Сфера. Мир Обреченных - Антон Аэрс

— Это не такой сложный вопрос. — Даригаш как бы невзначай положил ладонь правой руки на нагретый солнцем камень пещерного свода, насыщаясь энергией перед предстоящим боем. — Пока я занимался делами Сферы, ты воровски постигал устройство Узла. Не возьму только в толк, почему же тогда ты не упросил Ткача доверить тебе его власть. Поверь, я не стал бы тебе в этом препятствовать.

— Эх, Даригаш, Даригаш… — с сочувственным укором вздохнул Кипт. — Твоя беда, что ты слишком прямолинеен. Для того чтобы сокрушить всех врагов и встать над миром, нужна особая тонкость. Ткач никогда не доверил бы Узел тому, кто слишком активно его добивается лично для себя. Поэтому до поры мне пришлось притвориться бессребреником. Но теперь я умею управляться с Узлом лучше тебя. Поэтому советую по старой дружбе: уступи мне свое место без боя, и тогда я, возможно, пощажу тебя.

13

Вначале трактирщик всячески отрицал свою вину.

— Тот, кто подозревает в злом умысле верного друга, останется один на один со своими врагами! — высоковатым для мужчины голоском кричал оскорбленный до глубины души Лоберис. В это время Кузнецов и Хинто вязали трактирщику руки его же позолоченным поясом. Денис никак не ожидал, что от крайнего волнения бывший мытарь начнет голосить петухом. Это открытие его немного смутило. А тем временем Лоберис продолжал обличать вероломство и черную неблагодарность своих пленителей: — Ах, если бы малышка Такима только знала, с какими черными душами она связалась! А я-то, старая пивная бочка, вместо того, чтобы бежать без оглядки, связался с меченым жульем.

Имелся в виду шрам на лбу Хинто от сведенного воровского клейма. Но в преступном мире ни одно высказывание в чей-то адрес не остается без последствий. Лоберис или не знал этого, либо слишком поддался собственным эмоциям. Теперь он мог дорого заплатить за свою оплошность. Вор резко повернулся всем корпусом к пленнику и медленно произнес только одно слово:

— Ладно!

После этого он стал раскалять на костре лезвие своего ножа. В ответ на вопрос Дениса, что он собирается делать, Хинто спокойно ответил, что вначале пометит лоб трактирщика, чтобы тот перестал опасаться клейменую братию, а потом прижжет ему пятки.

— И буду продолжать до тех пор, пока твой старый знакомец не решит быть с нами откровенным.

— Н-нет… Ты не станешь этого делать! — ужаснулся и возмутился Кузнецов. — Слышишь, я запрещаю тебе! Я не варвар и не собираюсь получать нужные сведения таким образом.

— А почему бы и не поджарить его немножко? — пожала плечами Крэйя. — Другого способа проверить правдивость чьих-то слов лично я не знаю.

— В Главном мире так не поступают, — нашелся Денис, чем сразу снял все дальнейшие вопросы.

Хинто молча вытащил раскаленный до красноты клинок из огня и зашвырнул его далеко в траву. Свою досаду он выразил в презрительном плевке прямо под ноги Денису. Но тут его взгляд случайно упал на приготовленную Лоберисом еду, к которой пока еще никто не успел притронуться.

— Тогда дай твоему знакомому промочить пересохшую от страха глотку из принесенного им кувшина с вином, — предложил вор Кузнецову, скользнув по связанному трактирщику цепким оценивающим взглядом.

И вот тут Лоберис перепугался по-настоящему. Когда Денис поднес емкость с хмельным напитком к его губам, трактирщик отпрянул всем телом.

— Умоляю, не губите! Клянусь вам, я не хотел. Меня вынудили! Они подсыпали туда яд!!!

Хинто торжествовал. Уперев руки в бока и широко расставив ноги, он со спокойным злорадством наблюдал за извивающимся на земле, насмерть перепуганным торгашом. Теперь уже никто не мог запретить скорый суд над предателем. Тонкая, остро заточенная полоска стали в бок чуть пониже ребер — обычный исход подобных историй.

Красивая головка Крэйи была задумчиво склонена чуть набок, что тоже не предвещало виноторговцу ничего хорошего.

Денис вдруг вспомнил, как Такима однажды упомянула, что Лоберис оказал какие-то неоценимые услуги гильдии инквизиторов и числится у них на особом счету. Именно в замке инквизиторов он и познакомился с маленькой девочкой — будущим магом. Что ж, разрозненные кусочки мозаики как будто складывались во вполне очевидную картину: штатный доносчик взялся за привычную работу, и только случайность помешала ему хорошо заработать. Оставалось только выяснить истинную судьбу Такимы.

По словам Лобериса, он действительно не собирался сдавать девушку агентам Трибунала Святой инквизиции. Это вышло совершенно случайно. На обратном пути на узкой улочке Такима наткнулась на патруль. До входа в секретный туннель, ведущий за крепостные стены, было рукой подать. Лазутчица быстро юркнула в открытую дверь трактира, рассчитывая переждать там, пока солдаты пройдут мимо. И тут по несчастливому стечению обстоятельств она попалась на глаза своему старому знакомому.

Лоберис не знал, что Такима объявлена членами родной гильдии вне закона. Поэтому он во весь голос радостно приветствовал ее и, кстати, был очень удивлен и расстроен, когда на девочку набросилось сразу несколько крепких мужиков и заковало бедняжку в цепи.

А дальше для мирного коммерсанта начался настоящий кошмар. Вскоре выяснилось, что находящийся вне замка сообщник арестованной изменницы лично знаком с трактирщиком. Когда следователь Трибунала услышал эту новость от случайно проговорившегося Лобериса, он был готов расцеловать важного свидетеля.

— Ты немедленно отправишься к остальным участникам шайки и заманишь их сюда, — тут же стал отечески наставлять трактирщика пожилой инквизитор. — Для верности возьми свое лучшее вино, в котором мы разведем особое зелье. Пришло время отблагодарить нас за то, что мы позволяем тебе с выгодой торговать и богатеть на нашей земле.

Инструкции были щедро подкреплены серебром. Но помимо дарованной награды с Лобериса взяли гарантию его возвращения в виде особого документа, скрепленного кровью.

Дело в том, что уже несколько дней, как на главной площади замка перед собором стояла карета, сделанная из черного дерева. Это была очень странная карета. В ней не было ни одного окна. Только щели-бойницы. Запряжен зловещий экипаж был восьмеркой высоких мускулистых жеребцов черной масти. Никто из обитателей Сферы никогда не видел седока черного экипажа. Даже вожжи конной упряжи уходили в особую щель, откуда невидимый глазу кучер управлял движением четырехколесного форта.

Доподлинно о пассажире зловещей кареты было известно только то, что он скупает души живых и мертвых людей, а также торгует святыми реликвиями. Заранее никогда не было известно, где появится черный экипаж. Но если он вдруг возникал перед поднятым мостом какого-нибудь замка или городскими воротами, никто не смел чинить ему препятствия. Торговца душами в Сфере боялись не меньше, чем некромантов и ассасинов.