Чёрный Мустанг - Карл Май

Они пошли, конечно, не прямо ко входу его, а держались левой стороны. Так они добрались до ельника, в котором укрылся инженер со своим отрядом. Мистер Сван был мужественным и умным человеком, но не был, однако, охотником, поэтому, внезапно увидев две приближающиеся фигуры, он мог совершить какое-нибудь неосторожное действие, если бы Олд Шеттерхенд приглушённым голосом вовремя не произнёс:

— Тише! Это мы. Не наделайте шума, мистер Сван.

— Ах, это вы. Что это вы там несёте?

— Чёрного Мустанга, — ответил охотник, опуская пленника на землю.

— Вождя этих краснокожих негодяев? Чёрт побери! Вот это Олд Шеттерхенд и Виннету! Но он не шевелится. Он не умер?

— Нет. Мой кулак не очень деликатно обошёлся с его головой, и он потерял сознание.

— Да… Ну, и удар же у вас, сэр! А что мы будем с ним делать?

— Положим его на землю и привяжем к дереву.

— Но он начнёт кричать, когда придёт в себя!

— Не начнёт, я засунул ему в рот замечательный кляп. Свяжите его покрепче и не спускайте с него глаз! А мы должна снова идти.

— Куда?

— Нам нужно доставить сюда ещё двоих краснокожих, тех, что стоят на страже у входа в ущелье. Пока они находятся там, мы не сможем свободно действовать.

После этого Олд Шеттерхенд и Виннету опустились на землю и неслышно поползли к тому месту, где лежали раньше, когда поджидали Чёрного Мустанга. Оказавшись там, они увидели перед собой обоих воинов. Индейцы разговаривали о каких-то незначительных делах, поэтому, не тратя времени на подслушивание, охотники мгновенно преодолели отделяющее их от команчей расстояние, бросились на них и, поскольку те оказались захваченными врасплох, без особого труда обезвредили обоих.

Когда спустя некоторое время они принесли их на себе к тому месту, где уже лежал вождь команчей, инженер Сван спросил:

— Вы уже управились с ними? Послушайте, господа, не хотите ли вы перетаскать сюда всех краснокожих по очереди?

— Нет, — ответил Олд Шеттерхенд, — остальных мы захватим всех сразу.

— Когда? Сейчас?

— Да.

— Слава Богу! Я никогда не был ни пастухом, ни бродягой, поэтому не привык лежать подолгу на земле на свежем воздухе. Скажите, что я должен теперь делать?

— Велите принести одну из бочек с керосином ко входу и зажечь её. Этот факел так осветит всю округу, что команчи быстро поймут, как обстоят их дела с нападением на Фирвуд-Кемп.

— Отлично! Только сначала нужно связать и этих двух краснокожих.

После этого из зарослей была извлечена бочка, её отнесли ко входу в ущелье и подожгли. Произошёл взрыв, выбивший из бочки крышку, но сама она, стянутая обручами, осталась целой, так что только часть керосина пролилась на землю и загорелась. Огонь молниеносно охватил весь узкий проход между скалами и осветил всё ущелье. Впрочем, пламя было таким сильным, что свет от него должны были увидеть и по другую сторону горы — в Фирвуд-Кемпе, где наверняка был услышан и взрыв.

Этот сильный грохот, раздавшийся так неожиданно, лишил команчей покоя и уверенности в себе. Они не сразу поняли, что произошло, но вскоре увидели поднявшийся к небу столб огня. В ущелье стало светло как днём. Поначалу индейцы онемели от страха, потом поднялся такой крик и вой, что нельзя было понять, то ли это воинственный клич, то ли крик отчаяния. Краснокожие рванулись в сторону единственного выхода, но всё узкое пространство между скал было залито огнём. Одновременно раздались выстрелы, произведённые Олд Шеттерхендом. Он стрелял в воздух, чтобы случайно ни в кого не попасть, но индейцам стало ясно, что единственный путь не только преграждает пламя, но он находится и под обстрелом противника.

После этого краснокожие отступили в глубь ущелья и обратили свои взоры на его боковые отвесные склоны, пытаясь определить, возможно ли взобраться по ним наверх. Но увидели они лишь то, что ещё больше усилило их отчаяние и парализовало волю. Олд Шеттерхенд заранее отдал приказ, чтобы после того, как загорится бочка с керосином, все рабочие зажгли принесённые с собой факелы. Они сделали, как было велено, и индейцы увидели, что ущелье окружено сверху горящими факелами, и услышали доносящиеся оттуда угрозы. Голос одного человека при этом заглушал всех остальных:

— Ура! Ура! Бочка внизу пылает! Начинается потеха! Зажгите факелы, зажгите все факелы! Должно быть светло как днём. Пусть до краснокожих дойдёт, что перед ними не кто иной, как мистер Хелиогабалус Морфеус Эдевард Франке, с которым шутки плохи!

Дролль, ты видишь, как они носятся? Ты слышишь, как они воют? Дролль, Дролль, где ты? Мне тебя не хватает! Куда ты подевался?

Тогда с другой стороны ущелья раздался ответ:

— Я здесь, кузен Фрэнк! Отсюда видно всё гораздо лучше, с той стороны. Если хочешь полюбоваться на них, иди скорей сюда!

— Нет, я останусь здесь! Ты только кричи громче, громче кричи, чтобы там внизу лошади переполошились ещё сильней и затоптали копытами своих хозяев! К сожалению, нам нельзя стрелять, но и камнями можно быстро приучить этих краснокожих к покорности!

К счастью для команчей, склоны ущелья сверху представляли собой цельные скальные плиты. Если бы там был битый камень или щебень, им бы не поздоровилось. Но поскольку то там, то здесь всё же попадались отдельные камни, то они полетели вниз, попадая в людей и лошадей. Люди кричали от боли, животные били копытами, вырывались и скакали вокруг, усиливая и без того охватившую всех панику. Через пару минут после взрыва все лошади индейцев настолько переполошились что ущелье представляло собой какое-то царство хаоса.

А вскоре сюда прискакали верхом жители Фирвуд-Кемвд, чтобы узнать, откуда взялся этот невообразимый столб огня. Одним из первых был мистер Леврет, здешний инженер. К своему изумлению, он увидел Олд Шеттерхенда и Виннету, возле которых вместе со своими людьми стоял и его коллега из Рокки-Граунд.

— Вы здесь? — растерянно спросил Леврет. — А там пылает бочка с керосином! Что всё это значит?

— Это значит, что мы хотим обезвредить краснокожих, мистер Леврет, — ответил Сван.

— Краснокожих? Каких краснокожих, сэр?

— Команчей, которые хотели на вас напасть и всех вырезать.

— Что вы говорите! Разве это должно было произойти сегодня?

— Конечно, сегодня. Но теперь они сидят в ущелье, которое со всех сторон окружают мои рабочие, а пламя не даёт возможности удрать им через проход.

И перепуганному насмерть Леврету подробно рассказали, что произошло в тот день.

Тот был чрезвычайно рад, что ему не нужно принимая участия в этом опасном деле, и поспешно вернулся в Фирвуд-Кемп, чтобы успокоить своих напуганных рабочих. Но ему не удалось, согласно уговору, удержать их там, поскольку вскоре множество китайцев принялись карабкаться на гору. При этом по дороге они ломали сучья деревьев и собирали камни; они тянулись в сторону ущелья, беспорядочно перекликаясь на своём родном языке.