Ревизор: возвращение в СССР 19 (СИ) - Винтеркей Серж

Приехал домой, а у нас коляска чужая посреди прихожей. Оказалось, это Жариковы в гости приехали всем семейством. Пётр выпросил у командования три дня за семьёй съездить, а сам их в выходные привёз, и теперь до четверга совершенно свободен. Сашка у них такой круглый стал.

— Ну ты брат и раздобрел, — взял я в руки племянника. — На кабачок стал похож.

Инна сразу забрала у меня ребёнка, что-то фыркнув. А Ирина Леонидовна принялась объяснять, что в четыре месяца дети ещё двигаются мало. Вот начнёт сидеть, ползать и сразу похудеет. Как будто я сам не знаю. Но пришлось кивать, словно только что постиг эту сложную истину.

Аришке пошёл третий год, егоза ещё, конечно, но по сравнению с братьями уже смышленый человек. Всё разглядывала моих мелких и показывала два пальчика, тыкая то в себя, то в парней: ей два годика и рядом два мальчика. Соображает.

Сообщил Жариковым, что выкупил эту квартиру у хозяев. Про однушку, даже, не стал пока ничего говорить. Инна и так таким взглядом Петра смерила, услышав, что тот аж вздрогнул, но, правда, вслух ничего не сказала. И что она от него ждет, чтобы он, едва в Москву попав, тут же и квартиру получил? Ну так он не генеральский сын, чтобы так произошло. Потерпеть придется, постоять в очереди. Главное, что офицера все равно не обидят, дадут жилье. Пусть в тридцать пять или тридцать семь, но дадут же. И сейчас же не на улице живут… Общежитие, да, но офицерское, не обычное. Там такая взаимовыручка, такие интересные люди попадаются… С теплотой вспомнил командира и его зама военной части, которым Славку подкинул в шоферы. Глушь какая, но умные, интеллигентные, в шахматы играют вовсю, и на очень приличном уровне, никакие тебе не солдафоны.

В последнюю категорию, разве что, мой Тимур сможет попасть. Вот уж кто ни одной книги не прочитал, и при виде на шахматную доску первым делом прикинет, как ей, не сломав, нокаутировать противника, а вовсе не шахматные комбинации начнет просчитывать…

Петр и Инна привезли ещё детских вещей, что Саньке уже малы, и подарили две пары одинаковых крохотных ботиночек на шнурках.

Галия, в свою очередь, порылась в наших запасах дефицита и собрала им полную коробку всякой всячины.

Сестра рассказывала, что видела в Святославле Тимура Полянского в форме курсанта. Вот же — только что о нем вспомнил, и тут же и новости о нем узнаю!

— Такой дядя взрослый стал, — рассказывала Инна. — Я его не сразу узнала. С девчонкой из вашего класса шёл. Славка твой мимо проезжал несколько раз. Один раз он с командиром был, не стал останавливаться, только побибикал. А второй раз мы с ним поболтали. Он с Эммой Либкинд дружит, ну, ты знаешь. Она с нашей мамой в соседнем отделе работает и на заочное поступила. Славка смеётся, что она, теперь, раньше него институт закончит.

— Как он, вообще, выглядит? — почувствовал я, что скучаю по друзьям.

— Тоже, такой взрослый стал, важный, — рассмеялась сестра и надула щёки, изображая Славку.

— Водитель командира части, — объяснил я, улыбаясь. — Это тебе не хухры-мухры.

— Даже не верится, — вдруг сказала Инна. — Я же помню, как вы все ещё в первый класс ходили.

А я не помню… Если бы не мои детские фотографии в бабушкином сундучке, то и не знал бы, как мы все выглядели тогда.

— А как там Иван Николаев? Не видела его случайно? — вспомнил я наши с ним приключения.

— Это же мой одноклассник, а не твой, — с подозрением посмотрела на меня сестра.

— Ну и что? — рассмеялся я. — Дружить нам, что ли, теперь нельзя?

— Можно, можно. Видела как-то… Что-то он не очень в настроении был разговаривать. Так, особо не делился ничем. Жену вот только, сказал, что с базы уволили…

— Да ладно! — удивился и расстроился я. — Веронику уволили? Где же она теперь?

— Вроде, в магазине работает продавцом.

— Ну да, ну да, она же торговый техникум окончила.

— Ты-то откуда знаешь? — удивилась сестра.

— Деда её, Аристарха, хорошо знаю. Мы с Галиёй Юльку мою Вабищевич за его племянника замуж выдали. Галия у них на свадьбе свидетельницей была.

— Удивляешь ты меня, — ошарашенно сказала сестра.

— Да, ты много пропустила, уехав из нашего городка — улыбнулся я.

Инна вспомнила, что забыла маме отзвониться, как доехали. Тут же заказали разговор, пока у неё рабочий день не закончился, и проболтали с мамой десять минут все по очереди, и Инна, и я, и Галия, и Аришка.

Короче, на волейбол я сегодня не попадаю. Пойду в пятницу.

Позвонил Эль Хажжам, трубку взял Фирдаус, сообщил ему, что в воскресенье привёз жену с детьми и пригласил навестить нас, как будет время. Фирдаус позвал Диану, она решила ехать прямо сейчас. Ну, кто бы сомневался.

— Что вам подарить? — прямо и по-деловому спросил зять.

— Памперсы, брат, — печально сказал я.

— Я понял, — рассмеялся он.

Ирина Леонидовна с Галиёй по очереди искупали малышей. Потом наша няня попрощалась, закончив на сегодня, и ушла. Галия и Инна остались вдвоём с четырьмя маленькими детьми, но чувствовали себя вполне уверенно. Сказал им, что б звали на помощь, если что.

Москва. Дом Ивлевых.

Альфредо ещё в метро заметил красивую соседку, с которой уже несколько раз пытался познакомиться. Шёл за ней до самого дома на небольшом расстоянии. Уже представлял себе, что скажет ей в этот раз, чтобы расположить к себе. К его удивлению, она пошла не во второй подъезд, где жили Альфредо и Мартин, а в третий. Альфредо моментально решил, что ему срочно нужно навестить своего друга, который, какая удача, тоже живёт в третьем подъезде.

— Добрый вечер, — улыбнулся своей самой обворожительной улыбкой Альфредо соседке, ожидавшей лифт на первом этаже. Но она лишь молча кивнула и ринулась на лестницу, испугавшись чего-то. Но чего?

— Куда вы? — удивленно воскликнул ей вслед Альфредо, но открылся лифт и ему не оставалось ничего другого, как поехать на третий этаж не солоно хлебавши.

Да что ж это такое? — думал Альфредо. — Я что, настолько ужасен для русских женщин? Такая красотка… как жаль, что никак не получается с ней познакомиться. Он уже все советы от Ивлева использовал — руками перестал размахивать, улыбаться начал гораздо спокойнее, не показывая все зубы — и ничего не помогает!

Москва. Дом Ивлевых.

Тяжело дыша, Лина остановилась на втором этаже, когда поняла, что незнакомый цыган сел в лифт и проехал уже выше. Она очень испугалась, когда он зашёл за ней в подъезд, он же рядом живёт, во втором подъезде, что ему в третьем делать? Лина решила, что он преследует её, и, если бы он сделал хотя бы один шаг вслед за ней, она подняла бы крик.

Но он вышел на третьем этаже. Лина тихонько поднялась на несколько ступеней и попыталась посмотреть, что он там делает. Он позвонил в одну из дверей и вскоре она услышала радостное приветствие соседа Ивана Пашки:

— Альфредо! Дружище! Заходи!

Ничего себе, — думала ошарашенная Лина, ожидая лифт на втором этаже. — Так он не за мной, что ли, в подъезд ворвался? И что это за имя такое Альфредо? Цыгане, конечно, люди необычные, но такое имя у них она все же не слышала, пока жила в колхозе… И почему Пашка, который недавно дрался с цыганами, так радостно приветствует одного из них?

Познакомил зашедшего в гости итальянца с Жариковыми. Представил ему Галию, он, оказывается, не видел её ещё. И правда — это мне кажется, что он черти сколько уже в СССР живет, а ведь все это время Галия в Паланге и Клайпеде провела.

Эль Хажжи приехали, как раз, к началу очередного хоккейного матча суперсерии. Привезли четыре упаковки памперсов, прямо, низкий поклон им отвесил. Наскоро представил Фирдаусу и Диане Альфредо. Женщины с детьми ушли от нас в спальню, не желая слышать наши вопли отчаяния, Эспозито на первых же минутах забил нам первую шайбу.

Во время первого перерыва Альфредо на полном серьёзе заявил, что хочет жениться на русской.