Сердце Тайрьяры - Наталия Московских

Филисити ахнула, прикрыв рот рукой, Ольциг положил ей руку на плечо, сжимая другую в кулак.

Я чувствовал, как внутри меня поднимается тьма.

- Господи!.. - мой голос прозвучал сдавленно и резко.

Я понял, что не сумею сдержать темное облако. Оно считает Шаддэка агрессором и убьет его, если тот не прекратит.

Собравшись с силами, я резко дернулся назад, вывалившись в прихожую через открытую дверь, отсекая себя от заклинания экзорциста. Старик ахнул, устало уронив руки. Ольциг поддержал его под плечи, Филисити бросилась ко мне.

- Райдер, - она помогла мне подняться и коснулась моего лица, - ты весь горишь...

- Я не смог, - сокрушенно прошелестел Шаддэк, виновато глядя на меня и качая головой, - яд проник слишком глубоко, его невозможно изгнать. Я никогда прежде не видел, чтобы его было так много. Не знай я, кто ты, решил бы, что ты темный воин...

Я постарался подавить нервный смешок, вместо этого ободряюще улыбнулся Филисити.

- А это разве спасло бы меня?

Девушка предупреждающе посмотрела на меня, но я предпочел не заметить этого. В конце концов, не так уж я и глуп, чтобы называть себя стражем Орсса в Таире. Это равносильно тому, чтобы войти в крепость Ордена Креста и Меча и заставить dassa молиться Отру или Therabia.

На лице Шаддэка появилась невеселая улыбка.

- Даже задавать такие вопросы опасно, дорогой мальчик. Они могут стоить тебе жизни в этом умирающем городе, - старый монах покачал головой, - тем более что ответа у меня нет. Даже не представляю, как темные воины могут реагировать на яд дексов. Думаю, я этого никогда не узнаю. Мне очень жаль, что я не сумел помочь тебе.

Я кивнул, поджав губы.

- Что ж, если так, может, хотя бы скажите, кого я вам напомнил? Поверьте, это важно.

Шаддэк тяжело вздохнул.

- Мою дочь. Лити.

Казалось, что-то выбило землю у меня из-под ног, а из легких выкачали весь воздух. Шаддэк ведь живет на Riva de Verassa...

- Полное имя вашей дочери... - я даже не сумел сразу произнести его. Сердце бешено заколотилось о ребра, - Литиция?

Ольциг и Филисити замерли, лицо девушки чуть побледнело. Думаю, на моих щеках не осталось и призрака румянца.

Шаддэк вопросительно приподнял седые брови.

- Литиция Виар. Ты знаешь ее?

Литиция Виар. Уроженка Таира. Дочь экзорциста. Моя мать.

- Доводилось встречаться, - уклончиво отозвался я.

- Ты уверен? - встрепенувшись, laserassa тут же недоверчиво прищурился, - ее украли темные воины много лет назад вместе с годовалым сыном. Мужа моей дочери убили. Если ты виделся с ней, это должно было произойти в Орссе...

- Армин Дожо был на том берегу Тайрьяры и вернулся живым. С чего вы решили, что я не сумел бы повторить это? - моя ложь звучала вполне уверенно, и у старика действительно не было повода не поверить мне.

Несколько секунд Шаддэк молчал, затем с укоризной посмотрел на меня.

- Почему же ты не вытащил ее оттуда? Разве она не хотела домой?

Колючее (необоснованное, на мой взгляд) чувство вины начало скрестись где-то в груди. Я тяжело вздохнул и качнул головой.

- У меня не было возможности это сделать. Но, видит Бог, я пытался.

Монах изучающе посмотрел на меня, поджав губы, затем все же взял себя в руки и заставил слабо улыбнуться. Улыбка его вышла мечтательной и очень печальной.

- Значит, она осталась там. Бедная моя девочка. Как она сейчас?

Вопрос старика поставил меня в тупик. Он ведь думает, что его дочь еще жива. Свято в это верит. Мое сердце сочувственно сжалось, и я покачал головой. Этот человек, похоже, ждет, что его дочь рано или поздно вернется к нему. Но ожидание невыносимо. Сомнения, тревоги. Осознание правды будет тяжелым, но от этого на душе со временем станет легче. Кто-то должен сообщить ему...

Я вздохнул.

- Сожалею, Шаддэк. Она мертва.

Мы столкнулись взглядами с таирским экзорцистом. Он смотрел прямо, с вызовом и необычайной силой духа в глазах, хотя душа старика, казалось, рвалась на части. Дыхание монаха стало шумным и нервным. Ольциг напрягся, готовый в любой момент применить к нему целительскую магию, как он проделал с Филисити в Альгране.

И вдруг темные глаза Шаддэка словно накрыла мутная пелена. Взгляд его из ясного превратился во взор безумца. Он смотрел на меня спокойно, но за этим спокойствием крылось нечто, непостижимое моему рассудку.

- Ты... - Шаддэк хихикнул и качнул головой, - лжешь.

Прежней тоски и родственной привязанности как не бывало. Таирский экзорцист смотрел на меня, как на врага, посмевшего посягнуть на святое.

- Dassa, - осторожно обратилась к нему Филисити, но старик будто бы не слышал ее.

- Ты лжешь!!! - воскликнул он, голос - скрипучий, но сильный - эхом разнесся по помещению, с рук сорвалось заклятие, и темно-фиолетовый световой шар ударил мне в грудь. Слава Богу, я успел оттолкнуть девушку в сторону, чтобы магия не зацепила ее.

Ноги мои подкосились. Тело пронзила такая боль, будто в меня вонзили несколько мечей и одновременно провернули. Я закричал, едва сумев сдержать тьму, рвущуюся наружу. Казалось, легкий, тут же рассеявшийся черный дым даже зашевелился у моих пальцев.

- Шаддэк, нет! - умоляюще воскликнула Филисити, поднимаясь и заслоняя меня собой.

- Она жива! И вернется ко мне, моя Лити! Это ты скоро будешь мертв! И твоя ложь умрет вместе с тобой!

На руке экзорциста загорелось новое заклинание, я приготовился к атаке, когда вокруг головы старика вспыхнул золотой свет, и Шаддэк безвольно осел в руки Ольцига.

***

Дом экзорциста мы покидали в спешке. Неизвестно, на какое время laserassa стараниями Ольцига потерял сознание, поэтому нужно было поскорее свернуть с Riva de Verassa: никому из нас не хотелось сталкиваться с Шаддэком снова. Оставалось лишь надеяться, что новость о смерти Литиции не помутила его рассудок, иначе получится, что я только что обрел живого родственника и тут же свел его с ума. Интересно, после этого Роанар тоже будет считать меня победителем по жизни и воплощением успеха?

В своих раздумьях я следовал за друзьями, не запоминая дороги. Филисити уводила нас вглубь города. Миновав маленькую улочку Zosian Riva, мы остановились на небольшой площади, посреди которой возвышалось странное старое здание. Время не пощадило кремово-белую краску на его стенах: цвет потускнел, по фасаду шли глубокие трещины. Это было строение, сравнимое по высоте с альгранской дуэльной ареной. Его венчала выпуклая куполообразная крыша, сохранившая серебряный блеск, а посреди нее торчал высокий шпиль, на острие которого сидела большая металлическая птица, похожая на фазана с высоким гребнем на голове.

Несмотря на всю свою грандиозность, сооружение, напоминающее некий языческий храм, производило впечатление заброшенного. Кажется, никто не заходил сюда очень давно. Гораздо дольше, чем в опустевшие жилые дома Таира.