Сказочный корабль - Филип Фармер

Сама мысль о том, что ему будет около 140 лет, когда он доберется до верховьев Реки, была странной и непривычной. Но какое это имеет значение, если впереди еще, возможно, тысячи лет молодости.

Он взглянул в иллюминатор. Равнина была заполнена людьми, направляющимися с холмов к мастерским. Позади него такие же толпы людей направлялись к мастерским, расположенным у подножья гор. Целая маленькая армия будет работать на строительстве большой дамбы к северо-западу, у подножия гор. Большая стена возводилась между двумя высокими холмами, чтобы запрудить воду из ручья, текущего с горы. Когда водохранилище за дамбой будет наполнено, напор воды приведет в действие электрические генераторы, от которых будут питаться электроэнергией предприятия Пароландо.

Пока что источником электроэнергии были чашные камни. Трижды в день они запитывали огромный понижающий трансформатор с алюминиевыми обмотками, который передавал энергию по колоссальным алюминиевым проводникам в устройство размером с двухэтажный дом, называвшееся дельтатроном. Оно было изобретено в самом конце ХХ-го века и могло в течение доли микросекунды заряжаться до нескольких сотен киловатт, а затем выдавать электроэнергию любого необходимого напряжения в диапазоне от одной десятой вольта до ста киловольт. Это был прототип дельтатрона, который будет установлен на судне. Пока же этой энергией в основном запитывалась установка для резки никелевого железа раскопанной части метеорита. Эту установку сконструировал ван Бум. Ее можно было также использовать для плавки металла. Алюминий для проводников и дельтатрона ценой огромных усилий добывался из силиката алюминия, получаемого из глинозема, добытого непосредственно под слоем дерна у подножия гор на территории Пароландо. Но этот источник алюминия был быстро исчерпан, и теперь единственным его поставщиком оставался Соул-сити.

Сэм сел за письменный стол, выдвинув один из ящиков, и вытащил книгу в переплете из рыбьей кожи, страницы которой были изготовлены из бамбуковой бумаги. Это был его дневник («Мемуары воскрешенного»). Пока что ему приходилось пользоваться чернилами, приготовленными на растворе вяжущих веществ из коры дуба и хорошо очищенного древесного угля. Когда технология Пароландо поднимется до больших высот, для записи событий дня и своих собственных мыслей он будет использовать электронное устройство, которое обещал ему ван Бум.

Застучали барабаны, и Сэм сразу же начал записывать.

Удар большого барабана означал тире, удары маленького — точки. Передача велась кодом Морзе на языке эсперанто.

«Через несколько минут сойдет на берег фон Рихтгофен».

Сэм приподнялся, чтобы еще раз выглянуть наружу. Почти в миле отсюда виднелся бамбуковый катамаран, на котором Лотар всего десять дней тому назад отправился вниз по Реке. Через правый ряд иллюминаторов Сэм увидел коренастую фигуру с копной густых волос, выходящую из ворот бревенчатого дворца короля Джона. За ним следовали его телохранители и прихлебатели.

Король Джон хотел лично удостовериться в том, что фон Рихтгофен не передаст Сэму Клеменсу какое-либо тайное послание от Элвуда Хаскинга.

Экс-монарх Англии, нынешний соправитель Пароландо, был одет в красно-черную клетчатую юбку и накидку, наподобие пончо. На его ногах были высокие, до колен, кожаные сапоги, вокруг толстого туловища — широкий пояс с несколькими ножнами для стальных кинжалов, короткого меча и стального топорика. В одной руке он держал стальную корону — один из многих источников разногласий между ним и Сэмом. Клеменс не хотел зря тратить металл на подобный бесполезный анахронизм, однако Джон настоял на своем, и Сэму пришлось уступить.

Определенное утешение Сэм находил, размышляя о названии своего маленького государства. На эсперанто это означало «парная земля» и стало названием государства, потому что управляли им двое. Но Сэм не сказал Джону, что другим переводом слова Пароландо могло быть «Земля Твена».

Обогнув длинное низкое фабричное здание, Джон оказался у лестницы в обиталище Сэма. Его телохранитель, здоровенный головорез по имени Шарки, потянул за веревку колокольчика, и раздался высокий мелодичный звон.

Сэм высунул наружу голову и удивленно закричал:

— Добро пожаловать, Джон!

Англичанин поднял взгляд своих бледно-голубых глаз и дал знак Шарки пройти вперед. Джон очень боялся убийц и имел на это довольно веские причины. Кроме того, он был возмущен, что ему пришлось идти к Сэму, но он знал, что фон Рихтгофен сначала доложит обо всем Клеменсу.

Шарки вошел в рубку, осмотрел ее, заглянул во все три примыкающие к ней комнаты. Из задней спальни раздались низкие рычащие звуки, не хуже львиных. Шарки быстро отпрянул назад и притворил дверь.

Сэм заметил его испуг и сказал:

— Хоть Джо Миллер и болен, но он все же в состоянии закусить за завтраком десятком лучших бойцов Джона, да еще и попросить добавки.

Шарки ничего не ответил и через иллюминатор подал знак своему хозяину, что тот может подняться, не опасаясь засады.

К этому времени катамаран уже причалил, и на равнине показалась тонкая фигурка фон Рихтгофена с чашей в одной руке и с деревянным посольским жезлом с крылышками — в другой. В соседний иллюминатор была видна долговязая фигура де Бержерака, возглавлявшего отделение стражников, идущих к южной стене. Ливи поблизости не было видно.

Джон вошел внутрь.

— Доброе утро, Джон!

Англичанин был очень уязвлен тем, что Сэм категорически отказывался обращаться к нему со словами «Ваше Величество». Их официальным титулом был «Консул», но даже этот титул Сэм произносил очень неохотно, подстрекая других, чтобы те называли его боссом, поскольку это еще больше досаждало Джону.

Англичанин хмыкнул и сел за круглый стол. Другой телохранитель, огромный темнокожий протомонгол с массивными кистями и невообразимо мощными мускулами по имени Закскромб, умерший примерно в тридцатитысячном году до н. э., зажег для Джона огромную коричневую сигару. Зак, как его обычно называли, был, если не считать Джо Миллера, самым сильным человеком в Пароландо. К тому же Джо Миллер не был человеком, по крайней мере, не был «гомо сапиенс».

Сэму очень хотелось, чтобы Джо поднялся с постели. Присутствие Зака действовало ему на нервы. Однако Джо накачался большой дозой жевательной резинки, так как двумя днями раньше крупный скол железа выпал из захвата крана как раз в тот момент, когда Джо Миллер проходил под ним. Крановщик клялся, что это было просто несчастным случаем, но Сэм подозревал, что это не так.

Сэм раскурил сигару и сказал: