You N.P.C. - Станислав Энку

И в этой идеальной тишине до меня долетает едва слышный звук. Тяжёлое дыхание Асдориана.Но прежде чем я успел что-нибудь подумать об этом, как тишина вновь прервалась звуками. Треск камня прокатился волной по залу. Я озираюсь. Это дрогнули статуи рыцарей, поворачивая на меня свои шлема из камня. И яркое пламя красного огня охватило косу Януса, когда тот направил её на меня:

– Магистр Сайфер, двадцати семи кратно раз герой, капеллан, носитель знамени Третьего Ордена, носитель памяти и заветов, ангел по праву рождения, чемпион по праву деяний. Я клеймю тебя меткой еретика. Посмертно.

Глава 13

Каменное крошево разлетелось по залу, разбивая мелкие элементы оконной мозаики и осыпаясь на пол градом из сотен осколков и камней. При первом взгляде, статуи казались бронзовыми, это оказалось ошибкой. Очередная партия статуй вздрогнула, и, обнажив мечи, которые в отличие от своих владельцев были совсем не из камня, направилась к нам.

Имея сороковой уровень они являлись противниками весьма средней руки. Рейд довольно резво урезал их хиты до красного сектора, заставляя в конечном итоге осыпаться на пол. Но на смену каждой рассыпавшейся восьмёрке тут же приходила новая.

– Сорок четыре статуи, включая восемь уже уничтоженных. – Озвучил особист, обращаясь к Dictates-у.

– При заданном темпе нам вполне по силам зачистить зал от них, хватит ли нам сил справиться с Янусом – пока неизвестно, необходимо…

Пока офицеры обсуждали детали рейда, меня оттеснили в самый конец зала, назад, к закрывшейся двери.

Передо мной стояло двадцать игроков, выстроившихся в оборонительный круг, выплёвывающий из себя по две слаженных, боевых четвёрки навстречу каждой восьмёрке статуй. После расправы над ними действующие четвёрки тут же менялись с двумя другими четвёрками, уходя на регенерацию и откат скиллов.

Четыре четвёрки, два независимых особиста, неизвестного мне рода маг, вешающий по площади бафы и дебафы и параллельно являющийся советником лидера рейда в лице Dictates-а. Вот весь состав рейда.

Янус же стоял на месте, не шевелясь, и всё так же держал косу на весу в направлении того места, где раньше стоял я. Очевидно, что статуи оживали не сами собой, а его волей, и больше восьми контролировать одновременно он не мог. Они молчаливо обнажали своё оружие и двигались в направлении рейда, не особо заботясь о тактике, но и, в свою очередь, абсолютно не опасаясь ранений. Они делали тяжёлые, открытые взмахи мечами, доводя их всей массой своего тела, заблокировать такой взмах было почти невозможно.

Тем не менее, рейд медленно двигался через зал, уже вернувшись на изначальные позиции, к его центру. Стоило им пересечь пентаграмму, очерченную вокруг Асдариана, как я приблизился к нему.

Помимо того, что он был проткнут копьём, на его доспехах виднелись многочисленные вмятины, а на шлеме была трещина. Из трещины капала кровь, и лишь отсюда, с расстояния метра, можно было увидеть, как едва-едва вздымается, в тяжёлых, мучительных вдохах, его грудь.

Вопреки моим догадкам, ни моё приближение, ни даже прикосновение, ничего не изменили, ни прогресса квеста, ни какой-либо другой реакции.

Поднапрягшись, я снял его с копья, не без помощи пироманта из четвёрки, что сейчас была на регенерации, уложив на пол, я стрельнул взглядом по иконке омолаживающего эликсира в окне быстрого доступа, который должен был восстановить ему половину хитпоинтов в течении двенадцати секунд. Заливаю эликсир в открытый рот Асдариана.

Полоска здоровья начинает дёргаться вперёд, но тут же прерывается и откатывается назад. И так в течение следующих двенадцати секунд.

Подошедший сзади хил шепчет какие-то слова и фиолетовые символы неизвестного языка, проступая в воздухе, осыпаются на Асдариана целительным благословением.

Безрезультатно.

– Подвинься-ка, дружок. – Толкая меня плюхается рядом тот самый неизвестный в чёрном плаще, что встретил меня в деревне и затем провожал по крепости волков. В его руке мелькает уже знакомый мне камешек безоара. Момент, и он исчезает в глотке умирающего офицера.

Асдариана тут же пробивает лёгкий кашель, и он приходит в сознание.

– Думаю, безоар лишь ненадолго впитает в себя ту дрянь, что отравляет его тело, через какое-то время, скорее всего, он рассосётся и проклятие обретёт прежнюю силу. – Оценивающе выдаёт особист в тёмном плаще.

Над нами разлетается очередная россыпь каменного крошева, посланная мощнейшим выпадом молота одного из дамагеров рейда прямо в грудь каменного стража.

Рыцарь открывает глаза, растерянно смотрит на меня и особиста. Осознав происходящее пытается что-то сказать – но безрезультатно. Вновь закашлявшись, он, очевидно осознавая своё бессилие, поднимает руку, в которой лежит небольшая бумажка. Положив руку себе на грудь он закрыл глаза, возвращаясь в своё изначальное состояние.

Справа в интерфейсе мигнул значок квеста:

Судьба Третьего ордена: Обновлено.

Я взял бумажку из руки Асдариана и развернул её.

Неизвестные символы выстраивались в длинные слова, образуя красивый прописной почерк. Пытаясь понять хоть что-нибудь, я пробегаю глазами по всему тексту.

Не понятно.

Краем глаза замечаю, что особист тоже пытается прочитать, перевожу взгляд на него, но ловлю в ответ полные недоумения глаза.

Уже понятнее, значит дело точно не во мне. Прячу бумажку в инвентарь и перехожу к мигающей иконке квеста.

Статус задания «Судьба Третьего ордена.» обновлён.

Вы – последний истинный рыцарь третьего ордена, в то время как многие ваши братья впали в ересь а другие сгинули в бездну – вы один из последних, кто может изменить текущее положение дел. И вам решать, стоит ли это делать.

Прогресс квеста:

Встав на путь порядка и чести, вы отринули путь, что приняли многие ваши братья. Асдариан – один из немногих, кто готов последовать за вами. Но помимо него есть и другие рыцари, верные древним заветам.

Условия выполнения:

1) Возродить Третий орден.

2) Обратить Третий орден в ересь.

3) Найти иной выход.

Награда: Неизвестно

В сравнении с предыдущим описанием, добавился один абзац. Очевидно, Асдариана из этой заварушки нужно вытащить, и, хорошо бы, живым. Также из квеста ясно, что есть и другие рыцари, которые, видимо, не горят желанием насадить меня на острие косы.

Мои размышления прервал участившийся голос второго особиста, что вместе с Dictates контролировал ведение боя. Сразу после этого оглушительный звон, словно огромным молотом ударили по огромному колоколу, пронёсся по залу, вызывая рябь в глазах и лишая, на секунды, всех слуха.

Кинув взгляд на поле боя, я всё прояснил. Тот самый танк, что, дробя на щебень, раскидывал кусочки каменных рыцарей