Лейтенант - Amazerak

который помог мне бежать из страны, владеет чем-то подобным. Перед нашей первой встречей, когда меня тайная полиция забрала, в лесу я видел толпы оживших мертвецов. Как-то не по себе тогда мне стало... И много у вас в Союзе таких э... тёмных?

– А что? – усмехнулся Виноградов. – Тебя это смущает?

– Просто любопытно, почему в Союзе сильных столько людей, владеющих тёмными чарами?

– Возможно, потому что именно мы подвергаемся самым суровым преследованиям и лучше других понимаем, что значит быть изгоем и сколь много вокруг несправедливости. Но в наших рядах есть разные люди. Телекинез, чёрная энергетика, стихийные школы, врачевание, некромантия, электрокинез – среди последователей идей Союза найдутся носители всех этих чар. И мы хотим построить общество, в котором будет место каждому. Понимаешь?

– Это, конечно, замечательно... – проговорил я, пытаясь понять, как люди смогут привыкнуть к тому, что среди них живут некроманты, способные поднимать покойников из земли.

Наконец, местные разошлись по домам, а следом и мы побрели наверх в номера. Нам с Таней выделили комнатушку на третьем этаже с двуспальной кроватью. У Катрин был отдельный номер по соседству. Остальных разместили на втором этаже.

Я сказал Катрин, что хочу поговорить с ней по поводу будущего, и мы пошли в её номер. Это была комнатушка с керосиновым светильником под потолком, маленьким окном и скрипучими деревянными полами.

Мы уселись за столик друг напротив друга.

– Я решил вернуться в Россию, – объявил я. – Мой старший брат погиб, и теперь право наследование по закону должно перейти мне. Надеюсь, Барятинские не станут сильно противиться тому, что я возглавлю их род.

– Правда? – глаза Катрин загорелись. – Неужели это случится, наконец? Я очень рада. Это твоя судьба, предназначение, которое ты должен осуществить. Я последую за тобой, куда скажешь. Даже вопросов быть не может. Если надо вернуться – мы вернёмся.

– Но ты, кажется, хотела, чтобы я основал свой род, а теперь получается всё несколько иначе.

– Так это и будет твой род! Главное, что пятая школа вернётся в этот мир.

– Не могу сказать, что разделяю твой энтузиазм, но определённо, это так. Ну а мне для осуществления моего плана понадобятся верные люди, на которых можно положиться.

– Я дала клятву, – серьёзно произнесла Катрин, – твоей матери, а теперь – тебе. Но... У меня есть одни вопрос... – дружинница замялась, не решаясь продолжить

– Говори.

– В чём цель Союза?

Делать было нечего. Я не хотел, чтобы у нас осталось какое-то недопонимание относительно моих планов и взглядов, а потому я выложил всё, что удалось выведать у Виноградова.

Катрин слушала со скепсисом. Долго пыталась сообразить, что к чему, а потом выдала:

– Они хотят, чтобы простолюдины были равны боярам? Как может рождённый от безродных быть равным человеку знатных кровей?

– А в чём разница между ними? – спросил я.

– Ну как же? Это простолюдины, а это – потомки великих воинов, наследники древних родов.

– И что? А чем это делает их лучше? Среди простого народа тоже есть те, кто владеет чарами.

Катрин зависла на несколько секунд.

– Но так же было всегда! – нашла она, наконец, довод. – Это же краеугольный камень, на котором держится всё общество.

– Ну а тут, в Александрии, никто не делится на бояр и простолюдинов. Тут людям хуже живётся? Тоже общество на чём-то держится.

– Моё дело – служить, а не рассуждать. Философствования ведут к моральному разложению и разрушению устоев. Так нам говорили.

– Насколько же у тебя мозг забит всякой ерундой, – вздохнул я.

– Прости, мне и правда сложно понять то, что ты говоришь, – Катрин снова наморщилась лоб, соображая, что ещё можно возразить, а потом спросила:

– Допустим, всё получится так, как хочет Союз сильных... Ну а кому тогда я буду служить, если великих родов не станет?

Я аж рассмеялся:

– Не волнуйся. На твой век службы хватит. Если общество когда-то и изменится, то очень и очень не скоро. Может быть, даже не при нашей жизни. Но постарайся, пожалуйста, понять мою точку зрения. Для меня это важно.

– Ладно, я обязательно постараюсь это сделать.

– Хочу, чтобы ты знала, – я взял Катрин за руку, – я очень ценю то, что ты служишь мне.

Я смотрел ей в глаза и еле сдерживался, чтобы не поцеловать. Я никак не мог разобраться со своими чувствами. Да, тут в городе была Таня, но Катрин тоже для меня многое значила. Тем более я не знал, придёт ли сегодня Таня. Она настолько увлеклась своим делом, что забыла про меня. Или её чувства охладели? С другой стороны, она могла вернуться в любую минуту и застать нас. А я бы не хотел, чтобы всё произошло именно так.

Я поднялся со стула:

– В общем, завтра постараемся отбыть в Спрингтон. Надеюсь, местные нас отпустят, – я улыбнулся. – Спокойной ночи.

Вернувшись к себе в номер, я сел на кровать и задумался. Тане я тоже собирался в скором времени поведать о своих намерениях, и кто знает, как она их воспримет, особенно то, что я должен жениться на другой. Захочет ли Таня вернуться в Россию? Захочет