разбираюсь слабо — только краем уха слышал, что каждый маг сам решает насколько независимыми сделать своих конструктов. Но вот как это всё работает в деталях — не имею никакого представления. И пока не знаю, как развернуть разговор в нужном направлении.

Безусловно, есть ещё один вариант — просто рвануть по коридору, попытавшись выбраться из здания. Но что-то мне подсказывает, механоид без проблем догонит меня. И если предположить, что она полностью разумна, то на служебные инструкции наложится оскорблённое женское естество — в таком случае, меня скорее всего превратят в изувеченный кусок мяса, забив насмерть.

Когда скрипит дверь и на пороге снова появляется Эмили, она первым делом бросает взгляд в сторону баронессы. Этот момент меня тоже смущает. Не в том плане, что аристократка будет наблюдать со стороны, а из-за того, что механоид может полностью отказаться от продолжения, чтобы не подставиться.

Следуя старому сценарию, озвучиваю фразу о том, что плохо себя чувствую. Эмили молча наклоняет подбородок. А выставив тарелки на стол, поворачивается ко мне.

— Думаю, в этот раз нужен более детальный осмотр. Следуйте за мной.

На мгновение замерев от удивления, поднимаюсь, шагая следом за механоидом. Она на секунду задерживается, чтобы закрыть дверь, а потом ведёт меня в ближайшее помещение, по правую сторону коридора. Там обнаруживается пара каменных скамеек, большой стол и несколько шкафов, полки которых уставлены артефактами. Здесь же открывается и секрет наблюдения за нашим поведением — на стене висит металлическая пластина, в которой отображается комната, где нас держат. Изображение выгнутое, но просматривается всё, включая углы.

Детально изучить обстановку не успеваю — Эмили уже опускается на колени, спуская бельё. Член оказывается у неё во рту и к моему удивлению, быстро поднимается. В прохладном языке, который я хорошо чувствую, оказывается есть своя прелесть. В этот раз механоид не так спешит — несколько раз сама спускается ниже, тщательно вылизывая яйца. Как мне кажется, "девушка" получает от этого не меньшее удовольствие, чем я сам.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Через несколько минут, поднимается с колен и подойдя к низкому столу, снова опускается на него грудью. Заведя руки назад, разводит ягодицы, открывая полный обзор.

— В задницу. Трахни меня в зад. Пожалуйста.

Последнее слово произносит таким тоном, что у меня самого просыпается неподдельное желание. Приставив член, покрытый тонким слоем слюны к колечку ануса, вгоняю его внутрь. На секунду остановившись, опускаю руки на ягодицы, частично накрыв пальцы механоида. Кожа тоже прохладная, но на ощупь весьма приятная. Как будто сжимаешь руками упругий зад слегка замёрзшей девушки.

Наращивая интенсивность движений, понимаю, что нервных окончаний в заднице у неё точно не меньше, чем во влагалище. Из-за кровопотери и утреннего секса этот подход длится куда дольше первого. И за это время партнёрша испытывает бурный оргазм не меньше десятка раз, сжимая зубами деревянную пластину, которая раньше валялась на столе. После того, как я наконец кончаю в её задницу, механоид и вовсе выгибается дугой, а дерево в её зубах жалобно хрустит — я вижу, как на столешницу опадают мелкие щепки. Какое-то время остаюсь в ней, оперевшись руками на ягодицы. Из-за слабости чуть пошатывает, да и вытаскивать член не хочется.

Наконец отступив назад, устало думаю о том, что надо как-то перевести всё в нужное мне русло. Если учитывать динамику забора моей крови, то на реализацию плана есть ещё один день. Если очень сильно повезёт, то может быть два. Сомневаюсь, что после четвёртого изъятия крови, моё тело будет работать, как надо. По-хорошему, стоит переходить к следующей фазе уже сейчас.

— Ты действительно хотел меня трахнуть? Или сделал это, чтобы выбраться отсюда?

Вопрос Эмили, которая прихватила с полки какой-то камень в металлическом корпусе и уселась на каменную столешницу, ставит в тупик. Если доверять моей интуиции, то артефакт в её руках покажет ложь. Поэтому стараюсь сформулировать ответ так, чтобы он содержал хотя бы часть правды.

— А ты думаешь, я могу поднять член усилием мысли? Это не совсем так работает. А трахать тебя мне понравилось. Хотя, не скрою, ощущения были не совсем привычные.

Механоид опускает взгляд на камень, лежащий на ладони и после того, как он подсвечивается изнутри зелёным, разжимает губы в улыбке. Я же молча стою на месте, ожидая развития ситуации.

— И ты останешься со мной, если выберешься отсюда?

Задавая вопрос, чуть склоняет голову набок и я не могу отделаться от ощущения, что говорю с обычной женщиной. Прогнав в голове ощущения текущего дня, понимаю, что отнюдь не против трахать её каждый день. Особенно, если учесть, что она может запросто открутить головы целому взводу солдат.

— Если не убежишь от меня сама, то сексом точно будешь обеспечена. А твоя задница ещё успеет настрадаться.

Камень снова светится зелёным. На этот раз ярче, чем в первый. Какое-то время механоид остаётся на месте, а потом одним движением оказывается на ногах.

— Оно того стоит.

Окинув меня взглядом, интересуется.

— Готов уходить прямо сейчас? В доме гости — Эсси и Третий на той стороне. Мы можем выбраться не привлекая внимания.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Не веря своим ушам, полностью машинально уточняю.

— Ты серьёзно?

На секунду замолчав, отвечает.

— Абсолютно. Меня использовали, сколько я себя помню. А последние десять лет прошли в непрерывном унижении. Я оставалась здесь только из-за того, что боялась оказаться изгоем и мишенью во внешнем мире. Но раз ты говоришь, что останешься со мной, значит у меня есть возможность выжить. И взглянуть на мир за пределами этих стен.