Обнаженная для герцога (СИ) - Озерова Татьяна

Глава 34. Ожоги

Я стояла неподвижно, чувствуя на себе спутывающие заклинания ненавистного короля Освальда, не в силах ни шелохнуться, ни нос почесать, ни прядь волос на лице поправить, ни даже заговорить.

Я смотрела на победившего в двадцатилетней войне короля, который скользил задумчивым взглядом по моему телу, и, судя по всему, даже не собирался снимать с меня заклинания.

От всего этого я будто со стороны наблюдала, как меня заполняет ярость. Бешенная, испепеляющая, грозящая разнести всё здесь и на тысячи миль вокруг.

Я закрыла глаза, пытаясь дышать глубже, но это не помогало. Меня неуклонно затапливала ярость на свою беспомощность, что я снова в ловушке, что он признался мне в любви, но сейчас не распутывает, не подходит, да и вообще, назвал меня своей пташкой…

Все страхи и боль этих длинных недель без него, необходимость терпеть грубость Рэналфа, боль от ран и лихорадки, лютый страх, пока Дамиан лежал на мне бездыханный, а король Освальд торжествующе скалился и самодовольно ронял передо мной свои безжалостные слова…

Всё разом нахлынуло на меня, выжигая что-то внутри, опустошая и оставляя внутри лишь пепел.

— Лия, — услышала я спокойный голос Дамиана, казавшийся нездешним на фоне криков и шума удаляющегося боя, — посмотри на меня.

Я распахнула глаза.

Дамиан стоял рядом, высокий, широкоплечий, в покрытой пылью и сажей прилегающей к мощному телу тёмной кожаной броне — в подпалинах и с несколькими прорехами, сквозь которые было видно голое тело со стянутыми магией длинными багровыми полосами.

Со спокойным лицом, покрытом сажей, с рассечённой бровью и запекшейся кровью на щеке, он рассматривал меня с совершенно с бесстрастным видом.

— Похоже, что ты на меня злишься, — усмехнулся он.

Я снова закрыла глаза. Пусть думает, что хочет. Ещё немного, и у меня даже злости не останется.

— Ты давно уже можешь говорить, — сказал он, убирая с моего лица так мешавшую мне прядь волос.

Мне уже было всё равно. Я стояла молча, закрыв глаза. Почувствовала, как он взял меня на руки и куда-то понёс.

Моего лица коснулся свежий ветер, вместо запаха дыма я вдохнула незнакомый цветочный аромат. Послышался шум воды, пение птиц, шелест листвы.

— Вот здесь, — услышала я голос Дамиана, — можешь кричать на меня, обвинять во всём, пытаться убегать или даже пытаться ударить.

Почувствовав, как он снова ставит меня на ноги, я шевельнула пальцами, наконец-то почесала нос, уставилась на Дамиана.

Он стоял напротив, скрестив рельефные руки на широкой груди, с прищуром и такой знакомой улыбкой рассматривая меня.

Я огляделась. Мы стояли на берегу круглого озера в долине среди скал, с отвесной горы в озеро лился высокий водопад, среди зелени были водопады пониже.

Рядом возвышались нереально огромные деревья, человек десять бы потребовалось, чтобы, держась за руки, обхватить широченные стволы. На берегу озера стоял небольшой дом с низким крыльцом и яркими шторами на широких окнах.

Много зелени, ярких цветов, бабочек, тонких запахов и умиротворяющих звуков.

— Здесь красиво, — сказала я, чтобы хоть что-то сказать.

— Я перенёс нас сюда с помощью того самого заклинания перемещения, которое ты освоила весьма поверхностно и очень неумело.

Я отвернулась от него, глядя на водопад.

— Даже ударить меня не попытаешься? — с умешкой спросил он.

Я пожала плечами.

— Для чего? — бесцветным голосом сказала я, — ты всё равно не позволишь. Да и смысл.

— Смысл есть, — ответил он, — выпустить всю ту бурю, что в тебе сейчас бушует и выжигает тебя изнутри.

Я почувствовала его руки на своих плечах, меня передёрнуло, и я отбежала от него. Обняла себя за плечи, обернулась и уставилась на него.

Дамиан нахмурился, снова скрестил руки на груди.

— Расскажи мне, — потребовал он, — из-за чего ты на меня злишься?

Я пожала плечами.

— Я не злюсь, — тихо сказала я, — просто… Просто ничего не чувствую. Уже ничего. Не чувствую.

— Отбежала сейчас почему?

— Неприятно стало.

Он опустил голову, глянул на меня исподлобья.

— И что, даже не поздравишь меня с победой? — с кривой усмешкой спросил он.

— Почему же, поздравлю, — тихо сказала я, — поздравляю. Ты очень сильный маг. Хитрый и опасный враг. Освальд мальчишка по сравнению с тобой. Я поздравляю тебя с победой. С заслуженной победой, которая явно далась тебе нелегко.

Дамиан смотрел на меня, молчал и хмурился.

Я глубоко вздохнула и спросила:

— Почему ты меня сейчас так долго не распутывал из контроля Освальда?

Он ощутимо расслабился, взъерошил волосы.

У меня сердце зашлось болью от вида глубокой раны на его рёбрах, показавшейся в прорехе кожаной брони, но он совершенно не обращал на неё внимания. Всё-таки я что-то чувствовать могу, беспокойство за него всё ещё острое. Я не до конца выгорела, показалось.

— Снимать чужой контроль, чтобы свой навешивать расточительно. Не знал, как реагировать будешь, не хотел, чтобы помешала. Мне надо было убедиться, что у моего главнокомандующего, умнейшего и талантливейшего, но молодого и пылкого, мозги ещё на месте, и ситуация в армии под контролем. Дело на первом месте, Лия. По той простой причине, что когда в делах всё под контролем, семья тоже в безопасности.

Меня затрясло.

— Семья? — переспросила я.

У него есть семья… Значит, всё-таки у него кроме меня кто-то ещё есть…

— Понятно, — сказала я, глядя перед собой, — а летающие пташки только мешают сохранять семью. Понятно.

Опустив глаза, я попыталась представить дом дяди, пляж, десятки других мест, куда я могла бы уйти прочь от него прямо сейчас с помощью дара, но почему-то перемещение мне теперь было недоступно.

— Я не буду тебе больше мешать, — добавила я, — без меня ты сможешь дальше держать все дела под контролем и заботиться о безопасности твоей семьи.

Я снова и снова пыталась уйти из этого красивого места, но всё было бесполезно.

— Скажи только, как отсюда уйти, — сказала я бесцветным голосом, — ты снял с меня все заклятья, я чувствую, сетки твоей тоже нет, но я почему-то не могу переместиться сама, ни магией, ни тем заклинанием перемещения.

— Конечно не можешь, — серьёзно сказал Дамиан, — я приложил массу усилий, чтобы в этом месте все перемещения, кроме запланированных мной, были невозможны.

Я вскинула глаза на него.

— Когда я говорю о семье сейчас, Лия, я говорю в первую очередь о тебе. Формальная сторона этого дела весьма непроста, но с этим я тоже справлюсь.

Стиснув пальцы, я недоверчиво смотрела на него.

— Мне нравится тебя поддразнивать, но, похоже, для тебя это намного серьёзнее, чем я думал.

Он подошёл на шаг ближе, внимательно рассматривая меня.

— Ты никакая не пташка, — тихо и очень твёрдо сказал он, — ты моя Лия, моя любимая, единственная, моё сокровище. Я перевернул оба королевства вверх дном, вытряхнул Освальда из его дыры, вбил его в пыль, закончил войну, чтоб её! На два года раньше, чем планировал, видят предки это было нелегко. И всё ради тебя. Для твоей безопасности.

Меня затрясло, я смотрела на него сухими глазами, жалея, что слёз не осталось, что я не могу уже плакать, не в силах даже сдвинуться с места.

— Рэналф обижал тебя? — вдруг спросил он.

Опешив от неожиданного вопроса, я уставилась на Дамиана.

— Н-нет… — почему-то заикаясь, ответила я.

Хотя я знаю почему.

Ещё бы я не заикалась.

Передо мной сейчас стоял свирепый боевой маг, готовый убивать.

Сейчас, без сдерживающей мою силу сетки, я видела, как вокруг Дамиана разворачиваются структуры боевых заклятий, для которых достаточно одного движения пальцев или шепотка, чтобы вся масса смертельного потока обрушилась на его цель.

Я попятилась.

— Кто тебя так запугал, Лия, — делая скользящий хищный шаг ко мне, спросил он, — что ты так шарахаешься от меня?

С усилием вдохнув, чувствуя, как холодеют губы и пальцы, я снова отступила от него.