Поколение А - Дуглас Коупленд

Зак окончательно распсиховался:

– Где бухло?! Черт возьми, мне надо выпить!

В магазинчик вошел индеец хайда. Зак тут же набросился на него:

– Привет. Меня зовут Зак. Я из этих… ужаленных пчелами. Тут где-нибудь можно достать бухло? То есть нормальное бухло. Ну, ты понимаешь.

Индеец был очень высоким. И у него был поразительный нос. Я в жизни не видел такого широкого плоского носа!

– Бухло – не проблема.

– Ну, слава богу! И где?

– Здесь. Сегодня. Но позже.

– А что за бухло? – деловито осведомился Зак.

– Ежевичное вино.

– Считай, что оно уже продано. Кстати, я видел у вас баскетбольную площадку. Там, за холмом. Может, сыграем? Не хочешь?

– Да, можно.

И мы пошли на площадку, уселись на полуразвалившихся трибунах и принялись наблюдать за тем, как Зак и его новые друзья из местных играют в баскетбол. Я жутко замерз. Сэм сказала, что ей тоже надо размяться, и отправилась бегать. Жюльен улегся с ногами на деревянную скамью и накрыл голову курткой. Диана общалась с местными женщинами и осматривала их зубы, чтобы понять, кто из них срочно нуждается в гигиенических процедурах полости рта. А те, в свою очередь, живо интересовались, какие у нас отношения в нашей группе и кто с кем спит. Ответы их явно разочаровали. Будь у нас голливудский фильм, Сэм и Зак были бы главными кандидатами на гламурную влюбленную пару. Но в реальности все было гораздо скучнее.

Сквозь разрыв в пелене облаков проклюнулось солнышко, и все как-то разом примолкли и блаженно зажмурились.

А потом одна из местных спросила, повторив за Дианой ее выражение от Туретта:

– Ну и где наши блядские пчелы? Может быть, где-то поблизости.

А потом как-то вдруг набежали тучи, и хлынул дождь. Мы побежали домой и по дороге промокли до нитки. Поднялась настоящая буря. Электричество отрубилось, и мы зажгли свечи. Потом мы сидели перед горящим камином на большом плетеном ковре, а на закате ветер стих, небо расчистилось, и мы еще «захватили» немного солнечного света, от которого небо на западе окрасилось в цвет светлого пива. У меня было чувство, что мы перенеслись в прошлое. Но это было не дежавю В тишине Серж сказал:

– Мы собрались на этом острове не просто так, а ради дела.

Я спросил:

– Что за дело?

– Не совсем обычное дело.

– Необычное?

– Мы с вами будем работать в группе. Ваша задача – придумывать истории и рассказывать их друг другу.

– Что?

– Да, все очень просто.

– Что за бред! – высказался Жюльен. Мы все долго молчали, пытаясь осмыслить услышанное.

– А какие истории? – спросила Сэм.

– Любые, какие хотите. Сказки. Притчи. Детективы. Ужа-

– А зачем? – просил Жюльен.

– Потом узнаете. А пока просто доверьтесь мне, – ответил Серж. Диана:

– А длинные истории или короткие? Серж:

– Как получится. Тут все зависит от вашего желания. Сэм:

– Их надо записывать? А сколько слов, минимум? У меня ощущение, что я снова в школе, и нам задают сочинение.

Серж:

– Это не школа и не сочинение. Их не надо записывать. То есть если хотите, то можете их записать для себя. Но это необязательно.

Зак:

– У меня дефицитарное расстройство внимания. Серж:

– Но ты вполне творческий человек. И сумеешь придумать историю.

Я спросил:

– Но зачем нам придумывать истории?

– Для чистоты эксперимента вам не нужно этого знать, – сказал Серж. – Это действительно важно, и в свое время вы все поймете. А пока что ваша задача – придумывать самые разные истории. И опять же, вы все провели целый месяц на карантине, без связи с внешним миром. Без книг, телевизора и Интернета. Даже без бирок на постельном белье. По-моему, придумывать истории – это все-таки поинтереснее, нет?

Диана спросила, есть ли связь между этим экспериментом и тем, что, пока мы все были на карантине, нам не разрешали читать и смотреть телевизор. И Серж ответил:

– Да, есть.

Жюльен спросил, будут ли наши истории как-то оцениваться, и Серж ответил:

– Узнаю Шона Пенна, лентяя-студента. Мне от вас нужно только одно: чтобы вы сочиняли истории. Свои собственные истории. Из головы.

Это так странно, когда тебя просят рассказать историю. Смог бы я сам так вот с ходу придумать связную историю? Наверное, нет.

Зак спросил:

– А можно я расскажу историю, как мы с командой японских авиамехаников отвисали в Су-Сити на пивном фестивале?

Серж сказал:

– Мне не нужны случаи из жизни, Зак. Мне нужны выдуманные истории. Которые вы придумали сами. Истории, у которых нет иного предназначения, кроме как быть историями.

Сэм спросила:

– И долго мы будем этим заниматься?

Серж ответил:

– Может, неделю. А может быть, год. И вполне может быть, что все будет напрасно.

После этого мы все замолчали, пытаясь придумать хоть что-то, что можно было бы рассказать – подключить ту часть мозга или ту часть себя, которая отвечает за этот вид деятельности. Так прошел не один час. В комнате, освещенной свечами.

Наконец Зак объявил:

– Кажется, я придумал.

– И как она называется, твоя история? – спросила Диана с явной завистью в голосе.

– Она называется… «Супермен и мартини с криптонитом».

Супермен и мартини с криптонитом

Зак Ламмле

В тот ясный погожий денек Супермен загорал на пляже и изгваздал все ноги в мазуте. Он вернулся к машине, взял с заднего сиденья свою кларко-кентовскую рубашку, потом открыл топливный бак, обмакнул в бензин самый кончик подола рубашки и принялся оттирать ноги. Как раз за этим занятием его и застал полицейский патруль из особого отдела углеродного контроля. Супергерою вкатили штраф на 200 долларов за легкомысленный расход бензина и еще на 150 долларов – за порчу рубашки, состоящей на тридцать процентов из синтетического волокна. Вокруг собралась небольшая толпа отдыхающих, которые принялись насмехаться над Суперменом.

– Смотрите, какой я весь из себя Супермен. Я умею запрыгивать на небоскребы и поворачивать время вспять, но нет… вместо этого я зря расходую ценный бензин и порчу добротную одежду.

– Ага, – подхватил кто-то еще из насмешников. – Я только-только собрался бороться с преступностью, как вдруг – ой-ой-ой!- мои ножки испачкались. Как же так?! Как видно, мне тоже придется барахтаться по уши в дерьме, как и всем остальным в этом мире.

– Да что с вами, люди? – спросил Супермен. Он бросил рубашку на заднее сиденье, сел в машину и резко выехал со стоянки задним ходом, чуть не задев кого-то из пляжных красавчиков. – И вот ради таких мудаков я бросил родную планету и примчался сюда, чтобы бороться с преступностью! – крикнул он, опустив окно.

Кто-то запустил ему вслед пластмассовую «летающую тарелку». Тарелка отскочила от крыши машины и упала в канаву.

Супермен включил радио. Там шли дебаты о закоренелой коррупции среди руководства ЮНЕСКО. Проезжая мимо какого-то бара, наш супергерой обратил внимание на необычно длинное название заведения: «ВКУСНЕЙШИЕ КОКТЕЙЛИ ДЛЯ ТЕХ, КОГО ВСЕ ЗАДРАЛО».

– А ведь верно, задрало, – сказал Супермен вслух. – Мне надо выпить.

Он развернулся через две сплошные полосы и зарулил на стоянку перед баром.

Бармен – вылитый мастер Йода и с точно такой же манерой речи – сказал:

– А, Супермен. Отличный для вас есть коктейль у меня. Супермен пробурчал:

– Ну, давай свой коктейль.

В баре было прохладно. Супермен поправил криво сидевший плащ и огляделся по сторонам. Народу практически не было, лишь в самом дальнем углу тусовались какие-то тихие пьяные личности. Музыкальный автомат играл композицию «The Logical Song» группы «Supertramp», в связи с чем на супергероя нахлынули воспоминания. Когда Йода принес коктейль, Супермен мечтательно проговорил:

– Эта песня звучала в моем самом первом цветном кинофильме.

– Это с Кристофером Ривом который?

– Да, который с Кристофером Ривом.

– С Ривом знакомы вы, да?

– Да нет. Виделись один раз, на банкете после вручения «Золотого глобуса». Мы оба были в изрядном подпитии. Я почти ничего не помню.

– Коктейль ваш вот, мистер Крестоносец в плаще.

– Да какой там крестоносец… Я уже и забыл, как это было. Теперь я только и делаю, что изо всех сил стараюсь сдержаться, чтобы не разнести в клочья эту планету. Но все равно спасибо.

Супермен взял бокал с ледяным мартини. Мелкие капельки влаги стекали по запотевшему стеклу. Супермен отпил глоток – А-А-А-А – как будто он проглотил жидкий огонь.

– Ты что мне подсунул, паскуда?!

Йода, который был всяко мудрее Супермена, сказал:

– Когда васаби попробовали в первый раз, вы помните как?

– Помню. В Осаке. Когда помогал Сейлор Мун запустить новую линию парфюмерии.

– И в первый раз разве не обжигало оно? В ноздрях пожар разгорелся как будто?