Королева ходит последней - Валентеева Ольга

Ил, как и думала, оказался один. Совсем один. Голову открутить таким охранникам и воспитателям! Он был в гостиной, сидел у окна и смотрел на один из внутренних двориков дворца. Услышал мои шаги и обернулся.

— Добрый вечер, матушка. — Ил поднялся навстречу.

— Здравствуй, сын мой. — Я подошла к нему, протянула руку, чтобы коснуться, и едва не отдернула. Что ж, страх — дурной советчик. Я всегда это знала, поэтому все-таки опустила ладонь на плечо сына. — Как ты себя чувствуешь сегодня?

— Хорошо.

И это все? Я занервничала. Конечно, меня нельзя было назвать образцовой матерью, но сейчас Ил сам на себя не походил. Я села на диван и усадила его рядом с собой. В нем будто сломалось что-то, и от этого стало только страшнее.

— Ил, по поводу вчерашнего…

В то, что мой мальчик — некромант, не верилось до сих пор.

— Все в порядке, матушка. Я просто испугался на казни.

Проклятая казнь…

— А где лер Вейс? — поинтересовалась, чтобы сменить тему.

— Ушел. Скоро вернется.

Ил смотрел куда-то мимо меня, и от этого сжималось сердце. Лучше бы и дальше совал свой нос куда не следует и пробирался в мой кабинет.

— Ты выглядишь усталым, — сказала я, не зная, как еще его разговорить.

— Я не устал.

И снова тишина. Осторожно обняла сына за плечи и привлекла к себе. Он не сопротивлялся, но и особой радости не выказал. Будто рядом со мной была игрушка, кукла, а не живой ребенок.

— Твои видения ушли? — спросила я тихо.

— Да.

Врет? Или нет? Ил видит призраков по ночам, а сейчас только смерклось. Может, просто не хочет об этом говорить?

— Я беспокоилась о тебе.

— Не стоило, матушка.

Захотелось что-нибудь разбить. Например, глупую вазу на столике у окна. Она никогда мне не нравилась, но считалась местной достопримечательностью. Я и отправила ее в королевские комнаты в надежде, что Ил разыграется и разобьет. Ваза была цела, а вот сына я, кажется, теряла.

— Прости, что вчера взяла тебя с собой, — сказала то, что показалось важным. — Так было надо, малыш. Народ должен видеть — мы сильны и покараем любого, кто на нас нападет.

— Хорошо.

И снова отвернулся. Нет, так дело не пойдет!

— А хочешь, завтра прогуляемся по городу? Только ты и я. Сбежим ото всех. Праздники ведь, в городе интересно. Хочешь?

— Нет.

Я начинала злиться. Нет, я понимала, что Ил ни в чем не виноват. Это была злость от бессилия, от невозможности достучаться до собственного ребенка. Когда он успел закрыться от меня? При этом с Вейсом Ил совсем другой. И снова Вейс! Будто на нем свет клином сошелся.

— Как хочешь, — ответила я, поднимаясь. — Мне пора возвращаться к государственным делам.

На самом деле на этот вечер дел у меня не было, но и находиться здесь дольше не могла. Сбежать! А потом уже думать, как быть.

— Доброй ночи, матушка, — долетел ответ, и Ил снова перебрался к окну. Что там можно разглядеть в темноте? Очередного короля с кинжалом в груди? Больно…

Я ускорила шаг, возвращаясь на свою половину. Ил справится. А вот справлюсь ли я сама? Потому что хаос внутри только разрастался, будто кто-то открыл шлюзы и поток хлынул разом. Сумбур, неразбериха, сумятица. И отчего? Я никак не могла понять. Даже если мой сын видит призрак отца, король остается лишь призраком. Но разве проблема только в этом? Верания, Айк Эйш, магия сына, Ник Вейс. Все разом и так не вовремя. Хотя, разве неприятности могут быть вовремя? Я устала. Устала настолько, что внутри медленно расползалась пустыня. И уже начинала жалеть, что позвала Мартина. Что я хочу доказать Вейсу? Что мне и без него хорошо? А разве плохо?

Да, он уязвил меня. Задел самолюбие. Но мы изначально друг другу ничего не обещали. Это был порыв, случай. Будь на месте Ника кто-то другой… В том-то и проблема, что кого-то другого на его месте я представить не могла. Только Ник.

Заперлась в кабинете, вызвала секретаря и до ночи работала с документами, а когда шла в спальню, забыла и про Ника, и про Мартина. Поэтому очень удивилась, когда Мартин появился на пороге будуара.

— Ваше величество!

Он поклонился низко, а затем взглянул на меня так восторженно, будто был ребенком, а я пообещала ему воздушный шар.

— А, это ты, Мартин. — Я поморщилась от внезапно накатившей кислоты.

Гвардеец продолжал пожирать меня влюбленным взглядом. Глупый мальчишка, который решил, что сможет дотянуться до неба. Я только тяжело вздохнула. Может, действительно отвлечься? Марти с этим неплохо справлялся.

— Вы устали? — Марти подошел ко мне. — Я мог бы…

— Знаешь, я действительно устала, — ответила ему. — Поэтому нашу встречу лучше перенести. Тем более ты сегодня в карауле. Ступай, иначе будут проблемы.

— Но ваше величество…

Мартина спас стук в дверь. Вот только вместо слуги в комнату вошел Ник, а у меня от такой наглости пропал дар речи. Я что, уже не хозяйка в своем дворце? Вот негодяй! А Вейс уставился на Мартина, и всего на миг его взгляд изменился. Нет, никакой ревности. Это был взгляд убийцы, который решает, как лучше расправиться с жертвой. Я вздрогнула, хоть и смотрел он не на меня.

— Добрый вечер, лер Вейс, — сказала холодно. — Я, кажется, вас не звала.

— Я хотел поговорить о его величестве, — резко ответил Вейс. — Но вижу, что вы заняты. Зайду завтра.

— Почему же? Обо всем, что касается моего сына, я готова поговорить прямо сейчас. А Марти мог бы…

— …вернуться в караул, — за меня закончил Ник.

Я порывисто поднялась с кресла и процедила сквозь зубы:

— Вы забываетесь, лер Вейс. Вламываетесь в мой будуар, ведете себя так, будто это вы — правитель Литонии. Мне следует научить вас вежливости?

— О, прошу прощения, ваше величество. — Губы Ника изогнула кривая усмешка. — Я ведь не знал, что в моих перчатках больше постоянства, чем в вас.

Развернулся и вышел, а я так и замерла, будто на голову вылили помои. Еще и при Мартине! Да чтоб он провалился, демонов Вейс!

— А ты чего ждешь? — обернулась к Мартину. — Сказала ведь, я устала и буду отдыхать.

— Я понял вас, ваше величество, — растерянно ответил тот.

— Тогда почему ты еще здесь?

— Я… Вы… все-таки любите его? — вдруг спросил Мартин, и ситуация стала еще хуже.

— Ты снова за свое? Заладил тоже!

— Вы любите его. — Мартин грустно улыбнулся. — Только знайте, что я не сдамся, ваше величество. Этот человек принесет вам горе.

— Я не спрашивала тебя.

— Не смею больше вас утомлять.

И Мартин так быстро вышел, что не успела понять, оскорбил он меня этим или нет. Запустила пальцы в волосы и замерла. Люблю? Люблю ли я Ника? Нет. Я не восхищалась Ником. Мне не хотелось любоваться на него и выставлять напоказ, что этот мужчина — мой. Но… Когда он был рядом, я будто оживала. Откуда-то изнутри приходило тепло. Конечно, только в те минуты, когда он молчал. А еще было в Нике нечто такое, что заставляло сердце биться чаще. Рядом с ним хотелось быть. Хотелось довериться и позволить ему решать накопившиеся проблемы, а самой находиться рядом, согревать — и греться. Глупости. В моем возрасте пора бы отбросить иллюзии. Ник Вейс был самым ужасным мужчиной из всех, кого я знала. Наверное, поэтому я и…

ГЛАВА 20

Ник Вейс

Стоило оказаться в отведенных мне комнатах, как в стену полетело первое, что попало в руки. А это был кинжал. Теперь он торчал в стене, нарушая гармонию бледно-лазурной обивки стен и светлой мебели. И пусть! Изнутри поднималась волна гнева. И тем неприятнее, что я ее не ожидал. Сам ведь утром сказал Бранде, что между нами ничего не может быть. Так почему злюсь сейчас? Да, она позвала своего Мартина. А мне разве не все равно? Какое я имею к этому отношение? И если никакого, почему один вид этого гаденыша вызвал раздражение?

Приказал себе успокоиться. Ладно Бранда, но Мартин не мог не понимать, что снова покинул пост без моего разрешения. И сейчас во мне говорила не злость. Если одному можно нарушать правила, значит, можно и другим? Нет, так не пойдет. Пора напомнить гвардейцам, кто их командир.