Видеть сердцем (СИ) - Ульянова Таня

Развернулся к врачу с улыбкой до ушей. Преодолел расстояние между нами за несколько шагов, ни обо что не споткнулся, не задел эту опостылевшую кровать. Я пожал ему руку и искренне поблагодарил.

— Спасибо!

— А ты не верил. — рассмеялся врач. — Отдыхай. Завтра после обеда сможешь поехать домой. — это стало еще одной отличной новостью на сегодня.

Я точно знаю, куда я завтра поеду!

Глава 30. Арс

Уснуть так и не вышло. У меня вообще ощущение, что до сегодняшнего дня я всю жизнь проспал. Встал с кровати и стал рассматривать все, что попадается на глаза. Изучив каждую трещинку в стене, каждую паутинку я все не могу унять бешено колотящееся сердце. Как же хорошо просто видеть!!! А еще мысли о ней не дают мне покоя. Удивительно, но за это время я почти не думал о жене, теперь уже бывшей. В моей голове появилась другая — Дашка. Моя маленькая упрямая девочка, которая больше не будет за мной бегать. Теперь это придется делать мне. Умолять о прощении.

Рассвет я встретил у окна. Устроился на подоконнике и наблюдал, как из-за домов поднимается солнце, как просыпается большой город, снова дышит, двигается. И я теперь дышу вместе с ним. Входящий звонок разрушил идиллию, когда взглянул на экран — охренел!

— Что тебе нужно? — постарался не выдать своего удивления.

— Арс, нам нужно поговорить. — произнесла бывшая жена. — Только не клади трубку, пожалуйста. Я сделала ошибку, Арс. Ведь все ошибаются. Я прошу тебя, дай мне шанс. Просто объяснить. Уже потом примешь решение.

— Лиза. — прочистил охрипшее горло. — Мы в разводе. Нам не о чем говорить!

— Арс! — закричала она. — Я прошу тебя… — всхлипнула. — У меня ничего не осталось. Только ты и сын. Пожалуйста. Мы просто поговорим. Прошу…

— Я подумаю. — передернул плечами, представляя себе нашу встречу в красках.

— Арс…

— Я СКАЗАЛ! ПОДУМАЮ! — сбросил вызов.

Сука! Ударил кулаком в стену! Снова и снова, пока не прибежала медсестра и кто-то не оттащил меня от чертовой стены с красными следами. Разбивая в кровь костяшки, я даже не почувствовал боли, настолько сильной она была внутри. Сука! Как она смеет!!!

— Арсений, ты чего творишь?! — мужской голос медленно возвращает меня в реальность. Тяжело дыша, дернулся, скидывая с себя его руки. Развернулся и увидел обеспокоенные глаза своего лечащего врача. Он взял мою руку, чтобы осмотреть повреждения.

— Не надо. Пройдет.

— Что это было, я тебя спрашиваю?!

— Бывшая жена. — тяжело опустился на кровать.

— Понятно. А раны все же надо обработать. Я пришлю медсестру.

— Как скажете. — мне и правда сейчас плевать. Я почти не чувствую боли.

В обед меня забрал Стас. Мы щедро отблагодарили медицинский персонал. Я еще раз извинился за утреннюю выходку, и мы покинули больничные стены.

— Домой? — спросил друг.

— Да. — отвернулся к окну, погружаясь в свои мысли. Моя жена никогда ничего не делает просто так. Похоже, я рано обрадовался.

После переезда, работы в доме ускорились. Когда я вошел в просторный холл первого этажа, приятно удивился. За время, что я не видел, тут все сильно преобразилось. Теперь я могу привезти сюда Тимура. На сколько мне известно, Лиза так и не переехала в нашу квартиру. Плевать. Меня это больше не касается. При мыслях о ней, снова захотелось что-нибудь разнести, но Стас вытащил из внутреннего кармана куртки бутылку Виски и довольно улыбнулся.

— Серый уже в пути. Он везет Генри — сообщил он. — Знаю, что ты не пьешь больше, но сегодня можно. — согласно кивнул. Поездка к Даше переносится на завтра. Куда я поеду в таком состоянии? Злой, как собака…

***

Как школьник, мнусь в цветочном не представляя, что выбрать. Молоденькая продавщица терпеливо ждет, пока я, наконец, определюсь. Мысль о том, что букет сейчас неуместен и может прилететь мне в морду за то, что я сделал, появилась и тут же погасла. Заслужил. Остановился на красивых розах в бумажной упаковке. Даша не из тех, кого можно купить подарками. Это просто знак внимания.

Покурил у подъезда, еще раз прокручивая в голове предстоящий разговор и вошел в слабо освещенный подъезд. Пешком поднялся на нужный этаж, замешкавшись всего на пару секунд нажал на дверной звонок. Тишина… Мне кажется, прошла вечность, пока я услышал шаги. Щелкнул дверной замок, мое сердце унеслось вскачь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Арс? — удивленный голос и моментально расширившиеся зрачки.

Я увидел ее и вспомнил тот день. Ее хрупкое податливое тело в своих руках, ее губы… Разрывающую на части боль, когда она ушла. К черту цветы! Они упали на грязный пол. Я шагнул ей на встречу, не говоря ни слова. Обхватил за талию, прижал к себе. Запустил одну руку в длинные густые волосы, поднял голову. На миг задержавшись на красивых перепуганных глазах впился жадным поцелуем в мягкие губы. Она замерла в моих руках, но отступать снова я не намерен. Осторожно надавил языком, она позволила. Отвоевывая ее заново, по миллиметру я ласкаю ее рот. Ловлю острый язычок, который сейчас бы обязательно наговорил мне гадостей, но я не даю. Я втягиваю его в рот, обвожу своим языком, возвращаюсь к губам, обвожу их контур, снова вторгаюсь внутрь. Она обнимает меня за шею и всхлипывает. Но я не дам ей плакать. Подхватываю на руки и несу в первую попавшуюся комнату, мысленно надеясь, что это не спальня ее отца. Осторожно, как самую хрупкую на свете вещь, уложил на кровать. Она хочет что-то сказать, но я снова ее целую, глубоко, жадно.

Потом. Мы обязательно поговорим потом.

Откидываю в сторону ее волосы, что закрывают мне обзор на красивую тонкую шею. Нежными влажными поцелуями продвигаюсь от мочки уха вниз, к ключице, еще ниже… Тяну майку обнажая красивую грудь, не прикрытую больше ничем, кроме этого, мешающегося куска ткани. Жадно втягиваю в рот торчащий розовый сосок, чуть прихватываю зубами. Она охает и прижимается ко мне плотнее, ощущая стояк в моих штанах.

Быстро избавляю нас от одежды, в ее глазах больше нет страха. Она молчит. Я тоже пока не готов говорить, я лучше покажу, что я чувствую, как я скучал все это время. Покрываю поцелуями ее тело, разгоняя кровь. Поднялся выше, поймал губами скатывающуюся слезу.

— Не плачь, девочка моя. Теперь все будет иначе. — все же шепчу ей, ловя еще одну крупную слезинку.

Аккуратно надавливаю коленом, раздвигая стройные ноги шире. Помогая рукой, контролируя каждое движение, осторожно погружаюсь в горячее лоно ловя ее стон поцелуем. Медленными, выверенными движениями, чтобы не сделать больно, начинаю плавно двигаться, даря ей максимум нежности. Ее соски трутся о мою грудь раззадоривая, возбуждая так, что хочется ускорить темп, но я торможу. Все для нее. Я сейчас весь для нее.

— Арс… — выдыхает со стоном мое имя.

— Потом, девочка моя. Не сейчас.

Покрываю поцелуями ее лицо, губы, шею, все же разгоняясь. Она стонет чуть громче и вжимается в меня, показывая, что хочет, что нравится. Остается немного, но я снова торможу себя. Опускаю руку вниз, касаюсь гладкой нежной кожи, чуть раскрывая влажные губы. Касаюсь клитора, она выгибается. Скольжу пальцами ловя губами каждый выдох, каждый стон. Делаю толчок бедрами, еще один и она взрывается ярким, невероятно чувственным оргазмом, обнимая мой член своими мышцами, пульсируя в моих руках, сводит меня с ума.

— Я люблю тебя… — признаюсь нам обоим и осторожно двигаясь выскальзываю и кончаю ей на живот. — Люблю, слышишь? Прости меня. — голос хриплый, во рту пересохло, но все это сейчас не важно. Важно только то, что она смотрит на меня и в ее упрямых глазах больше нет страха. Дарю своей девочке невесомый поцелуй и снова шепчу. — Прости, я идиот. Она улыбается. В этой улыбке столько тепла, что мое сердце тает.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Я беременна. — вдруг произносит она. Я не сразу понял, что она сказала, но когда дошло, внутри все взорвалось миллиардами разноцветных искорок. Удивление, восторг, страх. Это только часть эмоций, которые накрыли меня в эту секунду. — Ты снова станешь папой. — повторяет она, убеждая, что я не ослышался.