Петербург – столица русской гвардии. История гвардейских подразделений. Структура войск. Боевые действия. Выдающиеся личности - Борис Алмазов

12 октября 1817 г. – сформирован в Варшаве из 1-го батальона лейб-гвардии Финляндского полка лейб-гвардии Волынский полк, набранный из уроженцев Западных губерний, в составе двух батальонов для охраны великого князя Константина Павловича. Зачислен в Гвардейский корпус с правами Старой гвардии. По роду службы отнесен к легкой (егерской) пехоте. Батальон развернут в полк двухбатальоного состава, для чего выделено из гвардейских полков 502 уроженца Виленской, Минской, Гродненской, Волынской, Подольской и Белостокской областей. Офицеры пополнены из 27-й и 28-й пехотных дивизий из уроженцев Польских губерний.

1831 г. – участвовал в подавлении Польского восстания (сражение при Остроленке, оборона Вильно и Гродно, штурм Варшавы).

1832 г. – выведен в Санкт-Петербург и расквартирован в Кронштадте.

1836 г. – переведен в Ораниенбаум.

1853–1856 гг. – участвовал в Крымской войне, охраняя Балтийское побережье. Участвовал в стычке с английским морским десантом под Выборгом, у д. Максляке.

23 мая 1855 г. – нижние чины полка (единственного из всех гвардейских полков, участвовавших в Крымской войне) получили знаки отличия ордена Св. Георгия.

1862 г. – переведен в Варшаву во 2-ю бригаду 3-й Гвардейской пехотной дивизии.

Участвовал в Первой мировой войне:

Декабрь 1916 г. – в честь полкового праздника отозван с фронта в столицу.

27 февраля 1917 г. – утром полковая учебная команда (350 чел.), убив своего командира штабс-капитана Лашкевича, перешла на сторону революции, начав агитацию и в лейб-гвардии Литовском и Преображенском полках. Восстание возглавлял унтер-офицер Запасного батальона Тимофей Иванович Кирпичников.

Что же такое случилось с гвардейцами? Они ли это – «славные волынцы»? В том-то и дело, что к 1917 г. от гвардейского полка фактически осталось одно название. Кадровая русская гвардия, которую не щадили, а может быть, и сознательно уничтожали, бросая в бессмысленные атаки, полегла на фронте.

Гвардейские пехотные части (правильнее: запасные батальоны гвардейских полков), занимавшие в составе Петроградского гарнизона первое место по численности, как и раньше, продолжали формироваться за счет крестьян. Среди 6925 новобранцев, призванных в гвардейские пехотные части в 1916 и 1917 гг., только 1624 человека были рабочими, в том числе 285 (т. е. всего – 4 %) – фабрично-заводскими. Число неграмотных и малограмотных солдат увеличилось в разы. Разумеется, в условиях войны грамоте их обучить не успевали. Больше того, в это время, в связи с огромной убылью в офицерском составе, только 4 % офицеров имели полноценное военное образование, остальные оканчивали ускоренные курсы, часто экстерном, или, как прапорщик В. И. Чапаев, получали первый офицерский чин (и личное дворянство) вместе с полным Георгиевским бантом за бесшабашную храбрость. На пехотный полк, который общей численностью вдвое больше современного мотострелкового полка (около 3200 чел.), всего 60 офицеров.[74] Разумеется, они не могли противостоять валу антивоенной агитации, падению дисциплины и разложению армии. Воистину «крестьяне в серых шинелях» не собирались становиться «доблестными гвардейцами» – профессиональными воинами, а всеми правдами и неправдами рвались домой. Особенно остро это чувствовалось в учебной команде, откуда солдаты должны были не сегодня-завтра с маршевыми ротами отправиться на фронт.

Однако, «скинув царя», «власть помещиков и капиталистов», солдаты рано или поздно понимали, кого они взамен привели к власти. Такое прозрение наступало неизбежно. В гвардию, теперь уже Красную, хоть и не было такого строгого отбора новобранцев, как прежде, а все же брали здоровых, сильных, высоких, т. е. призывников из сытых, крепких крестьянских семей. (Такие семьи больше всего пострадали от войны. «Нищему-то, как говорится, пожар не страшен», а «пролетарию нечего терять, кроме своих цепей».)

Вот они-то, быстренько переименованные новой властью из «орлов революции» в «кулацких сынков», и хлынули из Рабоче-крестьянской армии кто куда! В 1918 г. на территории Республики Советов скрывались от всеобщей мобилизации более миллиона дезертиров. Их отлавливали, ставили кого в строй, кого сразу к стенке… «Идейные» бежали в армии врагов советской власти. Из Волынского полка, поскольку там было много природных волынян, галичан, украинцев из других малороссийских губерний, «тикали» в украинские армии гетмана Скоропадского, Петлюры или Махно. Русские пробирались на Дон. Явился туда и «первый солдат революции», бывший «волынец» Кирпичников.

Родился в крестьянской семье в Саранском уезде Пензенской губернии. Учился в народной школе. В армию призван до начала войны в связи с достижением призывного возраста.

Служил в Петрограде старшим фельдфебелем учебной команды запасного батальона лейб-гвардии Волынского полка.

Утром 27 февраля 1917 г. в 5 часов утра поднял подчиненных ему солдат, вооружил и построил до прихода начальства. Накануне днем их командир штабс-капитан Лашкевич по приказу командующего Петроградским военным округом С. С. Хабалова водил команду в город: в столице произошли беспорядки, сопровождавшиеся насилиями и посягательствами на жизнь воинских и полицейских чинов. Ночью Тимофей Кирпичников подговорил своих помощников, «взводных», отказаться от участия в подавлении беспорядков. Придя в расположение части, Лашкевич встретил сопротивление подчиненных, пытался бежать и был застрелен Кирпичниковым в спину.

Восставшая учебная команда с оружием в руках двинулась к резервному батальону своего полка и увлекла его за собой. Потом Тимофей Кирпичников повел солдат дальше – поднимать соседние полки. Преодолевая сопротивление часовых и офицеров, они смогли в течение нескольких часов вывести на улицы многие тысячи вооруженных людей. В какой-то момент сам Кирпичников перестал контролировать действия толпы, которая произвольно открывала огонь, штурмовала занятые жандармерией объекты и в конце концов побудила государственные учреждения, включая правительство, свернуть свою деятельность, а позже и вовсе разбежаться. В течение дня к вооруженному мятежу присоединились другие части Петроградского гарнизона, что в конечном итоге привело к свержению монархии и к победе революции.

Временное правительство чествовало Кирпичникова как «первого солдата, поднявшего оружие против царского строя». Он был произведен Временным правительством в подпрапорщики и награжден Георгиевским крестом IV степени, врученным Кирпичникову лично генералом Л. Г. Корниловым. От Волынского полка Кирпичников был избран в состав Петроградского совета.

В апреле 1917 г. во время бурных выступлений против Временного правительства организовал солдатскую демонстрацию в его поддержку. Это привело к падению авторитета Кирпичникова, быстро сошедшего с политической арены.

25 октября 1917 г. во время антибольшевистского похода генерала П. Н. Краснова на Петроград Кирпичников попытался вновь поднять бунт среди солдат гарнизона, на сей раз против новой власти. Однако восстание юнкерских училищ не вызвало отклика среди солдат – план сорвался.

В ноябре Кирпичников смог сбежать из столицы на Дон, где попытался примкнуть к формируемой генералом Л. Г. Корниловым Добровольческой армии. На свое несчастье, обратился к полковнику А. П. Кутепову, одному из последних защитников самодержавия в Петрограде 27 февраля 1917 г. Между ними состоялся разговор, зафиксированный А. П. Кутеповым в воспоминаниях: «Однажды ко мне в штаб явился молодой офицер, который весьма развязно сообщил мне, что приехал в Добровольческую армию сражаться с большевиками „За свободу народа“, которую большевики попирают. Я спросил его, где он был до сих пор и что делал, офицер рассказал мне, что был одним из первых „борцов за свободу народа“ и что в Петрограде он принимал деятельное участие в революции, выступив одним из первых против старого режима. Когда офицер хотел уйти, я приказал ему остаться и, вызвав дежурного офицера, послал за нарядом. Молодой офицер заволновался, побледнел и стал спрашивать, почему я его задерживаю. Сейчас увидите, сказал я и, когда наряд пришел, приказал немедленно расстрелять этого „борца за свободу“. По приказу Кутепова Кирпичников был расстрелян».[75]

Ну а что стало с лейб-гвардии Волынским полком?

Поначалу всячески превозносившее участие волынцев в революции Временное правительство переименовало 9 мая 1917 г. Запасной полк в Гвардии Резервный Волынский полк, который с приходом к власти большевиков прекратил свое существование.

В Белой армии волынцы летом 1919 г. составляли две роты во 2-м батальоне 2-го Сводно-гвардейского полка, 16 сентября 1919 г. был сформирован батальон в Сводном полку 3-й гвардейской пехотной дивизии (4-я рота действовала отдельно). Это – героическая, славная, но слабая тень лейб-гвардии Волынского полка: на 2 ноября 1919 г. батальон насчитывал 200 штыков. В Русской армии с августа 1920 г. составлял роту в 3-м батальоне Сводного гвардейского пехотного полка.