От А до А - Алина Ланская

Лада медленно поплыла к бортику там уже стояли Света с Кариной. Ей показалось, что в глазах обеих промелькнуло злорадство.

«К черту! – подумала Лада, когда ее уже везли в кресле в ее комнату. – Скоро так совсем чокнусь».

Она не стала ничего объяснять ни Алексею, ни тем более Разумовскому. Да она даже на него не смотрела. Боялась. Лада отчетливо поняла, что на грани, еще самая малость – неосторожный взгляд, легкое касание – и она сорвется.

Андрияш сводил ее с ума. Снова, но на этот раз совсем по-другому. Четыре года коту под хвост. Все только хуже стало. Нельзя было пускать его в бассейн. Его вообще нельзя было пускать.

В голове проскочила нелепая мысль: ты сорвалась не из-за Разумовского. Ты сорвалась из-за Андрея и его требования как можно скорее оформить отношения. Так сама этого хотела, когда соглашалась. А сейчас что?

Она никого не ждала, даже сиделке специально сказала, чтобы ее не беспокоили. Укутавшись в теплый халат, она бессмысленно наблюдала, как капельки с волос струйками сбегали по плечам и груди. Лишь бы не думать. Не ощущать.

– Лада! – За спиной раздался голос Разумовского.

Она развернулась – ее глаза были полны невыплаканными слезами.

Он уже успел переодеться, однако то тут, то там с влажных волос капала вода на его тело. Теперь Лада как завороженная наблюдала за тонкой стройкой, которая, пробежав по шее, оказалась на крепкой мужской груди, а затем и вовсе юркнула вниз.

– Тебе, наверное, надо уйти. – Хрип в горле напугал девушку. Она беспомощно озиралась, словно искала опору.

Разумовский криво улыбнулся, а затем подошел ближе и, наклонившись, легко, словно пушинку поднял ее на руки и аккуратно перенес на кровать.

…Внутри все сладко сжималось, наслаждение шло волнами, накрывая Ладу с головой. Она тонула в своих ощущениях. Тонула в волнах, в которых оказалось так много воздуха, что перестала задыхаться – напротив, кислород возрождал те чувства, которые Лада давно похоронила в себе.

Перед глазами рушился мир, который она так кропотливо строила последние четыре года. Мир без Андрияша Разумовского. Мир, который теперь лежал в руинах под их ногами и не значил больше ничего.

Глава 27

– Это больше никогда не повторится. И если в тебе есть хоть капля уважения ко мне, ты забудешь, что сейчас произошло.

Лада дрожащими пальцами пыталась посильнее запахнуть полы халата, но они, как назло, расходились. Не спасал даже пояс, которым она затянула себя так сильно, что было трудно дышать.

– Этого я тебе не обещаю. – Андрияш нехотя слез с кровати. – Что, снова в кусты прятаться? Или за свое фейковое замужество?

– Уходи. Пожалуйста.

Спорить с Разумовским означало задержать его рядом с собой. А этого Лада меньше всего хотела. Она бы и сама сейчас с радостью исчезла из этой комнаты, из этого дома, даже из города. Лишь бы не видеть, не вспоминать.

Она крепко сжала пальцы в кулак и с удивлением обнаружила, что держит в руке край простыни. Поспешно освободилась от ткани, лихорадочно расправила простыню на матрасе. И лишь после этого подняла глаза.

– Я уже все забыла. Это ошибка, Андрияш. Пожалуйста, больше не приезжай ко мне. Спасибо тебе за помощь, но дальше я пойду сама.

Она видела, как исказилось его лицо, да она ненавидела себя за эти циничные слова. Но ни на секунду не раскаялась. Так надо, так лучше для них троих.

– И куда ты собралась? К этому недоноску? А по ночам будешь меня представлять вместо него?

– Убирайся!

Он не ответил, замер, прислушиваясь к быстрым шагам за дверью. А у Лады по спине пробежал холодок – она совсем забыла, что они в доме не одни. Что ее комната огорожена временной стеной и что слышимость здесь прекрасная.

Судя по напряженному лицу Разумовского, он думал о том же.

В дверь постучали.

– Да? – Лада постаралась, чтобы ее голос звучал как можно более естественно.

– Лада Сергеевна, пришло время для уколов! – Раздался бойкий голос медсестры. – Я могу войти?

– Конечно, заходите.

Лада постаралась принять доброжелательный вид, на лице не было ни грамма смущения, что ее застали с бывшим любовником. Хотя какой он бывший?!

– Я не помешала? – Светлана улыбнулась Андрияшу светлой и невинной улыбкой, на что тут же получила в ответ такую же.

– Нет, конечно! Я уже ухожу. Присмотрите, пожалуйста, за нашей пациенткой. – Он кивнул вмиг порозовевшей Светлане. – Лада, потом договорим.

Он вышел, задвинув за собой двери, и женщины остались наедине.

– Я правда не помешала? – снова задала вопрос Света. – Лада Сергеевна, я не хотела нарушать…

– Вы ничего не нарушили. Не придумывайте. – Лада решила задушить в зародыше эту детскую попытку вывести ее на разговор. – Просто делайте свое дело.

Света вспыхнула, поджала губы и как-то совсем уж недобро посмотрела на Ладу. Но той не было никакого дела до обиженной девушки и ее уколов.

Ссора с Разумовским много чего заставила ее вспомнить. Хотя Лада до конца ничего не забыла и не простила. Боль не прошла, а сейчас ее старая рана беспощадно полыхала.

– Совсем девчонка еще. – Лада то ли слышала этот женский голос у себя над головой, то ли это ей снилось. – И одна. Никто к ней за эти дни не пришел, не навестил.

– Не жалей! – Другой женский голос, намного более жесткий, показался Ладе смутно знакомым. – Спят с кем попало, дурехи, не следят за собой, а потом под нож ложатся.

– Она очень хотела сохранить ребенка, – неуверенно проговорил первый голос. – Зря ты так.

– Да мне нет дела, я уже домой собираюсь. Ты к ней заглядывай, а когда очухается, врачу скажи.

Лада пошевелилась и тихо застонала. Глаза слипались, она силилась их открыть, но тщетно.

– О! Ты глянь, от наркоза уже отходит. Кулакова? Вы меня слышите?!

Лада с