Черный амулет - Фридрих Незнанский

Это хорошо, что она не хочет сладкого, подумал он. Сахар приходилось добавлять в напиток, который он варил, лишь для того, чтобы отбить заметный даже ему привкус терпкой горечи. Девочки наверняка сразу заподозрили бы что-то неладное, уж им-то вкус апельсинового или мандаринового сока известен. А по поводу легкой остаточной горечи он говорил им, что это делается специально: чтобы сок дольше сохранялся, в него нарочно добавляют мелко размолотую кожуру… Ну раз не хочет, тем лучше!.. А потом надо будет зажечь ароматические палочки, травяную смесь, разложить и окурить ее всю. И пока она станет в последний раз кайфовать, лежа обнаженной в окружении струящихся дымов и запахов, полагая, что это «любимый Юрочка» сладко обнимает ее и доставляет ей наслаждение, он успеет совершить собственные метаморфозы… А закончится подготовка коротким сеансом гипноза, который и придаст Ане максимум решительности и внутреннего спокойствия.

Нет, сегодня больше никаких половых сношений, прошлой ночи ей, да и ему, вполне достаточно. Она может расслабиться, а надо быть крайне собранной и восприимчивой к его командам, которые он станет посылать ей в короткие паузы стремительного рокота тамтамов, она должна постоянно слышать его голос и сознавать, что ее любимые тамтамы и он, не менее любимый Юрочка, по сути одно и то же — зов из быстро приближающегося будущего. В котором, как он обещал, снова вернется к ней счастливое время, когда она жила вместе с мамой и папой и ее все любили…

Сейчас у него появилось ощущение, что сегодня как-то странно быстро приближается час Икс. Хотя сам день, только сравнительно недавно переваливший за полдень, представлялся Грозову бесконечно длинным, словно его время могло и на самом деле никогда не кончиться…

Но — за дело!

Аня, которой он предложил раздеться, пока готовил ей питье, с хитростью юной, всезнающей девицы догадывалась, что затем последует. Даже колкое шерстяное одеяло, на котором она провела сегодня ночь, не казалось ей неприятным. И она легла на спину, как учил Юрочка, вытянув руки вдоль тела по швам.

— Не торопись, мы все успеем сегодня, — с улыбкой сказал он, подавая ей большую кружку с соком. — Выпей, пожалуйста, и ты сразу почувствуешь в себе могучие силы, которые позволят тебе полностью отдаться твоей любви…

Аня села и стала пить, лукаво поглядывая на него: какой хитрый, прекрасно ведь знает, зачем ей нужны эти силы!

А он тем временем расставлял на полу по периметру кушетки, на которой она пила сок, металлические чашечки-курильницы и насыпал в них свои колдовские смеси и поджигал их. Извиваясь, потянулись легкие, голубоватые язычки дымков…

— Я выпила. — Аня показала пустую кружку. — Ну, ты еще долго? А то мне холодно. И щекотно. — Она поерзала на одеяле — больше для кокетства, чем по делу. Он видел.

— Еще хочешь? Чтобы было теплее? — спросил он, полагая, что сок сегодня жалеть нечего, пока не для кого. — Я бы посоветовал, Анечка… А ты полежи пока…

— Ну давай, раз ты так хочешь…

Но пока он наливал ей сок, она стала дремать. Это очень хорошо, действие началось. И когда дымки поднялись из всех курильниц, он стал веером из высушенных листьев рассеивать его над ней. Великое колдовство началось…

Теперь она будет спать, а он займется собой, чтобы вскоре вернуться сюда, и заговорит с ней, с ее душой, которую будет держать жесткими пальцами перед собой и внушать, вселять в нее свою волю…

За последние дни Грозову не раз приходилось менять свою внешность. Он был черноволосым, потом блондином. С усами и бородой, только с усами, вислыми, как у запорожского казака. И снова темноволосым. Значит, теперь можно снова вернуться к русой прическе — она меньше всего привлекает внимание, в первую очередь милиции, повсюду выискивающей преступный «мусульманский след», а конкретно, черноголовых, горбоносых и бородатых мужчин среднего возраста, подходивших под описания внешних данных чеченских боевиков. А светловолосых не трогают. Но чтобы лишний раз не акцентировать на себе внимание Ани, надо надеть на голову берет, а приклеенные интеллигентные светлые усы просто прикрыть ладонью, и девушка, скорее всего, не обратит внимания на те изменения, которые претерпела его внешность, в том числе и глаза, на которые легли нейтральные светло-карие линзы. У нее уже времени для этого не останется, потому что вся операция должна произойти стремительно — в этом ее главный успех. А потом скрывать маскировку не будет никакой необходимости. Затем он приготовил весь необходимый ему в работе реквизит, начиная с оружия и кончая белым, тщательно выглаженным и аккуратно свернутым медицинским халатом. Ничто так не маскирует человека, как врачебная одежда. И, кстати, доктор и мент в любой ситуации — люди, подвергать тщательной проверке которых ни у кого в экстремальной ситуации не поднимется рука. Нет, конечно, сам лезть в пекло Грозов вовсе не собирался, но мало ли как в последний момент могут повернуться события?…

И теперь, пожалуй, самый главный вопрос, который также решен. Помощники обязаны были обеспечить место действия необходимой техникой, которую он передал им. Грозов специально сказал, что не собирается контролировать их действия по подготовке, чтобы в случае, если они что-то напортачат, иметь все основания обвинить их в злостной бездеятельности и преступном желании сорвать угодную Аллаху акцию. А там пусть уж сам Ренат разбирается с ними. По его приказу действуют помощники, ему и отвечать… перед Аллахом. Грозов ухмыльнулся, представив на миг, как бы это могло выглядеть наяву, случись оно на самом деле.

Так вот, что касается подготовки, то он не был бы самим собой, если бы сегодня утром, еще до встречи в кафе, не съездил в Перово, на место, и не проверил, как они, эти помощники, осуществили закладку. Все было сделано нормально. И представитель межрайонной пожарной инспекции, кем он и представился, предъявив не вызывающие никакого недоверия документы, начал бегло осматривать помещения, запасные выходы, лестницы и проверять лично гидранты и прочую противопожарную технику в Доме культуры «Радуга» рядом с детско-юношеской спортивной школой. А в зрительном зале, где должны были разворачиваться все основные мероприятия детского праздника и где ряды кресел заранее отодвинули и установили вдоль стен, чтоб родители сидели и не мешали детям праздновать, инспектор решил еще раз проверить даже противопожарные сигнализаторы, установленные на потолке. Для этой цели он попросил сопровождающих принести ему высокую стремянку и сам полез, чтобы посмотреть, насколько эти сигнализаторы, укрепленные здесь бог знает когда, еще способны выполнять свои охранные функции против задымления и горения. С высоты стремянки инспектор внимательно оглядел зал и остался доволен: практически все пространство будет видно на экране монитора как на ладони. Кроме небольшого прохода, который перекрывали четыре квадратные колонны, но это уже роли не играло. Все, что должно случиться, произойдет именно в центре…

Словом, инспектор остался доволен увиденным и без колебаний подписал акт.

— Собираетесь проводить детский праздник? Извольте, возражений с нашей стороны нет…

Ну правильно, надо было наорать, пригрозить страшным гневом Рената Алиева, чтобы они все сделали именно так, как им приказано… Интересно, конечно, а как же Ренат осуществляет свои контакты с ними? С этими ублюдками, которые не расселены по лагерным зонам исключительно благодаря убожеству самой милиции? И на кого он и его соратники — исламские экстремисты — здесь, в России, рассчитывают? На новых Грозовых? А разве у них много таких, как он? Да и откуда?… Это ведь великое искусство — властвовать не над телами (тела что? — тлен), а над душами людей! Делать их не под страхом пытки и смерти, а лишь по собственной своей прихоти, обожающими тебя смертницами! А? Каково? «Идущие на смерть приветствуют тебя!» Да, такое право дается только избранным. Так вот, он — избранный! А она — его покорная, прекрасная гладиаторша, ждет, когда ты направишь жестом римлянина в Колизее — отогнутым от кулака и устремленным вертикально вниз большим пальцем — на смерть! А для нее это будет сладкая смерть, желанная и всесильная…

Однако пора ее будить. Последний сеанс гипноза, последняя тренировка с поясом шахида и… в вечный путь. А свой последний стакан сока она выпьет, перед тем как выйти из машины. Чтобы у нее окончательно прояснилась в голове ее главная цель. И исчезли даже зачатки страха…

Он вспомнил, как хороша была в этом смысле Майя! И если б не случайно оказавшиеся рядом с ней профессионалы — этого никто не мог и в дурном сне предусмотреть! — то акция была бы действительно громкой. Ну ничего, сегодня промаха уже не будет… А эти, что без конца путаются у него под ногами, они свое получат, обязательно получат, и тоже сегодня! Наступило время великой мести!