Чарованная щепка 2 - Валерия Демина

борьбы за разрешение на школу. С капитаном Юлием они составили круг простейших чар, после чего он отбыл заниматься обещанной частью прожекта — уточнять юридический термин «маг». Вестей от капитана пока не было.

— Левитацию я не вольна ей передать, — признала магичка.

— Так и знал, — тряхнул бородой хозяин, — сталбыть, нечего ее от дома отрывать, матери руки нужны.

«Замкнутый круг», — устало подумала Лея, а вслух проявила упрямство:

— Есть множество иных полезных чар!

— И какое чудо она справит? — в тоне вопроса прочитался уже путь к отказу.

Лея несколько времени смотрела на противника в молчании — чем пронять людей, застывших в своем быту, как муха в янтаре?

Еще раз оттолкнув от себя тяжелый воздух, она поймала магическим слухом любопытную деталь и вдруг спросила:

— Я полагаю, вы получили сегодня оплату за труд у пекаря?

Внутренняя Арис нашла, что это был худший способ убедить хозяина. По тому, как недовольно потянулся он к карману, было ясно: подобные ловчие навыки аплодисментов не сорвут. На стол, однако, легли несколько медных монет и даже одна серебряная.

— Я научу Мари, как защитить вас от обмана, — продолжила Лея. — Вы потрудились честно, а плату получили фальшивую.

— Что? — переменился в лице хозяин и снова сгреб монеты, изучая. — Которая?

Леди Лея еще раз проверила деньги чарами, которые поведал Алессан.

— Определенно, внутри серебряной луны — начинка медная.

Ради этой монеты он всю седмицу тер спину мешками с мукой, до сей поры ломило плечи! Обманутый трудяга с размаху бросил горсть об половицы.

Жена и дочь отскочили дальше, вздрогнула и Арис. Леди Лея сейчас же встала со скамьи, явив холодное недовольство.

— Извольте держать себя в руках, — потребовала она.

Вспыльчивый хозяин зыркнул на девицу, посмешвую делать ему замечание в собственном доме при семье, но рассудок напомнил: тщедушная магичка запросто совьет его в бараний рог.

Внутренняя Арис, наблюдая его раздувшиеся ноздри, подвела черту — Мари им в школу не заполучить. Не доставало ему потом бояться и собственной дочери!

Мужчина молчал, унимая характер, и Лея сочла, что его попытки должны быть вознаграждены. Серебряная луна из ее собственного кошеля легла на стол, а поддельная прыгнула из-под лавки в руку. Прошлую дивную монету увел любопытный Лис — эту она не упустит.

— Ваш труд заслужил оплаты, — смягчилась она. — А Мари очень скоро смогла бы проверять вашу честную мзду заранее.

— Подумаю, — скрипнул зубами хозяин.

* * *

На улице Лея надолго примолкла.

Арис вышла следом, осторожно прикрыла калитку и терпеливо ждала указки, не решаясь перебить размышления леди. Та, наконец, посмотрела на спутницу и вздохнула:

— Будет на сегодня.

Путь в усадебку шел мимо дома вязуньи, так что прощаться им было рано. Шагая, Лея снова облеклась тишиной своих дум. Арис очень старалась отвлечься созерцанием плетней, канав и куриц, но напряжение магички передалось и ей. Она почти уже нашла себя в чем-то виновной, когда Лея вдруг заговорила, тяжко отмеряя слова.

— Арис, не сочтите грубостью, но вы живете с этими людьми бок о бок и знаете их куда лучше меня. Что я делаю не так?

Какой титанический труд проделала над собою магичка ради этого вопроса! Из уважения к такой победе Арис не решилась указывать ей на промашки.

— Ваша идея прекрасна, — постановила она.

Лея нахмурилась пуще.

— Леди Арис, удерживаться от непрошенных советов — качество ценное. Однако, если вашего мнения ждут, изъясните его без тревоги.

Для Арис куда большим подвигом было удержать себя от немедленных извинений, но урок она впитала с прилежанием.

— Возможно, люди не готовы принять ваши новшества, — осторожно сказала она.

— Это вполне очевидно, — резонно заметила Лея. — Помогите же мне разобраться в причинах.

«Как это у нее получается? — поразилась внутренняя Арис, большая специалистка по чувству вины за утруждение других. — Просит помощи, но будто этим же оказывает милость.»

Собравшись, она постаралась ответить с тем же спокойным достоинством.

— Понимание чар — это оружие сильных. Вторгаться в привилегии вашего сословия — дерзость опасная.

Договорив, она нашла, что все еще не относит себя к дворянам. Нужно ли исправиться, пояснить Лее, что та не зря со странной вязуньей возится?

Лея не стала уточнять оплошность: то ли из вежливости, то ли радела больше о своем прожекте.

— Мы не предлагаем им тягаться с боевыми магами! — напомнила она.

— Но вы хотите сделать эту силу более доступной.

— Разве она сейчас не доступна сотням обычных магов-ремесленников?

Арис еще раз обдумала ответ.

— Они учатся друг у друга, — вывела она, — этим как будто гарантируется, что их навыки останутся в принятых границах.

— У меня будет разрешение Просветительского приказа, — (кажется, в этой части Лея уже не имела сомнений). — В чем же дерзость им воспользоваться? Я не просто дозволяю, я уговариваю их перенять мой магический опыт!

— Это настораживает их не меньше.

Лея не могла поверить в слышимое.

— Они знают меня не первый день! И все еще не доверяют?

— Вас они знают с зимы, а свое место — с колыбели, — напомнила Арис.

— Однако! — магичка ощутила даже обиду — не носится ли она с ними, как наседка? — Я все еще не заслужила той репутации, которая сподвигнет людей хотя бы прислушаться к моим идеям?

— Вы предлагаете больно уж дивные вещи.

— Что они потеряют, попробовав?

Вязунья точно знала ответ:

— Одобрение круга.

— Этого я никак не могу понять, — заявила упрямая Лея. — Как вы могли заметить, я тоже вызвала неодобрение круга — но это не задержало меня и на день.

Арис чуть улыбнулась — пожалуй, магичка действительно кое-что знала о бунтах супротив привычного.

— Такие как вы и толкают ход истории вперед. Без таких, как они это не было бы возможно. К тому же…

Арис умолкла, поняв, что уже откровенно спорит с Леей, да еще и тянется за аргументами, которые звучат претенциозно, а помнятся очень смутно.

— Продолжайте, пожалуйста, — не дала ей отступиться Лея.

Она невольно отметила, что Арис помещает себя где-то между социальных кругов, ни в один из них не вступая.

Вязунья собрала всю доступную смелость.

— Даже древняя империя, чьи изобретения опережали соседей на века, полагали «сие хорошо потому, что старо» и нередко опирались на это в суде.

Лея не сразу нашлась с ответом — дискуссии с вязуньей в таком ключе она не ожидала, та сумела удивить в который раз. Арис и сама беспокоилась, не слишком ли жарко взялась упираться.

— И вы рисковали менее, — быстро вернулась она к простоте. — Батюшка слишком любит вас, чтобы отречься, и сила позволяет вам самой не бояться голода.