Выпить и умереть - Найо Марш

Примерно на половине длины пирса глубина достигала двух футов. Аллейн, немного поколебавшись, закатал брюки и залез в воду, держась рукой за стену волнолома. Галька уходила из-под его ног, и он был так далеко от своего объекта… Но все же он слышал невнятное бормотанье голосов. И потом, почти рядом с ним болталась лодка, снесенная приливом. Если бы он только мог схватить ее… Аллейну удалось не только схватить лодку, но и тихонько перевалиться через борт, пренебрегая занозами и прочими несущественными мелочами…

Но самое интересное — в этой лодке все дно было как бы устлано мистером Фоксом, который вольно возлежал там, распластав свой необъятный живот и раскрыв блокнот, готовый к записям…

— Опять мы оба пришли к одному и тому же! — прошептал Аллейн, давясь смехом. — Снова мы как в парном танце…

Издалека доносились голоса мисс Даррах и мистера Легга. Аллейн лег на дно лодки и стал прислушиваться к странному говору пожилой ирландки. Она объяснялась какими-то отрывистыми фразами, и Аллейн не сразу понял, что замолкает художница просто для того, чтобы сделать несколько мазков по холсту. Почтенная леди, видимо, не могла делать сразу два дела.

— Но… Но не зашла ли я слишком далеко, придя сюда для встречи с тобой? Нет, я вовсе не желаю идти дальше. Мне очень жаль, что ты попал в такую безумную кашу, но я не могу тебя вытащить, извини… Жаль, что тебе пришлось так круто… Я просто сама не ожидала…

Тут голос мисс Даррах заглох и превратился в самый обычный шепот, практически неслышный. Затем она вдруг внятно сказала:

— Нет, дорогой, нет нужды меня упрашивать, я все равно этого не сделаю!

Легг снова издал шаманское бормотанье. Мисс Даррах отвечала:

— Да-да, это все я понимаю… И не подумай, что я не сожалею обо всем этом. Сожалею, да еще как!.. Конечно, я понимаю, что в этом ты невиновен, но я не могу…

Впервые мистер Легг произнес нечто членораздельное. Он прошипел:

— Моя кровь падет на твою голову!

— Ох, не надо так выражаться. Помолчи и успокойся. Тебе нечего бояться.

Теперь Аллейн, уже подрегулировавший свои локаторы и приспособивший их к лепету мистера Легга, начал улавливать обрывочные фразы:

— Затравили меня… Именно когда я… Ухватились за мою ошибку… Бог знает, когда я освобожусь от этого кошмара…

Послышался треск гальки под тяжеленькими шагами мисс Даррах. Она, вероятно, отошла от мольберта, чтобы получше оценить эскиз. Теперь она стояла у самого пирса, и Аллейн отчетливо улавливал ее стрекотание:

— Я обещаю тебе, что сделаю все, что в моих силах, но я не дам лжесвидетельства!..

— Хм! Лжесвидетельства! — раздраженно воскликнул Легг, переминаясь с ноги на ногу рядом с мисс Даррах.

— Ну или как там это называется… Я уверена, что они попробуют сделать все возможное, но у них ни за что не хватит мозгов… Тогда они поймут, что все бесполезно, и отступятся от тебя. Тебе, конечно, придется несладко, но постарайся не нервничать. Ты ведь знаешь, почему я считаю себя обязанной помогать тебе. Ну ладно, хватит, будем надеяться на лучшее.

— Но не забывай, как я дошел до такой жизни!

— Я помню, помню. Иди теперь, а то не хотелось бы, чтобы нас видели вместе.

— Я в твоих руках, — горько взвыл Легг, после чего по гальке заскрипели его удаляющиеся шаги.

Аллейн и Фокс завтракали в столовой. Кьюбитта и Периша нигде не было видно, а вот мисс Даррах сидела за столиком в уголке и тепло приветствовала детективов. Аллейн чувствовал, что из-за своей газеты, которую она как бы внимательно читала, толстушка остро поглядывает в их сторону. Аллейн встретился с ней взглядом, но мисс Даррах совсем не сконфузилась, а, подмигнув ему, улыбнулась.

— Вижу, у вас нет газеты? — заметила она. — Не хотите ли взглянуть на местный «Курьер Иллингтона»?

— Огромное вам спасибо, — поклонился Аллейн, вставая и протягивая руку за газетой.

— А ведь вы Родерик Аллейн, не так ли?

Аллейн снова поклонился.

— Я вас узнала, потому что видела вашего брата Джорджа, — продолжала мисс Даррах.

— Я очень тронут, что вы меня узнали, — усмехнулся Аллейн, — но мне никогда не приходило в голову, что между мной и моим братом Джорджем есть сколько-нибудь заметное сходство.

— О, это глубинная близость фамильных черт, я бы так сказала… И кроме того, я слышала от нашего трактирщика, что вы приехали. Вы смотритесь много приятнее, чем ваш брат Джордж. Он, знаете ли, часто отдыхал вместе с моими кузенами в Панчтауне. Я его там встречала. А я — Виолетта Даррах, так что теперь и вы знаете, кто это с вами так смело заговорил…

— Кстати, мисс Даррах, вы не могли бы уделить нам минутку после завтрака? — спросил Аллейн.

— Конечно. Это насчет того ужасного происшествия?

— Да.

— Буду рада вам помочь. Вообще, я сама всегда обожала всякие детективы и мистику, но до тех пор, пока этот кошмар не случился на моих глазах… Самой оказаться свидетелем такого ужаса гораздо менее приятно, чем читать об этом в книжке… Я буду ждать вас в отдельном зале. Так что не торопитесь, завтракайте спокойно.

— Спасибо, — поблагодарил Аллейн. Мисс Даррах встала из-за стола и протиснулась между Аллейном и столом к двери. Детектив распахнул перед нею дверь, она жеманно улыбнулась ему и удалилась.

— Ну и баба, как орех, — заметил Фокс и тут же добавил в рифму: — Так и просится на грех! Вы ведь и не предполагали, сэр, что она тут замешана? А теперь что скажете?

— А вы, оказывается, поэт, дружище. Но вот как мне себя держать с нею? Она колюча, как дикобраз, свернувшийся в клубок вокруг ежа….

— Похоже, — хмыкнул Фокс.

— Лучше бы вы, Братец Лис, в более свойственной вам, чем поэзия, тяжелой официальной манере пригласили ее в нашу приемную. Мне надо сразу пресечь все эти фамильярные разговорчики о семейных делах и общих знакомых… Разве что… — Аллейн задумчиво потер кончик носа… — Разве что мне удастся как-нибудь это использовать… Э, погодите, дайте подумать…

— А что вы имеете в виду под семейными делами, сэр?

— Вы что же, не слышали? Она, оказывается, знакома с моим братом Джорджем, который так же похож на меня, как я — на японского микадо. И внешне, и, хочется надеяться, внутренне. Может быть, конечно, во мне говорит тщеславие… А вы как думаете, Фокс?

— Увы, я не имею чести знать вашего брата, сэр.

— Это ничего, вы не много потеряли. Он порядочный осел, прости господи. Вы закончили свой завтрак?

— Да, сэр.

— Тогда давайте, дорогой Братец Лис, ступайте к мисс Даррах и тащите ее в нашу приемную. Даст бог, мне удастся из нее что-нибудь выжать.

Аллейн отправился в приемную, куда через пару минут Фокс привел мисс Виолетту Даррах.

С самого начала своей полицейской карьеры Аллейн подавил в себе обычную человеческую склонность к непосредственным реакциям на новые знакомства. Много раз он твердил себе, что даже чертовски обаятельные люди могут запросто оказаться порядочными мошенниками. Но его холодноватая, отстраненная манера все равно осталась чем-то вроде маски прикрытия внутренней дружелюбности.

Когда Аллейн впервые увидел мисс Даррах, он сразу почувствовал, что было бы интересно поговорить с ней и даже, возможно, подружиться. Он понимал, что ему трудно будет заставить себя поверить, будто она ведет двойную игру. Суперинтенданту пришлось призвать на помощь все свое чувство дисциплины и всю верность служебному долгу, чтобы не потерять бдительности. Аллейн заговорил с мисс Даррах чрезвычайно вежливо.

— Надеюсь, вы великодушно простите меня, — начал он, — за то, что я предложил вам прийти сюда ко мне… Видите ли, мистер Помрой любезно предоставил нам эту комнату в качестве, так сказать, временной конторы, и тут у нас все бумаги…

— Ну что вы, не стоит извиняться! — бросила мисс Даррах и села в кресло, которое Фокс с изумительной точностью подставил под нее. Коротенькие ножки художницы, правда, не доставали до полу…

— Мне здесь невероятно удобно! — заявила толстушка. — А я порядком устала. С самого рассвета занималась эскизами на берегу. А чего стоит один подъем по знаменитой оттеркомбской лестнице! Одно это способно довести человека до потери пульса…

— М-да, там, вероятно, очень живописно, особенно у самого пирса, — пробормотал Аллейн.

— О, да вы разбираетесь в пейзажах! — похвалила мисс Даррах. — Именно там я и была. А может быть, вы меня видели?

— Помнится, вы прошли мимо меня, пока я копался в машине, — напомнил Аллейн.

— Это верно. Но мне кажется, со двора пирс не виден, разве не так?

— Да, пожалуй, — не совсем вразумительно отвечал Аллейн. — Но давайте приступим к делу, которое, боюсь, покажется вам неприятным и утомительным… Я имею в виду события той трагической ночи. Я уже видел записи ваших показаний и читал судебный отчет…