Отраженная в тебе - Сильвия Дэй

— Непременно зайду к тебе за билетом, — сказала я Шауне и медленно, чтобы не мельтешить перед ним, перешла в сидячее положение. — Спасибо, что подумала обо мне.

— Буду рада тебя видеть. Мы здорово проведем время.

Мы условились поговорить на следующий день, и я отключила телефон. За это время Гидеон поставил кейс на пол и бросил пиджак на подлокотник одного из позолоченных стульев у стеклянного кофейного столика.

— И давно ты здесь? — спросил он, расслабляя узел галстука.

Я встала. Ладони покрылись потом, словно он мог вышвырнуть меня пинком под зад.

— Недавно.

— Ты ела?

Я покачала головой. У меня весь день не было аппетита. Тренировку у Паркера удалось выдержать благодаря белковому коктейлю, выпитому в обеденный перерыв.

— Закажи что-нибудь, — бросил он, проходя мимо меня. — Меню в кухонном ящике, возле холодильника. А я пойду ополоснусь под душем.

— Тебе чего-нибудь заказать? — спросила я, обращаясь к его удалявшейся спине.

— Да, — ответил он, не оглянувшись. — Я тоже не ел.

В конечном счете я остановила выбор на натуральном томатном супе и свежих багетах, решив, что, возможно, мой желудок их выдержит, и тут снова зазвонил смартфон.

— Да, Кэри, — ответила я, думая, что лучше, наверное, было бы находиться дома с ним, а не тут, перед лицом болезненного разрыва.

— Слушай, тут Кросс наведывался, тебя искал. Я сказал, чтобы он проваливал ко всем чертям да с ними и оставался.

— Кэри. — Я вздохнула, потому что винить его не могла. Сама такое проделывала. — Спасибо, что дал мне знать.

— А ты сейчас где?

— У него дома, его жду. Он под душем, только что залез. Но я, наверное, скорее рано, чем поздно, буду дома.

— Собираешься привести его в чувство?

— Думаю, это у него в повестке дня.

— Понимаю, конечно, что ты к этому не готова, но лучше не придумаешь. Тебе надо срочно позвонить доктору Трэвису. Обговорить все с ним. Он поможет тебе определиться с перспективой, — громко вздохнув, сказал Кэри.

— Я… — Мне пришлось сглотнуть ком в горле. — Да. Наверное.

— Ты в порядке?

— По крайней мере, я встречаюсь с проблемой лицом к лицу. Это хоть чего-то, да стоит.

Неслышно подошедший Гидеон забрал у меня телефон и, сказав: «До свидания, Кэри», отключил его и положил на барную стойку. Волосы его были влажными после душа. Он надел лишь черные, низко сидевшие на бедрах пижамные штаны. Весь его облик сразил меня наповал, напомнив о том, чего я могу лишиться, потеряв его: о захватывающем дух предчувствии и желании, о поддержке и сексе, об эфемерном ощущении правильности, придающем всему этому ценность.

— С кем свидание? — спросил он.

— Что? А… это Шауна, невестка Марка. Предложила билеты на концерт на пятницу.

— Ты уже выбрала, что будешь есть?

Я кивнула, смущенно одернув доходивший до бедра край футболки.

— Налей-ка мне того же, что пьешь сама. — Потянувшись через меня, он взял меню, которое я положила на барную стойку. — Я закажу. Чего ты хочешь?

Пройтись к буфету за бокалами для вина было для меня облегчением.

— Суп. И хрустящий хлеб.

Открывая бутылку мерло, я слышала, как Гидеон звонил в ресторан и делал заказ тем твердым хрипловатым голосом, который полюбился мне с того мгновения, как я впервые его услышала. Он заказал томатный суп и лапшу с цыпленком, отчего у меня болезненно сдавило грудь: без всякой просьбы с моей стороны потребовал именно то, чего мне на самом деле хотелось.

Эта его способность относилась к множеству тех счастливых случайностей, что порождали во мне такое чувство, будто мы созданы, чтобы закончить жизнь вместе, если, конечно, нам удастся зайти так далеко.

Я подала ему наполненный бокал, не сводя с него глаз. Он выглядел усталым, и мне подумалось, что, возможно, ему, как и мне, тоже так и не удалось сомкнуть ночью глаз.

Опустив бокал, он слизал с губ красный след от вина.

— Я ездил к тебе домой, искал тебя. Думаю, Кэри тебе рассказал.

Я потерла все еще саднившую грудь.

— Извини за это и… — Я указала на свой наряд. — Черт возьми. Я толком не подумала.

Он привалился к барной стойке и скрестил ноги.

— Ну-ну, слушаю.

— Думала застать тебя дома. Надо, конечно, было сначала позвонить, но… А когда поняла, что тебя здесь нет, я, вместо того чтобы отправиться к себе, решила подождать. — Я потерла горевшие глаза. — Я… в растерянности от всего происходящего. От этого и мысли у меня нечеткие.

Его грудь расширилась от глубокого вздоха.

— Если ты ждешь от меня разрыва с тобой, то не дождешься.

Я ухватилась за кухонный стол, чтобы не упасть.

«Неужели это конец?»

— На это я неспособен, — произнес он без всякого выражения. — Более того, даже обещать, что не стану тебя удерживать, не могу.

Что? Я растерянно нахмурилась:

— Ты же сам оставил у меня свой ключ.

— Сдуру. И теперь хочу получить его обратно.

— Гидеон… — Глаза мои закрылись, по щекам полились слезы. — Ну и задница же ты.

Я направилась в свою спальню быстрым, но не вполне твердым шагом, слегка покачиваясь, что не имело ни малейшего отношения к выпитым мною нескольким глоткам вина.

И уже было вошла туда, когда меня перехватил Гидеон.

— Внутрь я за тобой не войду, — угрюмо проворчал он, наклонив голову к моему уху. — Раз обещал, значит туда ни ногой. Но я прошу тебя остаться и поговорить со мной. По крайней мере, выслушать. Раз уж ты здесь…

— У меня тоже кое-что для тебя есть, — произнесла я, с превеликим трудом проталкивая слова сквозь сдавленное горло.

Он отпустил меня, и я поспешила за своей сумочкой. А потом повернулась к нему и спросила:

— Ты оставил ключ у меня на кухне, считая, что порываешь со мной?

Он заполнял собой дверной проем. Руки были подняты, костяшки пальцев, вцепившихся в верхнюю перекладину рамы, побелели от напряжения, как будто, чтобы не последовать за мной, ему приходилось не только напрягать силу воли, но и прилагать немалые физические усилия. И эта поза лишь сильнее подчеркивала красоту его тела. Я желала его, как желают глоток воздуха.

— Я не задумывал так далеко вперед, — признался он. — Мне просто хотелось, чтобы ты чувствовала себя в безопасности.

Мои пальцы крепче сжали предмет, который я держала в руке.

— Ты мне сердце вырвал, Гидеон. Ты понятия не имеешь, каково мне было увидеть там этот ключ. Как это было больно. Понятия не имеешь.

Он плотно зажмурился, опустив голову.

— Я в тот момент плохо соображал. Мне казалось, я поступаю правильно…

— Хрен тебе, а не правильно! Пошел на хрен со своим долбаным благородством, или что там еще тебе в башку втемяшилось! Больше так не делай! — Голос мой едва не срывался. — Я говорю тебе сейчас, причем серьезно, как никогда не говорила раньше: если ты еще раз вернешь мне ключ, между нами все будет кончено. Пути назад больше не будет. Понимаешь?