Ворон, Волк и Чёрная Крыса - Берёза

— Мой сотовый остался в квартире? А у тебя есть?

Малыш отрицательно покачал головой, и Тони повернулся к Лин.

— Мой там же, — ответила девушка. — Я даже одеться не успела.

Она выразительно посмотрела на свои босые ступни. Вампиры хотя бы натянули шлёпки перед выходом на улицу. Когда успели?

— Ладно, я найду ближайший телефон-автомат и обзвоню пару ребят, — заявил Тони.

— А я пойду к Леонтию, — добавил Малыш.

— Мне кажется, не стоит этого делать, — усомнился золотоволосый вампир. — Помнишь, мы обсуждали, что Леонтий может оказаться шпионом Тадеуша?

— Я буду осторожен, — пообещал Малыш. — К тому же он живёт ближе всех. Не волнуйся, Лин я оставлю здесь и не стану ему рассказывать, где она.

— Хорошо, — Тони кивнул. — Лин, жди здесь и ни в коем случае никуда не выходи отсюда. Мы скоро вернёмся за тобой.

Девушка пообещала им это, и оба вампира, проигнорировав лифт, стали спускаться вниз по лестнице.

Лин посмотрела в окно на раскинувшийся перед ней город, не видя его. Перед глазами разворачивались события последнего часа. (Или нескольких часов? Или уже вечность прошла с того момента, как она проснулась и увидела горящую у изголовья её постели свечу?) Она вспомнила, как нашла бабушку, как в квартиру проникли люди, среди которых оказался её отец, как началась драка между вампирами и охотниками, как загорелся гроб Альберта.

Альберт погиб. Его больше нет. Лин не знала, как назвать чувство, которое рождали в её душе эти слова. Печаль? Горе? Боль? Нет, это всё было не то. В повседневной жизни Лин привыкла заливаться слезами по каждому пустяку, но теперь ей совсем не хотелось плакать. Она просто смотрела в пустоту, и перед глазами плясали языки пламени, пожиравшие чёрный лакированный гроб.

Это состояние называлось оцепенением. Лин не чувствовала никакой боли, никакого горя. Она вообще ничего не чувствовала. Наверно, если бы её сейчас ударили ножом в спину, она бы и этого не почувствовала. Ничего сейчас не имело значения, кроме того, что Альберта больше нет. Единственное, что она ещё ощущала, — непонятная тяжесть в груди, будто ей в лёгкие поместили по кирпичу, не дававшему свободно вздохнуть. Лин приходилось делать над собой усилие, чтобы не перестать дышать.

Но хуже всего было то, что Лин понимала — это целиком и полностью её вина. Она поверила бабушке и не предупредила Альберта, когда догадалась, что бабушка что-то замышляет. А когда она нашла книжку и увидела подчёркнутую красным фломастером фразу про огонь, почему она сразу не побежала к Альберту?! Она могла бы просто снять с гроба печать, задуть свечу и тогда он был бы жив. Какого чёрта она пошла готовить бабушке чай вместо того, чтобы требовать у неё объяснений?! И теперь она больше никогда не увидит Альберта, и в этом виновата только она одна.

Сколько времени Лин простояла вот так у окна, она не знала. Тони и Малыш сказали, что вернутся скоро, но ей казалось, что прошло уже несколько часов. Хотя может быть, она просто была настолько поглощена своими мыслями, что потеряла счёт времени. Уже скоро кто-нибудь из вампиров придёт за ней.

Едва она это подумала, как услышала прямо за спиной почти бесшумные шаги. Инстинкт ведьмы, сбросив оцепенение, мгновенно завопил об опасности. Но Лин не успела ни обернуться, ни отпрыгнуть в сторону. Что-то тяжёлое опустилось ей на голову, и девушка провалилась в темноту.

Ночь XI

Предатель.

Очнулась Лин в абсолютно незнакомом ей месте. Кажется, это была приёмная в чей-то офис. Кожаные диваны вдоль стен, строгие белые стены, стол, за которым положено было находиться секретарше. Вот только секретарши за столом не было. Зато на диванах расположились четверо мужчин в кожаных куртках, напомнивших Лин бандитов из дешёвого телесериала. Уже привычным чутьём девушка определила, что это — вампиры. Вот только из какого клана?

Она пошевелилась в кресле, куда её положили, и почувствовала, что руки за спиной связаны. Вряд ли вампиры из клана Чёрной Крысы стали бы связывать ей руки. Хотя… после того, как её родичи убили Альберта, всё может случиться.

— О, кажется, она очнулась, — довольно произнёс один из её охранников.

— Кто вы такие? — спросила Лин. Попади она в такую ситуацию раньше, её голос бы дрожал от страха, но сейчас Лин испытывала лишь раздражение.

— Дама желает, чтобы мы представились, — ухмыльнулся вампир. — Я Александр Тролль из клана Волка.

Он снял куртку, закатал рукав футболки, и Лин увидела на его предплечье чёрный силуэт бегущего волка.

Клан Волка, значит. Они всё-таки поймали её. Неожиданно для себя Лин разразилась истеричным смехом.

— Тролль — это фамилия? — фыркнула она. Александр смутился.

— Ворон не лучше, — пробормотал он, но Лин продолжала извиваться от хохота.

— А остальные? — спросила она, отсмеявшись.

— Рустам Досаев из клана Волка, — представился вампир, в чертах которого сквозило что-то татарское.

— Кирилл Козлов из клана Волка.

— Константин Седой из клана Волка.

Все они по очереди сняли куртки, закатали рукава и продемонстрировали Лин свои клановые метки.

— А я Линда Ворон, — вежливо представилась девушка. — Хотя вы, наверно, это знаете.

— Ещё бы не знать, — пробормотал Александр. Среди четверых вампиров он явно был главным, но самым опасным Линде показался Константин. Она не знала, на чём основан этот вывод, но инстинкт ведьмы подсказывал ей, что его аура отличается от остальных. А Лин за последнее время привыкла доверять своему тёмному дару.

— И что дальше? — спросила она. Страха не было. Бабушка обманула и предала её, отец оказался охотником на вампиров, Альберт погиб. Чего ещё бояться?

— Кирилл, позови господина, — велел Александр. — Скажи ему, что ведьма очнулась.

Кирилл был светловолосым вампиром с красивым разрезом серых глаз, широко раскрытых, словно глаза ребёнка. Он послушно поднялся с дивана и исчез за боковой дверью.

— Ты называешь Тадеуша господином? — насмешливо спросила Лин. — Если ты не в курсе, должна тебе сообщить, что крепостное право отменили ещё в 1861 году.

Александр помрачнел и явственно пробормотал: "Ведьма!" Но Лин в ответ только ухмыльнулась. Проведя всю свою жизнь среди суеверных и невежественных людей, она привыкла к этому слову. Более того, сейчас Лин гордилась тем, что она ведьма.

Кириллу не понадобилось много времени, чтобы позвать Тадеуша. Боковым зрением Лин увидела, как отворяется дверь, пропуская в приёмную человека, и сердце её чуть не выпрыгнуло из груди. "Альберт!" — рвался из горла крик. Но едва человек приблизился, Лин увидела, что ошиблась. Это был Влад.