На волнах любви - Люси Мими

Увидев мое озадаченное лицо, он продолжает:

– Расслабься, я не крал его. Сестра дала.

Вздыхаю и полощу рот. Дверь открывается. Джойс проснулась. Не могу представить выражение ее лица, когда она увидит нас в ванной, к тому же ее брат едва одет. Интересно, вчера она его застала? Скорее всего, нет.

– Привет, сестренка.

Неловко машу рукой. Джойс, кажется, ничуть не удивлена, не то что я. Просто я живу в другом мире.

– Извини, что разбудила. Тут такая неожиданная встреча.

– Все норм. Мне нужно кое-куда заскочить перед парами. Должна была предупредить, что эта дурочка время от времени забегает к нам попудрить носик.

Мы с Джойс смеемся, но он, похоже, не слышит. Хайден пытает уложить волосы так, чтобы они лежали на одну сторону. В контрасте с бритыми висками выглядит красиво. Его волосы будто шелковые. Не могу оторвать от них взгляда. К счастью, Хайден этого не замечает, он слишком занят. Ловлю себя на мысли, что все это зашло слишком далеко. С каждым днем я все больше привязываюсь к этому парню. Это неправильно…

– Закончили пялиться? Упс, как неловко! – восклицает он.

Джойс смеется. А я чувствую себя идиоткой, потому что и правда пялилась.

– Ты такой милашка в этой розовой ванной, – говорит Джойс, похлопывая его по плечу.

Я хихикаю, это было в точку.

– Иди отсюда! Дай мне одеться, иначе опоздаю на пару по английскому.

– Вставать надо раньше! Мы тоже хотели бы принять душ перед парами.

«Мы» она подчеркивает.

– Да я бы с радостью, но полночи не мог добраться до своей постели, – отвечает он, взяв дезодорант.

– Даже не хочу знать, – хмыкает Джойс.

– Скука. Та девчонка уснула.

– А почему ты остался? – интересуюсь я.

Дрожащий голос мог бы выдать меня, но Джойс и бровью не ведет.

– Как только она заснула, начала ерзать и бормотать что-то невнятное. Я отошел за стаканом воды и уже подумывал вылить на нее, чтобы разбудить. Но она крепко вцепилась в мою футболку и успокоилась, только когда я взял ее руки в свои. Чуть позже опять попытался уйти, но она снова заерзала. Пришлось сидеть рядом и смотреть фильм. Я даже не мог пошевелиться, как идиот, потому что она прижалась ко мне, положив голову мне на плечо.

Без комментариев. Черт, какой позор. Я стою онемев. Мне снова снился тот кошмар, и я не могла спать спокойно. Даже во сне подсознание подкладывает мне свинью. Отстой.

– Настоящий герой-любовник, – смеется Джойс, сложив пальцы в сердечко.

– Очень смешно, ха-ха-ха. Какой ужас!

– Так ты всю ночь был в плену? – настаивает она.

– Да ну на хрен! Ты же меня знаешь, я не из таких. В конце концов уложил ее в постель до того, как вернулась ее подруга. И ушел. Давайте, выходите отсюда.

Мы выходим из ванной. Я запираюсь у себя в комнате, чтобы собраться, хотя мне очень хочется под ледяной душ. Когда выхожу завтракать, Хайден уже ушел.

До пары еще есть время, и я пишу ему сообщение, чтобы поблагодарить, что посидел со мной ночью.

* * *

Проходит два часа. Я стою, прислонившись к стене в коридоре. Жужжит мобильник.

«Ничего страшного. Давай не будем придавать этому значения. Не воображай особо».

«Я ничего не воображаю, просто не ожидала, что ты останешься. Это не в твоем духе».

«Это не в моем духе, ты тоже не в моем духе. Теперь можно поспать?»

Уверена, что безразлична ему, но в последнее время он убеждает меня в обратном. Теперь это я не хочу оставлять его в покое. Не отрывая глаз от экрана, пишу сообщение:

«Ты так и не ответил, почему остался. Я уверена, что в глубине души тебе нравлюсь. Ну же, признай! Или у тебя биполярка? Тогда обратись к специалисту».

Не успеваю дописать, как кто-то вырывает у меня телефон. Хайден.

– Эй!

– Ты не против? Знал, что мне пишешь. Наблюдал за тобой вон оттуда, – говорит он, указывая на застекленную аудиторию, где студенты, в отличие от него, занимаются.

Он ушел с пары?

– Ну, – продолжает он, – почему не отправляешь сообщение?

Я делаю все возможное, чтобы отнять у него мобильник, но это бесполезно. Он слишком высокий.

– Окей, по порядку, если не против. Ты такая любопытная… Пункт первый: я остался потому, что как минимум добрый. Всегда готов помочь ближнему. В отличие от того образа, который существует у тебя в голове. Ты жутко дергалась. Впрочем, об этом я уже говорил сегодня утром. Альцгеймер, Уилт?

Он делает паузу. Его губы растягиваются в язвительной ухмылке, затем он продолжает:

– Пункт второй: ты мне нравишься? Нет. – Он подчеркивает «нет» и морщится. – Ну и хрень! А насчет специалиста? Я не против, но ты тоже запишись, потому что если у меня биполярка, то ты мазохистка, раз продолжаешь со мной общаться после всего, что я тебе сделал.

Он подмигивает и уходит. Мне нужно время, чтобы все осознать. Мне хочется верить, что в нем есть хоть капля доброты. Я не нравлюсь Хайдену? Вряд ли. Иначе он не стал бы тратить время на то, чтобы доставать меня. Он не ведет себя со мной как с теми девушками на одну ночь. Только завидев их в столовой, он бросает на них мрачный взгляд, ничего не говоря, и этого оказывается достаточно, чтобы они исчезли. Они не возвращаются. Но я как бумеранг. Ничего не могу с этим поделать.

* * *

После часового сочинения о войне в Ираке я узнаю, что учителя по искусству сегодня нет. У меня есть час. И когда думаю, что надо связаться с Итаном и узнать, нет ли у него занятий, понимаю, что Хайден не вернул мне телефон. Нет! Что может быть хуже?

Представляю, как он делает какую-нибудь пакость: например, меняет язык или набирает случайный номер из списка контактов… говорит всякий бред… Не могу перестать об этом думать. Надо найти его, срочно. И хотя подозреваю, что уже слишком поздно, пересекая коридоры, спешу в парк к невысокой стене, где он обычно курит. Если повезет, он окажется там. Вокруг полно народу. Я иду быстро, пытаясь ни с кем не столкнуться. Вскоре вижу Сандро и Джойс, они болтают. Кажется, мой вопрос их удивляет. Они отвечают, что Хайден в спортзале. Не теряя времени, бегу туда.

Хайден наверняка тренируется – о, эти панорамные окна. Так и вижу, как при каждым ударе по боксерской груше напрягаются мышцы его спины. Надо ввести запрет на занятия спортом не с голым торсом. Тут совесть напоминает, что неправильно пялиться через окно, будто