Кодекс ордена (СИ) - Емелин Андрей

Лани высунула из воды стройную ножку и посмотрела на себя в зеркало.

— Как же это странно, Эш, — сказала девушка самой себе, а затем приподнялась, рассматривая свое лицо, стройные плечи и полную грудь с маленькими розовыми сосками. — Если бы ты не ушел тогда… Я ведь могла бы. Но зачем мне все это? Может я просто боялась тебя потерять?

Она вздохнула, понимая, что никто ей не ответит и вскоре вылезла из воды.

Решив не одеваться и в кои то веки походить, как она любила делать дома — полностью обнаженной, Лани обтерлась полотенцем и стала изучать свою комнату.

В будуаре находилось множество разнообразных баночек с косметикой, начиная от вязкой пасты для удаления волос на теле и заканчивая пудрой. На столе лежала бумага, писчее перо и несколько конвертов, а также пара флаконов с тушью.

Далее Лани испытала мягкость кровати и сочла ее близкой к идеальной, а нежный шелк бордовых простыней так приятно скользил по чистой коже, что в голове девушки тут же появились разнообразные игривые мысли. Решив, что для них еще будет не мало времени, она осмотрела гардеробную и решила, что, после написания писем, весь оставшийся день проведет примеряя одежду.

Так она и поступила, хотя ближе к вечеру, когда тщательную оценку прошло наконец последнее платье, девушка поняла, что очень устала и ей ужасно хочется есть.

К сожалению, Зенара полностью сдержала свое обещание и когда в двери других учениц постучались, чтобы позвать на ужин, к ней никто не зашел.

Попив горьковатой воды из душевой комнаты, девушка решила, что впредь нужно быть осмотрительнее, чтобы не получать наказаний, особенно за всякую ерунду. Она решила лечь спать пораньше, опасаясь проспать завтрак и, едва коснулась головой подушки, тут же задремала.

Ночью пришел странный сон.

Лани стояла в морозном зимнем лесу и смотрела на вход в грязную нору — то ли землянку, то ли медвежью берлогу. Снег вокруг нее был перепачкан кровью и мутной, комковатой жижей. Воздух странно подрагивал, будто в жаркий день, а где-то на границе чувств едва слышался низкий звук, напоминающий непрерывный стон неведомого исполинского существа. Преодолевая отвращение, девушка встала на колени и пробралась по узкому лазу внутрь.

Сквозь темноту, Лани разглядела ужасный беспорядок — повсюду лежали разорванные в клочья шкуры, разбросанные сухие травы и кости каких-то мелких животных. Среди всего этого хаоса она увидела лежащего на спине мужчину: обросшего, изможденного и жутко уставшего. Он бродил своим разумом между мирами, пытаясь найти выход, словно из стеклянного лабиринта, в котором не понятно, где начало и конец.

Увидев ее взгляд, он заговорил на неизвестном языке. Девушка не понимала его речи, и решила, что он так же не сможет понять ее, а потому просто покачала головой. Мужчина с сожалением поморщился, но вдруг его глаза в ужасе распахнулись, и он попятился назад.

Лани тоже сперва испугалась, однако быстро поняла, что страх у мужчины вызвал маленький пушистый лисенок, который, как оказалось, пробрался в землянку следом за ней.

— Да это она, а вот кто ты такой? — сказал зверек и мужчина перевел взгляд на Лани. — Я не знаю кто это, но, если ты ему не поможешь, он умрет, — добавил лисенок, на сей раз обращаясь к девушке.

— Но чем я могу ему помочь? Я ведь даже не понимаю, что с ним.

— Очень жаль, — услышала она тихий ответ.

Дальше во сне было что-то еще, однако Лани проснулась и поняла, что не может этого вспомнить.

За окном уже начинало светать. Некоторое время она лежала, нежась в кровати, вспоминая сон и некоторые детали их путешествия с Эшем, когда она впервые увидела духа.

Решив наконец, что из-за своих размышлений она может оказаться без завтрака, девушка поднялась и, быстро ополоснувшись в ванной, стала собираться.

Вскоре в ее дверь постучали и когда она открыла, то увидела перед собой того самого воина, который провожал ее вчера до комнаты. Он взглянул на нее со скучающим, безразличным видом и коротко сказал:

— На завтрак.

Они прошли в большой зал, где за длинным обеденным столом уже находились три ученицы. Девушки показались Лани очень хорошенькими, две из них были брюнетками, а одна, самая старшая, имела темно-каштановые волосы. При этом все они держались удивительно отстраненно — молча сидели, глядя на тарелки перед собой и, не смотря на красивые праздничные платья, создавалось впечатление, будто девушки находятся за поминальным столом, где не принято демонстрировать радости и вообще каких-либо ярких эмоций.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Лани не стала пытаться с ними заговорить, помня о правилах дома и решив, что скорее всего ей все равно не ответят. Она принялась за завтрак, который, по сравнению с трапезами ее последних полутора месяцев, казался по-настоящему королевским. На столе стояли ароматно пахнущие каши, приправленные ягодными желе, множество разнообразных салатов, ломтики аккуратно нарезанной красной рыбы, очищенные перепелиные яйца в чесночном соусе и еще очень много всего.

Несмотря на сильный голод и аппетитные блюда Лани ела через силу, почти не получая от этого удовольствия. Она чувствовала себя неуютно, внешняя красота вокруг казалась ей поверхностной и обманчивой из-за того, как вели себя все обитатели дома.

Спустя четверть часа в зале появился незнакомый еще Лани мужчина, одетый, как и другой воин, в черную стеганку и кожаный доспех.

— Закончили, — бросил он и ученицы тут же поднялись из-за стола, оставив недоеденной всю свою еду. Лани замешкалась лишь на пару секунд, однако воин огрызнулся на нее:

— Тебя, что отдельно приглашать?! По комнатам все.

Когда они вышли из зала, девушка увидела Лаурфа, идущего в сторону массивной красивой двери и едва не окликнула его, однако, вспомнив про правила решила пока этого не делать. В конце концов, возможно он и сам в ближайшее время решит с ней поговорить.

Время до обеда тянулось очень долго, Лани не знала как себя занять и, открыв окно, стала любоваться на сад, окружавший собой поместье. На некоторых деревьях уже начала робко проступать желтеющая листва, хотя до полноценного осеннего буйства красок должно было пройти еще не меньше месяца. Город Люви оказался расположен чуть ниже и левее от дома, а справа, у самого горизонта, виднелись величественные скалистые горы. Лани вспомнила, как брат рассказывал ей о том, что среди этих гор проходит граница с землями Рейха. Впрочем, это было очень давно, теперь же Ланкария стала лишь регионом чужой страны.

При мыслях о брате девушка взглянула на стол, где уже лежали в красивых золотистых конвертах три письма — Кристофу, Витору и отцу. Лани решила, что пока не началось ее обучение, она будет ходить по дому с ними, ведь это не противоречит ни одному из правил. А как только появится возможность, она передаст их Лаурфу.

Из раскрытого окна донеслись какие-то звуки и Лани увидела, что за воротами остановилась пара экипажей. Деревья мешали рассмотреть подробности, но через минуту на дорожке ведущей к дому появилась светловолосая девушка, в сопровождении очередного охранника в черном.

Вскоре хлопнула дверь, прямо напротив спальни Лани, и девушка догадалась, что в поместье ждали не только ее одну.

Она провалялась в кровати около часа, дождавшись пока соседку посетит Зенара и пока та приведет себя в порядок, а затем, осторожно выглянула в коридор. Темные стены с дверями в спальни других учениц смотрелись мрачно и траурно, не смотря на восемь ярких масляных ламп и золотистые узоры в виде распускающихся цветов.

Лани осторожно постучала в дверь и ей открыли почти сразу. Похоже было, что она застала соседку за примеркой нарядов из гардеробной, потому как та оказалась в черных брючках и короткой бежевой тоге.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Привет. Можно к тебе войти?

Блондинка растерянно кивнула, и Лани тут же прошмыгнула к ней в комнату, прикрыв за собой дверь.

— Меня зовут Лани, я только вчера приехала тоже. Вот зашла познакомиться.

— Софи. Софи де Валери, — неуверенно проговорила блондинка, и, чуть помолчав, шумно выдохнула, расслабляясь. — Прости, я просто… Под впечатлениями от всего этого.