Рождественский поцелуй - Барбара Дэйли

Прежде всего, надо решить, как она повезет елочку. Прикидывая, с чего начать сборы, Мэллори наткнулась взглядом на книгу Эллен Трент. Припомнив Мэйбл с ее точными комментариями, вспомнив ту полноту жизни, которую она испытывала все последние дни, нарушая один за другим все материнские постулаты, Мэллори взяла двумя пальцами книгу и бросила ее в корзину для бумаг.

Не то чтобы она почувствовала себя хорошо после предпринятого демарша, но все-таки несравненно лучше. С другой стороны, зачем ей теперь что-то менять в своей жизни, если в ней больше никогда не будет Картера?

И что теперь делать с рубашкой в белую и голубую полоску, которую она импульсивно купила Картеру еще в первый день? Может быть, Мейкону она подойдет? Интересно, что он все-таки делает в Пенсильвании? Со вздохом она бросила рубашку в раскрытый чемодан.

Самое ужасное, что Картер был прав. Она действительно тщательно спланировала его соблазнение.

Единственное, чего он не знал, так это причины, побудившей ее к этому. Не знал того, что она любит его.

Предварительно выглянув в гостиную и убедившись, что Картера в ней нет, Мэллори поспешно покинула номер и направилась в ресторан, чтобы позавтракать. В ожидании заказанного кофе, она безучастно смотрела в окно. Отметив, что буря значительно ослабела, Мэллори решительно достала из сумочки свой мобильный и набрала номер Мэйбл.

— Я понимаю, что особого смысла в нашей встрече нет, — сказала она Ричарду, — но мне бы хотелось решить до отъезда все финансовые вопросы. Могу я прийти в обычное по уикендам время — в четыре?

— Прошу прощения, — ответил Ричард, — но она решила, что вы больше не придете, и продлила встречу с президентом, чтобы научить его управлению своими эмоциями и общению с людьми. Вас устроит в шесть?

— Да, конечно. — Теперь у нее времени хоть отбавляй. Итак, решено. Сначала она пройдется по магазинам, а в шесть — в последний раз встретится с Мэйбл.

Список вещей, которые она запланировала купить, был в ее карманном компьютере-органайзере.

Она решила дописать в него «коробку для елочных украшений», как вдруг увидела, что последними в списке стоят «презервативы».

Мэллори так энергично стирала эту запись, что пластмассовая палочка, которой обычно пишут на экране, сломалась, и одна ее половинка улетела на соседний столик прямо в чью-то тарелку с овсяной кашей.

Картер слышал звук работающего пылесоса и ускорил процесс одевания. Выглянув в гостиную и не увидев Мэллори, он почувствовал себя более уверенно.

— Я уже ухожу, — сказал он горничной, как раз выкатывающей пылесос из спальни Мэллори.

Сразу за дверью номера он наткнулся на корзину для бумаг, выставленную туда горничной. Кошмар, у Мэллори даже мусор аккуратный. В корзине на самом верху лежала какая-то книга. Наклонившись, Картер прочел имя автора. Эллен Трент. Какая-то родственница Мэллори?

Картер вытащил книгу из корзины. Дожил — уже ворует мусор. Развернув книгу, он прочел дарственную надпись: «Дорогая дочь…» Значит, Эллен Трент — мать Мэллори?

Прихватив книгу с собой, Картер вышел на заснеженную улицу и стал искать один из тех книжных магазинов, в которых есть специальные кафе, где за чашечкой кофе можно посидеть и почитать.

— Ричард?

— Да, мистер Уайт. Или теперь мне следует называть вас мистер Комптон?

— Называй как хочешь. Я просто хотел подтвердить свой приход в три часа, как было договорено.

— Ох, как неловко получилось! — воскликнул Ричард. — Мэйбл решила, что вы слишком рассержены на нее и больше не придете, поэтому продлила встречу с президентом…

— Президентом?

— Да не нашим! Но в любом случае она не сможет принять вас в три. Вот если в шесть?..

— Отлично. Я буду в шесть. И приготовьте мой счет, пожалуйста.

В книжное кафе он пришел к открытию и просидел там не один час. Он периодически заказывал кофе и сэндвич или булочку и едва не окосел от чтения по диагонали, поскольку, закончив найденную книгу, купил еще две книги Эллен Трент.

Сказать, что он был потрясен, — ничего не сказать. Почему-то больше всего его потрясла рекомендация проверять перед отъездом срок хранения на всех продуктах и лекарствах. Такое могло прийти в голову только психически больному человеку.

Его охватило чувство глубокой жалости к Мэллори, воспитанной больной матерью, которая попыталась сделать из нее автомат, а не живую и теплую женщину.

И все-таки Мэллори была живой и теплой. То, какой она была с ним, — триумфальное попрание всех принципов, с детства вдалбливаемых ей матерью. Они ели в постели, мусорили в комнате, она не смывала на ночь макияж, не расчесывала волосы сто раз и не стирала свое белье каждый вечер. Он просто не давал ей на это времени.

Интересно, ее решение соблазнить его — просто бунт против многолетнего «промывания мозгов», а он просто оказался под рукой, или она испытывает к нему какие-то чувства?

Именно это он хотел обсудить с Мэйбл.

До шести еще оставалось немного времени, и Картер решил прогуляться. Дойдя до универмага «Блумингдейлз», он вспомнил платье, которое он видел в тот раз, когда они ходили покупать носки, и ускорил шаг.

К шести часам вечера темнота на улице стала бы почти непроглядной, если бы не свет фонарей и ярких рождественских витрин.

Мэллори уже протянула руку к новому молотку у двери Мэйбл, когда услышала шаги и увидела приближающегося Картера. Заметив ее, он резко развернулся и стал быстро удаляться по тротуару на восток, Мэллори же бросилась бежать на запад. Добежав до угла, она попала в цепкие объятия Мэйбл, а оглянувшись, увидела, как Ричард конвоирует Картера к входной двери.

— Вы, двое, — повелительно произнесла Мэйбл, сейчас сядете и поговорите, хотите вы этого или нет. Кевин! — позвала она. — Блокируй дверь и не давай им уйти!

Мэллори позволила препроводить себя в офис Мэйбл, сзади вели упиравшегося Картера. У нового, предельно простого и консервативного стола стояли два стула, на которые их и усадили. Мэйбл уселась напротив, Ричард и Кевин встали по бокам, как телохранители: руки за спиной, ритмичный перекат с носка на пятку, взгляд поверх голов.

Это было бы смешно, если бы не так драматично.

— Что вы здесь делаете, Кевин? — первым нарушил молчание Картер.

— Я здесь, потому что чувствую себя виноватым, поскольку это я невольно заварил всю эту кашу. — Он бросил печальный взгляд на Мэллори. — Вместо традиционного «Хо-хо-хо!» я дал ей визитку Мэйбл.

— Во всем виновата я и мой неуемный характер, перебила его Мэйбл. — Это я заставила Мэллори купить все те сексуальные штучки, надеясь, что они помогут ей вытащить наружу ту женщину, которая спрятана глубоко внутри нее. Я послала ей елку, надеясь согреть немного…