Над полем боя - Александр Ефимов

После победоносного окончания Великой Отечественной войны Анатолий Петрович Асанов уволился в запас с должности заместителя командира эскадрильи. Он живет сейчас в Краснодаре и по-прежнему поддерживает связь с однополчанами.

Отличился в воздушных боях и наш бывший моторист Александр Якуненко, который так настойчиво стремился в летчики. Летая попеременно с воздушными стрелками сержантами Докукиным и Чухновским, он совершил на штурмовике 104 боевых вылета.

Нет, не зря, будучи мотористом, Саша обслуживал боевые вылеты Героев Советского Союза. От них принял он славную эстафету: воевал дерзко, решительно, сочетая обоснованный риск с умением. Помнится, под Оршей на подступах к городу гитлеровцы поставили частокол зенитных орудий. Казалось, сквозь такую завесу, сотканную из огня и металла, никому не удастся пробиться к объекту. А Якуненко пробился. И не один - с ведомым. Он нанес неотразимый удар по артиллерийским складам и бензохранилищу гитлеровцев, наделав им такой тарарам, что фашисты несколько дней не могли потушить пожары.

За успешное выполнение заданий командования Указом Президиума Верховного Совета СССР от 23 февраля 1945 года лейтенанту Александру Ивановичу Якуненко было присвоено звание Героя Советского Союза. Он стал командиром той эскадрильи, где служил мотористом. Лейтенант Якуненко был участником Парада Победы.

В настоящее время Александр Иванович проживает в городе Жуковский Московской области, работает мастером на домостроительном комбинате. А в Военно-Воздушных Силах продолжает отцовские маршруты на современном самолете Якуненко-младший.

Разумеется, что в период вынужденного фронтового затишья учились не только молодые, как мы называли их, "доморощенные", летчики. Училась буквально вся дивизия. По больше остальных занимались наши ветераны. Отсутствие помещений, учебной литературы, наглядных пособий компенсировалось изобретательностью товарищей. С нашей группой, например, огневой подготовкой занимался командир третьей эскадрильи капитан А. Семенов. Мы сделали на карте примерные схемы, рассчитали все элементы траектории полета снаряда, стали разбираться. И вот тут капитан Семенов, что называется, идя от практики, показал нам теоретические положения баллистики на примерах недавних полетов.

Лейтенант Среднев накануне дважды выполнял упражнение по стрельбе. В первый раз он получил отличную оценку, во втором случае его пулеметная очередь легла с большим недолетом.

- Не пойму, в чем дело? - волновался Костя. - И в том, и в другом полете все делал одинаково, а во второй раз дело пошло наперекосяк!

Капитан Семенов был достаточно опытным методистом. Он предложил всем присутствующим подумать, чем обусловлена такая разница в стрельбе. Один раз отлично, второй - плохо.

- Наверное, ветер не учел, - говорит кто-то.

- Правильно, - подтвердил Семенов. - За тот час, что прошел от первого вылета до второго, ветерок усилился и изменил направление.

- А как ты его определишь в бою? - с досадой спрашивал Костя.

- По дыму надо определять ветер! - подал голос лейтенант Петров.

- По дыму?.. Шутник!.. А если дыма этого нет?..

- Враг есть, а дыма нет!.. Что будешь делать, говори! - вскипал Среднев.

Дискуссия разгоралась. Скорость и направление ветра летчики предлагали определять по верхушкам деревьев, пыли на дорогах и другим признакам местности. Все это, конечно, приходило с опытом. А лучший опыт добывался в постоянном совершенствовании профессионального умения летчика.

В другой раз мы так же подробно разбирали на занятиях вопросы бомбометания. Штурман полка капитан Евграф Селиванов ставил перед летчиками различные тактические вводные. Вместе разбирали, как лучше штурмовать железнодорожный эшелон, танковую колонну, бомбить мост или переправу и почему на такие узкие вытянутые цели рекомендовалось заходить не точно по курсу, а под небольшим углом. И опять речь заходила о скорости и направлении ветра у земли, на промежуточных высотах, с учетом того, как в этом случае будет выглядеть эллипс рассеивания при бомбометании или стрельбе...

Победа в бою достигается скорее, если каждый летчик не просто слепо следует за ведущим, а и сам умеет быстро оценить обстановку, произвести необходимые расчеты, эффективно использовать всю мощь оружия и боевой техники, чтобы нанести противнику максимальный урон. Командир дивизии полковник Смоловик, начальник штаба подполковник Епанчин часто проводили занятия в полках и требовали, чтобы каждый офицер умел безошибочно ориентироваться в воздухе, коротко и ясно мог доложить обстановку и принять грамотное решение перед боем.

Наши вышестоящие командиры никогда не прерывали выступление летчика, если даже тот ошибался, и его мнение не совпадало с их мнением. Обычно руководители занятий давали подчиненному высказаться, чтобы показать всем, в чем офицер прав, а в чем заблуждается. А уж потом, если требовалось, тактично поправляли его. Такое уважительное отношение командиров развивало у воздушных бойцов творческое мышление, находчивость и уверенность в своих действиях - очень нужные на войне качества.

Итак, оперативная пауза на нашем фронте подошла к концу. Закончилась и учеба в нашей "фронтовой академии". Летчикам, техникам, воздушным стрелкам были выставлены соответствующие оценки по теоретическим дисциплинам. Оценку же по главному предмету - практике боевых действий - воздушные бойцы получат в приближающейся битве на знаменитом Курском выступе.

Хотя из прифронтовой полосы население было эвакуировано, в деревнях и селах, которые пощадила война, все внешне оставалось как при их добрых хозяевах. В садах цвели яблони, груши, вишни, а в палисадниках за калитками буйно распускались сирень и черемуха.

В весенний аромат среднерусской природы постепенно стали вплетаться запахи полевых цветов и свежего сена. Пришло лето. Засинели во ржи васильки. У полевых аэродромом мотористы и механики, соревнуясь, кто больше, собирали по просьбе столовских работников полные пилотки сочного щавеля для зеленых щей.

Иногда в утренний час, когда на траве еще блестела изумрудными каплями роса и не слышно было канонады, даже не верилось, что на земле идет война, кровопролитная, беспощадная. И только зоркие фотообъективы, установленные на наших самолетах-разведчиках, все чаще обнаруживали за линией фронта на фоне мирного ландшафта замаскированные танки, орудия большой мощности, бронетранспортеры, колонны машин, тягачей, цистерны с горючим.

Все интенсивнее становилось движение на железных дорогах. К линии фронта с запада шли эшелоны с живой силой и боевой техникой... Фашистам страшно хотелось расквитаться с нами за Сталинград, изменить ход войны в свою пользу. С этой целью они заблаговременно стянули на фронтовые аэродромы под Орел и Курск свою бомбардировочную и истребительную авиацию. С рассвета до темноты в голубом небе надсадно гудели самолеты-разведчики.