Еще один шанс - Хейли Норт

– Могу я вам помочь?

– Мне нужен номер на ночь, – сказал Джейк, стараясь не смотреть на ее живот, но не в силах отвести глаза. Он сунул руку в карман крутки, и его пальцы нащупали фольгу упаковки презервативов, которые он только что купил.

– Да, сэр, – сказала она с местным акцентом, который Джейк помнил с тех времен, когда учился в школе Дулитла. – Номер только на вас?

– Э-э, нет, – ответил он. – Двое взрослых.

Она кивнула, и набрала какие-то кнопки на компьютере.

– Это будет шестьдесят девять девяносто девять плюс налог. Завтрак с шести до девяти, и не опаздывайте, потому что мы убираем ровно в девять.

Джейк кивнул. Он переминался с ноги на ногу, гадая, не начнет ли женщина рожать этой ночью. Она выглядела так, будто вот-вот лопнет.

– Это ваш первый? – спросил он, удивляясь самому себе.

Она рассмеялась:

– О Боже, нет! У меня уже есть два маленьких мальчика, но это будет девочка.

– О-о, – протянул Джейк, не зная, что еще сказать. Но он задал личный вопрос, так что, конечно, должен был ответить поприличнее. – Вам нравится иметь детей?

Она удивленно уставилась на него, потом оторвала бумагу, вышедшую из принтера.

– Разве это не всем нравится?

Продолжение этой дискуссии ему было явно не по плечу. Так что он просто улыбнулся, кивнул и посмотрел на бумагу, которую она подала ему через стойку.

Она указала на цену, а потом сказала:

– Теперь мне нужно, чтобы вы вот здесь написали ваше имя, имя вашей жены и номерной знак вашей машины. Потом мне понадобятся наличные или кредитная карточка.

Джейк написал: «Мистер и миссис Джейк Портер». Он посмотрел на чернила, на слова, которые так легко вышли из-под его руки, и понял, что он одновременно дурак и обманщик.

– Это арендованная машина, – сказал он. – Я не знаю номера.

– Не проблема. Вы можете просто выйти наружу и списать его, а потом вернуться, – ^ Она подала ему чистый лист бумаги и села за стойку. – Я точно никуда не уйду.

Джейк взял бумагу и прошел через вестибюль. Он толкнул двойные стеклянные двери и вышел на парковку, опустив голову. Он еще не заплатил за комнату. Может быть, это какой-то знак, хотя он не верил в такие вещи.

Но что-то в том, что он встретил эту беременную женщину, которая уверена. Что любой человек хочет иметь детей, и для которой естественно, что если он селится в мотель, то вторым человеком должна быть его жена, встревожило его. Хотя он был не из тех, кто беспокоится о том, что о нем подумают или скажут люди.

Но он также был в определенном смысле пуританином. Он никогда в жизни не снимал номер в мотеле, чтобы заняться сексом. О, конечно, он засыпал в незнакомых спальнях и на следующее утро уходил, чтобы никогда больше не увидеть эту женщину. Он завязывал короткие романы, которые угасали сами по себе раньше, чем женщина могла понять, что он не собирается оставаться с ней. Он встречался с Лилли почти весь прошлый год, так что, возможно, он просто взрослеет или снижает темп.

Что такое с ним, что он так размяк из-за встречи с портье, жизнь которой, не имела ничего общего с его собственной, и которая вот-вот родит очередного ребенка?

Или это потому, что он хотел лучшего для Золушки? Он не хотел «разового выездного спектакля» для этой женщины, которая завладела его вниманием и всколыхнула давно забытые воспоминания.

Джейк поднял голову. Осмотрел парковку. Он мог бы поклясться, что припарковал «хаммер» на том месте, где он сейчас переступал с ноги на ногу и оглядывался вокруг.

Над головой вспыхивала вывеска «Хайвей экспресс». Он повернулся и осмотрел всю парковку. Дошел до ночного магазина. Перед этим магазином стоял только грузовик-пикап.

Он сунул руку в карман и еще до того, как проверил, знал, что не взял с собой ключ зажигания. Он оставил его в «хаммере».

Его внутреннее чувство подсказывало ему, что то, что он купил в аптеке, не понадобится. Он пнул камешек и смотрел, как он скачет по щебеночно-асфальтовой стоянке. На всякий случай, если она вдруг переставила машину от входа в мотель, Джейк обошел мотель сбоку.

Он увидел множество легковушек и несколько пикапов.

«Хаммера» не было.

Он прислонился к фонарному столбу. Значит, она уехала. И самое смешное, понравилась Джейку еще больше, оттого что бросила его здесь.

Он вернулся в офис мотеля, медленно, оглядываясь на случай, если ошибся насчет ее исчезновения. В вестибюле он сказал портье:

– Сделайте номер на одного. Мою… э-э… лучшую половину… вызвали по делам.

Она внимательно посмотрела на него и потом подняла лист бумаги и подала ему:

– Тогда пятьдесят девять девяносто девять, и, пожалуйста, распишитесь. Наличные или кредитная карточка?

Он вытащил из бумажника кредитку. Он мог бы вычислить, как добраться до гостиницы, где оставил свою сумку. Но одинокая ночь в «Хайвей экспресс» казалась вполне подходящей для завершения приключений этого вечера. Он скорее предпочел бы остаться наедине со своими мыслями о том, что могло бы произойти дальше, чем возвращаться в уютную гостиницу, смотреть, как отец застенчивым взглядом смотрит на милую, но стареющую мисс Марту.

Он поставил свою подпись, заплатил за комнату и, следуя указаниям служащего, пошел по коридору. Дверь в номер оказалась рядом с льдогенератором и автоматами с содовой и конфетами, но, поскольку Джейк, похоже, был единственным постояльцем, он решил, что это не будет причиной шума. В определенные моменты своей жизни он мог спать где угодно и в любых условиях. Но в последнее время, и особенно этой ночью, когда его разум был полонен Золушкой Смит-Джонс, а тело все еще болело от того, на что намекал каждый ее поцелуй, он знал, что не сможет заснуть. Он пролежит без сна всю ночь и встретит лучи утреннего света, пробившиеся сквозь полосатую бежево-зеленую занавеску над оконным кондиционером.

Он прошелся по комнате, потом сел на кровать. Матрас не поддался ни на миллиметр. Эта кровать, наверное, была сделана для Флинстоунов. Он вытянул ноги перед собой и посмотрел на мыски своих кожаных сапог. Они были его лучшие, ручной работы, сделанные специально по его ноге. Он заплатил за них бешеные деньги.

В данный момент он отдал бы эти сапоги и многое другое, чтобы узнать, куда поехала женщина на «хаммере».

Джейк откинулся назад, потом снова сел и снял куртку. Пачка презервативов зашуршала, и он вытащил их, нащупав край фольги. Он посмотрел на слова, написанные на лицевой стороне. Он снова упал на постель, закинув ноги на блестящее зеленое с бежевым покрывало. Он был еще таким ребенком, когда купил свои первые презервативы.

Конечно, тогда они их так не называли. В раздевалках пользовались термином «резинки», хотя Джейк был почти уверен, что никто из ребят в школе Дулитл не знал, о чем они говорят.