Шесть букв - Сергей Беляков

– Где мы? Как эпидемия? Что с нашими, в двести первом? – Она на время замолчала, потому что Хольмгрен протянул ей бутылку с водой. Сделав несколько быстрых, жадных глотков, Криста снова принялась расспрашивать Сато и Хольмгрена. Они вкратце обрисовали ей ситуацию, причем когда Сато попытался рассказать Кристе о последних деталях своего разговора с Хольмгреном, она нетерпеливо передернула плечами – выходит, уже знала? – и это неприятно удивило Сато.

Он переключился на Хольмгрена:

– Ты остановился на необратимых изменениях в печени у пораженных людей. Еще раз – насколько они серьезны? Есть ли необходимость в медицинской помощи? Не поздно ли оказать ее пострадавшим? Скольких удастся спасти?

Миколог тяжело вздохнул.

– «Кассио-45» действует исподтишка. Пока человек, принявший наркотик… ну, или вдохнувший споры… получает наслаждение от психотропного действия токсина, разрушающее действие «Кассио-45» на печень начинается практически одномоментно с его воздействием на ГАБА-рецепторы в мозгу. Почти так же, как и в случае отравления фаллоидином, другим грибным ядом, печень пострадавшего увеличивается в размерах за счет аномального эндоцитоза, в результате чего кровь не выводится из печени…

– Ладно, ладно, – нетерпеливо оборвал его Сато. – Мне все равно в детали не въехать… Скажи, к чему это приводит?

– Если не дать пострадавшему противоядие… или, в нашем случае, пептидомиметик… Так вот, если не ввести его в первые четверо суток, то человек умирает.

– А пептидомиметик… Противоядие… Насколько трудно получить его в достаточном для города количестве?

Хольмгрен пожал плечами.

– Я никогда не проигрывал сценария массового поражения наркотиком. Наверное, можно – формула противоядия несложна, она напоминает по строению сам «Кассио-45». Это – циклопептидомиметик, циклический аналог пептида, у которого есть…

Крошечное ярко-зеленое пятнышко затанцевало на лбу у Хольмгрена.

Сато слишком хорошо знал, откуда берутся такие зайчики. Лазерный прицел.

Все еще плохо соображающая Криста служила живым щитом для того, кто держал в руках пистолет с лазерной наводкой. Девушка натужно фыркнула два-три раза – возможно потому, что агент Келли, прикрываясь Кристой, слишком плотно сдавливал ей шею свободной рукой.

Сато змеино-ловким движением извлек шестизарядник и направил его на Келли.

– Э-э-э, Майки, не делай глупостей… – Зайчик переместился на грудь Сато. – Давайте поговорим по душам, ребята… Идет? Знаете, как тяжело высидеть в скрюченном положении час-другой? Попробуйте при случае! Неудивительно, что я в итоге не утерпел. Пока ты, Майки, тащил сюда девчонку и Хольмгрена, я спрятался под столом. Сидел это я там, думал, и понял, что нет мне смысла молчать дальше. И потом, момент уж больно драматический. Насколько я понимаю, док Хольмгрен вот-вот выложит тебе секрет наркотика. – Он снова взял на прицел миколога. – Но петрушка вот в чем: независимо от того, как сладко пел тебе Хольмгрен, он врет, и врет по-серьезному. Не развешивай уши, посуди сам. Он в разработку «Кассио-45» влез добровольно? Добровольно. Это раз. И какие бы он теперь тебе крокодиловы слезы не лил – факт остается фактом. Дальше? Пожалуйста. Мим… Пеп… словом, противоядие разработать он все же сумел, ну, формулу там вывел, и все такое… А наварить этого противоядия для других – черта с два. Не стал. Почему? Думай сам. Это два. И вот еще что. Почему, как ты думаешь, он не связывается сейчас с армейскими, почему не бьет во все барабаны, не зовет подмогу?

– А вот тут ты неправ, Келли… – голос миколога был на удивление спокоен.

Не опуская револьвер, Майкл скосил глаза и увидел, что Хольмгрен держит в руке диковинную штуку, нечто наподобие старинного мушкета, только карманного варианта. Широкий раструб мини-мушкета был направлен в сторону Келли. Вакуумный пистолет! Теоретически Сато знал о таком, но видел в первый раз. Вакуумное оружие появилось в армии совсем недавно. Полицию и федов поставили в известность, но не больше… Выходит, Хольмгрен действительно не терял связи с армией?

Зайчик лазерного прицела заметался с Сато на Хольмгрена и обратно. Келли явно не ожидал появления оружия у Конрада. Это означало нарушение баланса, и Келли решил заручиться поддержкой Сато – в противном случае он не смог бы прикрываться Кристой и от детектива, и от Хольмгрена. Келли нервничал. Он напоминал сейчас лишенного убежища краба-отшельника.

– Неправ? Ты хочешь сказать, что армия в курсе происходящего? С кем ты работаешь сейчас, Хольмгрен? С генералом Уолденом? С напыщенным недоноском, полковником Чаудхари? А может, с доктором Гаррисом? Ты же знаешь, он такой же доктор, как я – пастор! Им наплевать на то, что произойдет с городом… для них куда важнее их эгоистичное самолюбие, возможность получить внеочередное звание, новую планку на погоны, поскорее протолкнуться к кормушке сквозь стадо таких же баранов, как и они сами…

– А для тебя, Келли? Что важно для тебя? – спросил Сато. Он вспомнил Шрума и то, что тот говорил о Келли. Он вспомнил беднягу Джереми с перерезанным горлом. Вспомнил Титуса в луже крови. Вспомнил мертвецов на улицах.

И еще Наоми.

Выходит, Келли и есть тот самый «некто», о котором говорил Хольмгрен.

Цепочка логики стала все быстрее выстраиваться в голове Сато…

Скорее всего, Келли давно держал в голове вариант с «Кассио-45», постепенно, исподволь прибирая к рукам торговцев наркотиками в районе Сан Франа. Появление номадов и Шрума в какой-то момент спутало его карты, но лишь на время. Келли задумал подчинить себе Шрума. Когда он узнал, что Джереми, будучи вовлеченным в работу ФБР по новому наркотику из Бирмы, стал слишком подробно интересоваться деталями проекта «Кассио» (Майкл вспомнил протокол допроса, увиденный им в компьютере Джереми), Келли отреагировал молниеносно: он использовал парня в качестве приманки для Шрума…

Как это там говорил Питер Коллинз? «Тролль хитрый… Он напускал на Джереми сон…». К тому времени Слоан-младший, вероятно, уже имел видеочип отца. Найджел Слоан хотел предупредить сына о планах Шрума, о том, что тот собирается наводнить Штаты мощным наркотиком. Но Найджел и не подозревал, что городу угрожает нечто более серьезное. Он передал Джереми секрет противоядия от гриба, секрет, в котором очень нуждался Шрум, который не хотел умирать от «Кассио». Шрум пришел к Джереми в надежде, что он хранит видеочип отца в доме.

Но Шруму не повезло: Джереми, уже зная, что Келли следит за ним, спрятал чип на кладбище домашних животных, и оставил для Наоми наводку в виде фотографии с несуществующей собакой. Ничего не сумев выпытать у Джереми, Шрум убил его… Зная, что у настойчивого и толкового Сато есть неплохие шансы распутать дело, Келли на время отошел в тень, заставив Титуса следить за Сато.

После того, как Титус увидел фотографию Джереми с собакой в руках детектива и рассказал о ней Келли, тот догадался о трюке Джереми и приказал Титусу разыскать могилу с видеочипом на кладбище. Но и Сато, и Титус опоздали. Чип достался Наоми. Поскольку Титус стал лишним звеном, Келли сдал его Шруму. Номады пытали Титуса, надеясь выжать информацию о Наоми, за которой Титус следил с момента ее появления на кладбище. Получив желаемое, они изрезали его в мясо…

Оставалась одна шероховатость.

Зачем Келли нужно было травить город с помощью «Кассио-45»? Ведь фед, как полагал Сато, хотел использовать номадов в распространении нового наркотика…

– Подумай, на чьей ты стороне, Сато! – Келли пошел в наступление. – ФБР не станет ссориться с Департаментом Обороны… ты же знаешь, у нас один хозяин. Но Хольмгрен… Поверь, у нас есть доказательства того, что это твой приятель-грибник выпустил на свободу джинна!

Он впервые намекнул на «Кассио-45», сообразил Майкл.

– …Хольмгрен легко предаст тебя, так же легко, как он предал Шрума!

– Глупо, – все так же спокойно ответил миколог. – Сато, неужели ты не видишь, что он пытается околпачить тебя, перетащить на свою сторону? Лишь только он тебя уговорит, он расправится и со мной, и с Кристой… А потом уж и с тобой. Ты нужен ему только до того момента, пока он не всадит в меня пулю.

– Заткнись, Хольмгрен! – Келли с ненавистью цедил слова сквозь стиснутые зубы. Он все меньше контролировал себя. – Уч-ч-ч-ченый обделанный… От таких, как ты, нет пользы никому! Вы хуже саранчи, вы сжираете бюджет страны, от вас за милю несет меркантилизмом. Ты – достойный компаньон вшивого доктора Гарриса!

Кто такой этот Гаррис? Какое отношение он имел к происходящему? Келли неспроста дважды упомянул его имя… В то же время Хольмгрен странно спокоен, отметил Сато.

Дождь за окном прекратился. Судя по яркому лучу, снова пробившемуся сквозь дырку в шторе, непогода рассеялась. Светлее в лаборатории не стало, однако Сато отметил это чисто механически. Может, Келли прав, и роль Хольмгрена в истории с «Кассио» является на деле не такой невинной? Он нерешительно отвел ствол револьвера от Келли. Тот почувствовал колебание Сато и усилил нажим: