Ее последний шанс - Марина Серова

– Я ничего не знаю… – монотонно бормотала она раз за разом, словно механическая кукла.

– Думаю, этот разговор нам придется продолжить в другом месте, – заявила я и извлекла из сумочки свою визитную карточку. На всякий случай у меня всегда были с собой визитки, на которых значились лишь мои имя и фамилия и номер телефона. И никаких регалий. – Если все же передумаете и решите помочь следствию, позвоните по этому номеру.

Положив карточку перед безмолвной хозяйкой квартиры, я решительно поднялась и направилась к выходу. У двери кухни я остановилась и оглянулась на Карину, смотревшую прямо на меня расширившимися от ужаса глазами.

– Поскольку вы отказываетесь сотрудничать со следствием, – выдала я напоследок прощальный залп, – на днях вас вызовут на официальный допрос. Ждите повестки.

Захлопнув дверь кухни, я вышла в прихожую и принялась возиться с замком на входной двери. Я уже собиралась покинуть квартиру, когда из кухни появилась бледная перепуганная Карина.

– И не вздумайте удрать из города, в противном случае вы будете объявлены в федеральный розыск как подозреваемая в убийстве, – с этими словами я вышла из квартиры, резко захлопнув за собой дверь.

Я неспроста несла всю эту ахинею о вызове Карины на допрос и прочем. Это был один из моих фирменных приемов, который срабатывал в девяноста процентах случаев. Не действовал он лишь на особо продвинутых в юридическом отношении индивидуумов, а Карина к таковым явно не относилась. Значит, шансы на то, что она «расколется», были достаточно высоки. Теперь оставалось лишь немного подождать.

Из Трубного района я решила проехать прямо на Набережную, чтобы забрать «прослушку». На мой взгляд, Виолетта и зять моей клиентки вполне достаточно наобщались за вечер, и по записи разговора вполне можно будет установить характер их отношений. А уж если Виолетта осталась у Нерпина на ночь, тут и гадать больше не о чем.

Поднявшись на одиннадцатый этаж, я с удивлением обнаружила, что дверь в квартиру Нерпиных слегка приоткрыта. Из глубины квартиры слышался женский голос, показавшийся мне знакомым. Я без колебаний вошла в квартиру и, к своему удивлению, обнаружила в гостиной Вольтарскую, укладывающую вещи в объемистый чемодан. Сама Вольтарская, облаченная в облегающую черную водолазку и черные джинсы, выглядела стройной и моложавой, а главное – гораздо бодрее, чем в наши предыдущие встречи.

– Ну вот, я думаю, здесь все необходимое на первое время, – удовлетворенно заявила Вольтарская, закрывая чемодан. – Посмотри еще раз, может, тебе еще что-нибудь может понадобиться?

Вольтарская обернулась в мою сторону и на миг застыла от неожиданности.

– Татьяна? – изумленно спросила она. – Что-нибудь случилось?

Именно этот вопрос я собиралась задать самой Вольтарской. Чем объяснялись эти сборы? Впрочем, моя клиентка вовсе не собиралась держать меня в неведении.

– Мне все же удалось уговорить Виталия пройти лечение в Москве, – пояснила она. – Сейчас я заберу его к себе, а завтрашним рейсом мы вылетаем уже на место. Я обо всем договорилась, приступить к лечению можно хоть завтра. А то посмотрите, как он себя запустил, куда это годится?

Вольтарская пыталась бодриться, произнося все это легким шутливым тоном. Однако по ее ускользающему взгляду я поняла, что ей совсем не до шуток. Женщина явно была встревожена, да еще как.

Только сейчас я заметила самого Виталия. Он сидел, словно вжавшись в угол дивана, безвольно опустив руки. На мое появление он никак не отреагировал. Казалось, вся эта суматоха совершенно его не касалась. Судя по отсутствующему выражению лица, мысли Виталия были где-то далеко.

Вольтарская озабоченно покосилась на него и, взяв меня под руку, повела в кухню.

– Не нравится он мне последнее время, – пояснила Эвелина Николаевна, хотя тревожное выражение ее темных глаз говорило об этом яснее всяких слов. – Он словно где-то витает. Боюсь, не опоздала ли я…

Что я могла ей ответить? Произнеся несколько ободряющих фраз, я объяснила клиентке цель своего визита. Вольтарская с сомнением слушала меня.

– Вы подозреваете Виолетту?

– Не совсем так, – попыталась я сгладить впечатление. – Скорее, хочу полностью исключить ее из числа подозреваемых.

Вольтарская внимательно посмотрела на меня и кивнула:

– Что ж, вам видней. Вы ведь не учите меня продавать украшения.

Разумно, ничего не скажешь. Я попросила свою клиентку позвать Виталия в кухню, например, подкрепиться перед поездкой, чтобы гостиная и спальня на несколько минут оказались в моем полном распоряжении. Вольтарская моментально все поняла и позвала Виталия выпить чая с бутербродами. Тот, повинуясь приказу могущественной тещи, переместился в кухню. Я же, не теряя времени, направилась в гостиную и спокойно забрала из потаенного местечка «прослушку». Через пару минут ту же самую манипуляцию я проделала и в спальне. Ну вот, теперь все в порядке.

Только сейчас мне пришло в голову, как вовремя я решила наведаться в квартиру Нерпиных. Иначе плясать бы мне перед запертой дверью. Конечно, эта проблема вполне решаемая, но массу времени я бы потеряла, это уж точно.

– Ну вот, все готово, можно отправляться, – послышался бодрый голос Вольтарской, а через несколько секунд и она сама вышла в прихожую. Следом за ней с равнодушным видом шел ее зять. Меня неприятно поразила его странная, какая-то механическая походка. Казалось, Виталий с трудом переставляет ноги. Хватит ли у него сил дойти до машины? Перехватив обеспокоенный взгляд Вольтарской, я поняла, что ее занимает тот же вопрос. Я помогла донести вещи Виталия до внедорожника Вольтарской. Усадив молодого человека в машину, Вольтарская обернулась ко мне:

– Завтра мы улетаем в Москву, я пробуду там какое-то время, пока все не устроится.

Она ненадолго замолчала, затем попросила:

– Татьяна, сообщайте мне о ходе расследования в любое время. Я всегда на связи.

– Хорошо, – коротко кивнула я.

Она пытливо всмотрелась в мое лицо.

– Надеюсь, моего зятя вы не подозреваете? – задала наконец Вольтарская явно мучивший ее вопрос.

– Пока еще рано делать какие-либо выводы, – ответила я уклончиво.

Она вновь впилась в меня взглядом, потом вздохнула:

– Хорошо. Ну что ж, нам пора. До встречи.

Вольтарская села за руль и вскоре, умело лавируя, выехала из небольшого дворика. Я задумчиво смотрела вслед