Белорусские народные сказки - Автор Неизвестен -- Народные сказки

булава в небе с утра до вечера и летит назад. Подставил вдовий сын колено — булава ударилась об него и надвое переломилась.

Пошел вдовий сын с друзьями сам к царю:

— Коли вы хотите, чтобы я Чудо-Юдо одолел и солнце-месяц у него отобрал, то прикажите медникам, — пускай отольют мне медную булаву пудов на двадцать пять, да чтоб она не ломалась.

Купеческий сын говорит:

— А мне на девять пудов!

Царский сын говорит:

— А мне и на шесть хватит.

Позвал царь медников и велел им отлить без всякого обману три булавы: одну на двадцать пять пудов, вторую на девять, а третью — на шесть.

Взял вдовий сын медную булаву в руки, повеселел — понравилась она ему. Потом вышел в чистое поле, кинул булаву в небо. Залетела булава за самые высокие облака. Целый день и целую ночь ходил вдовий сын по полям, по лугам, ждал булаву. Наконец рано утром слышит: летит булава из-за туч. Подставил вдовий сын плечо — булава ударилась и покатилась наземь.

— Вот это булава настоящая! — говорит он. — С такою булавой можно куда хочешь собираться, с Чудом-Юдом поганым сражаться.

Купеческий сын и царский тоже рады — добрые им булавы отлили медники!

Тогда вдовий сын и говорит друзьям:

— Ступайте с отцами проститься. Пора нам в путь-дорогу.

Царский сын пошел, а купеческий отказался:

— Зачем мне время тратить: я уже с отцом простился, когда сюда ехал.

Собрались хлопцы и тронулись в большую дорогу.

Одно царство прошли, второе, третье — дошли до калинового моста. Видят — стоит поблизости старенькая хатка.

— Давайте, — говорит вдовий сын, — тут заночуем, денек — другой отдохнем. А то неизвестно еще, какая дорога нам предстоит.

Зашли они в хатку. А там старенькая бабулька пряжу прядет. Поздоровались с нею хлопцы и просятся переночевать:

— Мы, бабка, с дальней дороги, больно устали…

— Ночуйте себе на здоровье, — говорит старушка. — Кто по дорогам ходит, тот хаты с собой не носит.

Разговорился вдовий сын с бабушкой и проведал, что попали они в царство поганого змея Чуда-Юда: как раз туда, куда им и надо!

Ночь наступила. Вдовий сын думает: «Надо бы дозор на калиновом мосту выставить, чтобы никто невзначай не напал».

Посылает он на стражу царского сына.

Взошел царский сын на калиновый мост, походил немного и думает:

«Что мне стоять тут на виду? Если будет кто идти или ехать, то увидит меня. Пойду-ка я лучше да лягу под мостом — там поспокойнее будет».

Так он и сделал.

Тем временем не спится вдовьему сыну: «Надо, — думает, — проверить, стоит ли царский сын на страже».

Вышел оп в полночь на калиновый мост, смотрит, а сторожа-то и нету!

Пока он искал царского сына, глядь — едет на охоту трехглавый змей, младший брат Чуда-Юда. Па средней голове у него зоркий сокол сидит, сбоку быстроногая борзая бежит. А конь только ступил па мост, сразу заржал, борзая залаяла, а сокол закричал.

Ударил младший Чудо-Юдо копя промеж ушей:

— Ты чего, травяной мешок, заржал? А ты, собачье мясо, чего залаяла? А ты, ястребиное перо, чего криком кричишь? Если супротивника моего чуете, то здесь его и близко нету. Есть у меня один только супротивник, но тот живет за тридевять земель, в тридесятом царстве. Это — вдовий сын. Но сюда и ворон костей его не занесет!

Услыхал такие слова вдовий сын и говорит:

— Доброго молодца не ворон кости заносит — он сам приходит!

Испугался змей:

— Так ты здесь, вдовий сын?

— Здесь, нечистая сила!

— Ну, что будем делать — . биться или мириться?

— Не для того я шел дальний свет, чтобы с вами, погаными, мириться, а для того, чтобы биться!

— Так готовь ток! — крикнул змей.

Вдовий сын отвечает:

— Тебе надо — ты и готовь! У тебя три духа, ты и дуй, а у меня один. Я к панской роскоши не привык: могу и на сырой земле биться.

Слез Чудо-Юдо с коня, дохнул в три духа, и стал ток гладкий па три версты.

Начали они биться.

Три часа бились. Одолел вдовий сын младшего Чудо-Юдо, сбил ему все три головы. Коня па зеленый луг пустил, борзую и сокола — в чистое поле. А сам в хатку вернулся и лег спать.

Поутру приходит царский сын из дозора.

— Ну, как тебе там сторожилось? — спрашивает вдовий сын. — Может, кто шел или ехал?

— Нет, — говорит царский сын, — за всю ночь и птица даже близко не пролетела…

«Ненадежный ты у меня товарищ, — думает вдовий сын. — Надо, видно, больше на себя полагаться».

На следующую ночь посылает он на калиновый мост купеческого сына. Походил купеческий сын по мосту и думает себе:

«И чего мне здесь своей головой рисковать? Пойду-ка я лучше под мост, спать лягу».

Так он и сделал.

Вышел вдовий сын в полночь на мост проверить, стоит ли на страже его товарищ. Посмотрел туда-сюда — нету! Вдруг видит-въезжает на калиновый мост Чудо-Юдо о шести головах. Поднялся конь на дыбы, громко заржал, борзая залаяла, сокол закричал. Чудо-Юдо хвать копя промеж ушей:

— Ты чего, травяной мешок, заржал? А ты, собачье мясо, чего залаяла? А ты, ястребиное перо, чего криком кричишь? Здесь нет супротивника, равного мне по силе. Есть он, правда, да за тридевять земель, в тридесятом царстве, — вдовий сын. Да сюда и ворон костей его не занесет!

А вдовий сын отвечает:

— Доброго молодца ворон костей не заносит — он сам приходит!

— A-а, так ты здесь, вдовий сын?

— Здесь, нечистая сила!

— Ну что ж: биться будем пли мириться?

— Не для того шел я дальний свет, чтобы с вами, погаными, мириться, а для того, чтобы биться!

— А я бы тебе советовал, вдовий сын, лучше мириться, а то я тебя убью.

— Убьешь, тогда и говорить будешь.

— Ну так готовь ток! — заорал Чудо-Юдо.

— Тебе надо — ты и готовь. У тебя шесть духов, а у меня один. Мне и без тока хорошо: я мужицкий сын, к роскоши не привык, могу и на сырой земле биться.

Слез Чудо-Юдо с коня, дохнул в шесть духов, и стал ток гладкий на шесть верст.

Начали биться.

Бились шесть часов. Вдовий сын сбил Чуду-Юду все шесть голов. Коня на зеленый луг пустил, борзую и сокола — в чистое поле. А сам в хатку вернулся и лег спать.

Наутро приходит сторож, будит вдовьего сына:

— На чужой стороне долго спать не положено. Я вот целую ночь и глаз не смыкал…

Подумал вдовий сын: