Кремль 2222. Транспортное кольцо - Владислав Выставной

– Да, он собирает, – сухо произнес динамик. – Только не армию. Он собирает бомбу.

– Какую бомбу? – тупо спросил парень, хотя уже заранее знал ответ.

– Термоядерную.

Книжник покосился на Зигфрида. Казалось, сказанное не произвело на него впечатления. Неужели не понимает?

– Зачем ему бомба? – хрипло спросил семинарист, уже зная, что ответит Лого.

– Сержант собирается выполнить полученное задание.

– Уничтожить некий секретный объект в центре города… – проговорил Книжник. – Но это означает…

– Да… Это означает – уничтожить город.

Наступила тишина, нарушаемая лишь тихим потрескиванием костра. Даже вой ночных тварей, обычный в это время, затих. Словно все ощутили вдруг жуткую неизбежность.

– Одно мне не ясно, – пробормотал Книжник. – Каким это образом он собирает свою бомбу? При чем здесь все эти био?

– Ты так и не понял, – посетовал Лого. – Главная сила Сержанта – в секретном приказе, заложенном в программу каждого био: в случае непредвиденных обстоятельств и длительного отсутствия указаний со стороны командования – собраться вместе для образования «критической массы». Это и есть скрытое ядерное оружие: несколько десятков био, собравшись в одной точке, из собственных тел собирают единый ядерный заряд. Чем больше био соберется в одной точке – тем мощнее взрыв. Предусматривалось, что таким образом био самоуничтожаются, не доставшись врагу, и наносят ему основательный ущерб. Когда-то оборонявшим Москву войскам удалось разрушить сетевую связь между био. Тогда у них вышло превратить всю эту мощную железную армию в беспорядочную толпу разрозненных биомеханических тварей. Но Сержант настроен решить эту проблему и выполнить боевую задачу. Когда он решит, что собрал достаточно «материала» для создания критической массы, он выполнит задание.

– Взорвет бомбу?

– Да.

– Но для него это самоубийство! – проговорила Хельга.

– Для него это – великая цель, – веско пояснил Зигфрид. – Как и для каждого воина – выполнить свой долг, невзирая на смерть.

– Ты оправдываешь его?

– Нет. Но я его понимаю.

Книжник прикусил губу. Не все так просто с этими воинами. Что для них важнее – защита своего народа любой ценой или личные честь, долг и благородство, которые, казалось бы, только мешают эффективному противостоянию с врагом? Чтобы прочувствовать это, наверное, надо самому быть ратником, с детства впитать в себя все эти понятия. Бывало, он крепко завидовал этим суровым людям. Ведь чтобы понять их, мало просто взять в руки оружие и убить своего первого врага. Надо встать на особый путь – путь воина.

– И что же делать? – тихо спросила Хельга.

– Уходить надо, – пожал плечами Зигфрид.

– Куда? – хмыкнул Книжник. – Куда можно уйти от термоядерного удара?

– Далеко. Очень далеко. Прочь из этого города. Возможно, у нас еще есть время.

Семинарист дико посмотрел на веста:

– Уйти из Москвы? Но здесь же все наши! Здесь Кремль!

– Кремля не станет, – отрезал Зигфрид. – Как не станет и Форта. Я должен спасти своих людей.

Он поднялся рывком, спросил:

– Вы со мной?

Книжник пронзительно посмотрел на Зигфрида, на Хельгу, встал и сказал дрогнувшим голосом:

– Кремлевские не оставят крепость. Даже под угрозой смерти. И тем более не поверят мне, если я приду с такой вестью.

– Значит, они погибнут, – нахмурился Зигфрид.

– Нет, погоди… – Книжник судорожно вытер со лба проступившую испарину. Он просто не знал, с чего начать. – Наверняка можно что-то сделать…

– Что? – жестко спросил Зигфрид. – Сражаться с толпой био? Или ты забыл, какой удачей было наше спасение?

– Но, может, придумаем что-то?

– Что придумаем? Пойми, у нас нет времени даже на размышление. Тем более воевать нужно будет не думкой, а конкретными силами, которых у нас тоже нет.

– Надо придумать, – упрямо повторил Книжник. – Если погибнет город – то что же тогда будет?

– Главное – спасти людей! – рявкнул Зигфрид.

– Ты не понимаешь, – Книжник замотал головой. – Мы так долго хранили остатки культуры… только Кремль сохранил в себе связь с прошлым и потенциал к будущему. Если мы допустим уничтожение города – цивилизация погибнет окончательно… Все рухнет в пропасть!

– И что ты предлагаешь?

– Погоди… – Книжник обхватил голову и лихорадочно забормотал: – Био… это сила… Значит, ей нужно противопоставить… соразмерную силу!

– Слова, – отмахнулся Зигфрид. – Где взять эту силу? Ратников кремлевских задействовать? Даже если использовать все имеющееся у них оружие – это не гарантирует победы. Биороботы – это не толпа нео с дубинами, потери будут большие. И скорее всего Кремль не пойдет на это.

– Да нас просто не будут слушать, – тихо вставила Хельга. – Мы ведь изгои.

– Я знаю, – сказал Книжник. – Да и бросать на роботов людей – просто самоубийство. Я о другом. Что, если этим биороботам Сержанта противопоставить других? Других роботов.

Зигфрид с прищуром поглядел на друга, поинтересовался:

– Шутишь?

– Нисколько.

– Тогда поясни. Что это за био, которые решат вдруг воевать со своими собратьями?

– Не догадываешься?

Зигфрид молча ждал продолжения. Он не любил загадок.

– Железное Кладбище, – обронил Книжник.

Хельга с Молнией переглянулись. Они слышали об этом месте только со скупых слов Книжника. Зигфрид же знал о нем не понаслышке. Он недоверчиво хмыкнул, пожал плечами:

– Это нереально. Там же сплошь железные трупы. Толку от них не больше, чем от обычных мертвецов. Да и если удалось бы привести их в чувство – как их заставишь идти на своих же?

– Попросим помощи кио. Они разбираются во всем этом хозяйстве.

– Чушь! – отрезал Зигфрид. – Кио припомнят тебе прошлый визит, бегство и самого разберут на запчасти.

– Я уверен, что они будут сговорчивее, когда узнают, что грозит всему городу. Как считаешь, Лого?

«Раптор» сверкнул огненным глазом, динамик проскрипел:

– Время работает против нас.

Зигфрид помолчал, отвернувшись. Хельга переводила взгляд с него на Книжника. Проснувшаяся пару минут назад Молния молча стала править клинок о камень.

– Я не могу рисковать, – сказал наконец Зигфрид. – То, что ты предлагаешь, – слишком… неопределенно. А людей надо спасать сейчас. Этим я и займусь.

В воздухе повисло напряжение. Книжник ощутил в себе незнакомое упрямство. Если бы эти слова он услышал от Зига еще месяц назад, он подчинился бы беспрекословно. Но за последнее время произошло много событий. Кое-что изменилось. И, пожалуй, изменились даже не его отношения с вестом.

Изменился он сам.

– Ты идешь со мной или нет? – тихо спросил Книжник.