Властители магии - Алекс Морган

— Таня?

Она не ответила. Взглянула на нас остекленевшими глазами и залпом допила остатки коньяка. Ого! Похоже, действительно что-то случилось. С Крисом поругалась? Да ну! Он же с нее пылинки сдувает!

— Мать честнáя! — ошеломлённо выдохнул Жорик. — Ты пьяна? Ну-ка, пойдем, дорогая… — он взял её за руку, но Тэш отдернула свою руку и всхлипнула.

— Оставьте меня… не хочу жить…

Мы ошеломленно переглянулись и я подхватил девушку на руки. Она слабо затрепыхалась, а потом вцепилась в мою футболку и начала горько плакать.

— Жора… я позвоню. Отвезу ее домой. Такси вызовешь?

— Поставь меня… — она пыталась сопротивляться, давясь рыданиями. — Мне так больно!..

Я вышел с ней на руках из клуба в сопровождении Жорика.

— Татьяна Алексеевна! — мужчина в сердцах стукнул кулаком по капоту Лексуса, припаркованного у клуба. Швырнул мобильник в карман.

— Ты знаешь её? — удивился я.

— Я ее водитель! Вез домой, она попросила зайти в клуб, а меня не пустила охрана, когда она не вернулась. — открыл заднюю дверь.

— Я еду с вами, — безапелляционно заявил я, располагаясь вместе с Тэш на заднем сидении.

— Дима, позвони мне, пожалуйста, потом. Никогда не видел ее в таком состоянии.

— Конечно, Жора. Спасибо!

По дороге Пегас набрал номер Кармен и рассказал что случилось.

Кармен

Я выбежала за ворота и, подпрыгивая от нетерпения, стала вглядываться в даль. Лексус домчался довольно-таки быстро. Из недр машины сначала выбрался Пегас, потом распахнулась задняя дверца, и появился Дима. Он подхватил Тэш, уже успевшую задремать, на руки.

— Привет, Кармен. Сейчас буду тебя допрашивать, — хмуро предупредил он и быстрым шагом направился в дом.

— Алексей Савельевич просил позвонить отчитаться… Что ему теперь сказать? Он же меня убьёт… Я не хотел… я же не знал… — начал оправдываться Пегас.

— Куда вы заезжали? — поинтересовалась я.

— В клуб какой-то…

— В клуб? Это она там так накачалась? — я в недоумении обернулась на дом и снова посмотрела на Пегаса. — Ты не волнуйся, Коль, я сама сейчас позвоню Алексею Савельевичу и всё ему доложу. Лишнего не скажу. Зайдешь?

— Я лучше поеду. Улыбка сердиться будет… Вы ему правда позвоните? — с надеждой посмотрел на меня он.

— Да. Прямо сейчас и позвоню.

— До свидания.

— Пока.

Отзвонившись шефу моей подруги, я направилась в гостиную, но столкнулась на пороге с хмурым одноклассником. Он отнес Тэш в гостиную и уложил там на диван. Мне не хотелось сейчас ни с кем разговаривать, хотя, наверное, выговориться стоило. И да, хорошо, что Дима здесь! Я уже, кажется, выплакала все слезы и теперь, глядя в каком состоянии подруга, реальность вновь накрыла меня, сдавливая болью грудную клетку.

— Пойдём на кухню, расскажешь мне всё…

По хозяйски налив мне стакан воды, Дима усадил меня за стол и сел рядом.

— Выглядишь паршиво. Вижу — тоже ревела.

Я кивнула, чувствуя как к горлу снова подступает ком. Выпила воды и закусила губу, чтобы снова не расплакаться. Надо держаться. Надо как-то собраться и не раскисать. Слезами горю не поможешь, но как де больно!

— Что у вас случилось? Я нашел Таню на складе клуба. Она за час осушила семьсот грамм коньяка. Ничем не запивая, без закуски, хотя рядом мы нашли коробку сока. Сидела в углу, на полу… Я никогда не видел ее такой… Она сказала, что… — он сглотнул, взъерошил свои волосы и нахмурился, — …не хочет жить… Где Крис вообще?

— Дима… — я не удержалась и по щекам потекли слезы. Вздрогнула всем телом, давясь рыданиями. — Крис погиб в аварии сегодня… утром… Его не спасли…

— Что?… — прошептал он и обнял меня. — Скажи мне, что это не правда…

— А по Тэш видно, что это не правда? — судорожно всхлипнула я, уткнувшись носом в его плечо.

— Бог мой!.. Они же только снова обрели друг друга… она была так счастлива… — пробормотал он, поглаживая меня по спине.

— Дим…не уезжай, пожалуйста…я с ума сойду… Мне больно! Мне так больно! Я не верю, что его больше нет…

— Я знаю, что он значил для тебя. Катюнь, ты только держись, не раскисай. Родители Криса знают?

— Они погибли в той же аварии…

— Ох! Блин, я не знаю что говорят в таких случаях… Катюнь, я помогу всем, чем смогу. И побуду с тобой. Мы справимся. Хочешь, Шурика или Макса позову?

— Не нужно. Я не в силах сейчас со всеми делиться горем… Спасибо, что ты здесь… Спасибо, что нашел Тэш. Я боялась…что она вообще руки на себя наложит. Обрадовалась, что на работу уехала, а оно вот как…

— Каааать… Тебе не кажется, что сильно пахнет сигаретным дымом?.. — внезапно произнёс Дима, пиинюхиваясь.

Я подняла голову и вдохнула воздух.

— Да… Твою ж маковку! — я схватила его за руку и направилась в гостиную.

Тэш стояла у окна, спиной к нам. Окна закрыты. Сигарета тлела в её руке, пуская струйку дыма в воздух. Моя подруга облокотилась одной рукой на стену и не шевелилась. Голова опущена. В пепельнице уже несколько окурков.

Дима, пока я ошеломлённо стояла на пороге, подошел к ней и забрал из холодных пальцев сигарету. Она обернулась и посмотрела на него пустым взглядом. Трезво. Словно не пила вообще.

— Танюша… это всё — не выход.

— А что — выход? — она медленно опустилась на пол и обхватила голову руками. — Крис — мой воздух… Как мне жить без него? — Тэш замотала головой и я поняла, что она реально абсолютно трезвая. Алкоголь непостижимым образом выветрился. — Мы собирались пожениться… Он любил меня! Не хочу без него жить! — голос срывался на крик.

— Тэш, так нельзя! Крис не хотел бы видеть тебя такой. — Дима опустился рядом и встряхнул её за плечи. — Ты должна жить!..

— Зачем? Ради кого, Дима? — она посмотрела на него абсолютно безразличными ко всему глазами.

— Прекрати! — рявкнул он и с силой тряхнул, пытаясь тем самым привести в чувства. — Крис погиб, но ты — жива!

Тэш всхлипнула, даже не шелохнувшись.

— Я не могу, я не хочу так жить… Я больше не могу… Я не могу дышать без него… Он сказал утром, что вернется… Он обещал вернуться… Я должна была быть вместе с ним!.. Мы просто ушли бы оба! И мне не было бы так больно! — по её щекам покатились крупные слезинки и нервная дрожь пронзила тело.

— На, вот, выпей и ложись, отдохни… — я заставила её опустошить стакан воды и мы не сговариваясь обняли её.

* * *

Часы пробили полночь. Тихий, равномерный больничный шум нарушил безумный крик одной из дежурных санитарок — девчонка, которой