Legion - So..The End

от всех вас. Причем даже не одну. Хе-хе. Думаю, в этом нет ничего сложного. С памятью у меня все не настолько ужасно. Вот скажи, что вы недавно проходили?

— Сегодня у нас лекция по литературе и культуре Европы XIV века.

«О-о, ты попала, сестренка. Удачи!», — раздался полный ехидства голос Ленни.

«А ну цыц!».

— Эм… И что тут такого? Поищем в интернете нужные видео, делов-то. Там уже умные люди все разжевали и записали. Зачем мне придумывать колесо? Есть еще вопросы? Нет? Ну тогда собрание окончено. Всех жду после обеда здесь. И не дай Бог, кто-то не придет! Я прослежу!

Когда все постепенно разошлись по своим делам, я осталась со своими голосами. У «нас» также был свой план на этот день. Я надеялась, что вчерашнее не прошло даром. И решилась проверить свою зацепку последней надежды — свои физические кондиции, превышающие норму. А то вчера промелькнуло нечто эдакое, ненормальное. Для этого я переоделась в форму для тренировок и потопала в наш тренажерный зал.

— И что ты здесь делае… — когда я пришла в пустой зал, объявился Ленни в своем визуальном образе и застыл посреди помещения, — …шь? Оу май, сестренка…

— Чего?

— Ничего. Но твоя одежда будто бы и не одежда…

— Это просто спортивные леггинсы и топ, чувак.

— Вот именно!

— Чувак, пожалуйста, не отвлекай. У меня тут важное дело!

— Угу-угу. Да я так, просто постою в сторонке, понаблюдаю, — облокотился друг о велотренажер и всячески делал вид, что любуется своими руками.

Размяв все мышцы как следует, я решила начать с тяжестей. По моей догадке, у меня мутация — нечто вроде повышенной физической силы, почти как у Паркера, но которая проявляется во время стрессовых ситуаций или, когда организм особо уязвим, при смерти. После вчерашнего я всю ночь не спала, вспоминая подобные инциденты, из которых я всегда выпутывалась живой и относительно невредимой. Во всех своих драках, спортивных состязаниях, я должна была получить серьезные увечья, хотя бы раз, но почему-то всегда обходилась лишь парой ссадин и царапин. А серьезные увечья быстро заживали без осложнений. И все благодаря мутации! А я и не замечала! По крайней мере, такова была версия. Последняя из оставшихся.

Если и это не выгорит, то я уже не знаю, что делать. Пожалуй, придется проститься с этой прекрасной школой. А то выходит, что немутант тут живет и ест за просто так, выдавая себя за своего. Это, как минимум, некрасиво, как максимум — мошенничество.

Однако… Надежды вновь не оправдались. Никаких суперсил у меня явно не прибавилось. Я только вспотела и жуть как устала. Мышцы ныли нещадно, не в силах больше продолжать этот самоубийственный эксперимент. Супермутант вряд ли должен испытать подобное после ряда каких-то «детских» упражнений. Притом никакие супертяжелые весы я так и не смогла осилить. А вчерашние раны за ночь никуда чудесным образом не испарились.

— По-моему ты неправильно подходишь к вопросу. Давай я помогу!

— Ленни, не отвлекай.

Ситуация не изменилась и через час. Мда… Полное фиаско. И мое «мертвое» тело на полу в виде коврика полностью это подтверждало. Прохладный пол казался мне мягким и таким манящим, что хотелось просто закрыть глаза.

— Ну не расстраивайся, сестренка…

— Да я не расстроена, скорее, разочарована.

— Так вот куда ты пропала, я уж думала, опять куда-то уехала драться, — услышала голос Джин. Я рассказала ей всё, что вчера натворила. Джин почему-то вообще не удивилась.

— Что… Уже два часа?

Мне уже не хотелось никуда идти. Просто доковылять до кровати и заснуть. А ведь мне нужно вести лекции. Кстати, странно, что для всех детей проводятся одинаковые эм… темы. Они что, все тут такие умные? «Одаренные?» Хе-хе. Кроме меня, разумеется.

— Нет. Но обед скоро. Пойдешь?

— Сейчас. Дай руку, — помогла она мне встать. — Что? — заметила я странный взгляд юной Грей.

— Ничего.

Хм… Я хотела дальше её расспросить, что не так. Но у телепатов всегда такие многозначительные взгляды. Поди гадай, что у них в уме. И что они там ощущают. Видимо она заметила, как я уже не так горю энтузиазмом по поводу поиска своей мутации и вообще собираюсь уходить по-тихому. А она так старается мне помочь. Мы многое проверили из того списка, и везде по нолям.

— Ну как спалось после ночных гуляний? Больше не тянет на подвиги?

— Надеюсь, ничего ужасного не натворили. И это, кстати, и тебя касается.

— А-ха-ха. До сих пор боишься, что профессор узнает? — и, кажется, я попала в точку. Она как пай-дитя, впервые провинившееся перед родителями и скрывающее нечто постыдное. — По-моему он рано или поздно узнает. Тут как бы не сложно сложить два и два. Очевидцы скажут, что видели красный луч и четверых людей в одеяниях, подозрительно похожих на наши тренировочные костюмы. А полиция найдет паутину.

— И тебя это нисколько не волнует?! А что насчет вчерашней твоей гулянки?

— Неа. А гулянка была необходима. Прояснила некоторые моменты.

— Да… Кого я спрашиваю, — закатила она глаза.

— Хе-хе. Джин, Джин, Джин, ты слишком много думаешь. Пошли. Ах… Ох… Ног не чувствую… Может ты меня понесешь? Ах-ха-ха. Это шутка, Джин. Джин? Подожди… Я реально ног не чувствую…

— Когда-нибудь ты ее точно доведешь, сестренка.

— Да я же ничего такого не имею в виду!

— Эх… — почему-то вместо внятного ответа Ленни тяжело вздохнул. Видимо он грустит от скорого расставания. Ну, переживет, чай не маленький.

После лекций день прошел как обычно. Как обычно уныло, я бы уточнила. Вечером связался профессор, сказал, что они вернутся завтра. И до моего возможного «ухода» из этой школы оставались считанные дни. Между тем, я подбила жителей школы готовиться к хэллоуину, украсить школу и все такое. В этом нам отлично помог Алекс. Я так и не поняла, куда ходит старший брат Саммерса, он же вроде даже лекции не проводит. Но это не важно. К предстоящему празднику все было готово уже к прибытию профессора с Хэнком, которые явно не ожидали такой картины у себя дома. А на вопросы о синяке и порезах я ответила, что просто так неуклюже тренировалась.

Мои друзья принимали активное участие в надежде, что взрослые отвлекутся на эту красоту и никогда не узнают, что произошло ночью в Бруклине. Понимаете, это как дети, получив нагоняй в школе, пытаются прибраться дома, чтобы родители не так сильно ругались, когда узнают. Но тут, подозреваю, дело во времени и скоро всё станет известно.

Потихоньку я отошла от всех дел в школе и просто стала сторонним наблюдателем.