Фаворитка двух магов - Шерри Рун

много позволяете себе для простой фаворитки! — Эваланжелина тут же огрызнулась.

— А вы — для той, кто ровным счетом без отца ничего не представляет.

— За мной не только отец, за мной мой род. А за вами — пустота. Вам бы поостеречься говорить такие вещи, иначе, боюсь, даже…

— Даже что, уважаемая леди? — теплый и спокойный голос разнесся по коридору. — Иначе что вы сделаете леди Оливии? И вы считаете церковь, которая теперь стоит за ее спиной, ничем?

Глава 15

Рановель приехал на королевский бал. В скромной церковной одежде, без каких-либо украшений, но этого ему и не требовалась. Ведь представитель церкви впервые за столько времени почтил королевский бал своим присутствием!

Стоило ему только мягко улыбнуться Эваланжелине — той, кого даже гнев короля не пугал — как она моментально сникла. Я заметила, что у нее даже губы трясутся. Я знала, что церковь влиятельна, но не подозревала, что настолько.

— Пойдемте, леди Оливия, я проведу вас в бальный зал, — сказал Рановель, протягивая руку. — И передам в руки короля, чтобы все точно понимали, кто стоит за вашей спиной. Вы же закончили?

Эваланжелина лишь кивнула, смертельно бледная и растерянная. С одной проблемой, кажется, разобралась. Мы отошли от растерянной девушки, и я едва слышно прошептала:

— Благодарю, — прошептала я, позволяя Рановелю увести меня из этого коридора прямо в бальный зал.

Получилось? У меня получилось? Я ведь уже потеряла всякую надежду…

— Пожалуйста, — ответил Рановель. — Не могу же я позволить, чтобы наш меценат страдал? Или чтобы общество, на благо которого мы изо всех сил работаем, не ценило нашу благодетельницу?

— Я же еще ничего…

— Сейчас — да, но потом сделаете. Знаете, леди Оливия, что я больше всего люблю в таких людях как вы? Стоит вам дать в долг медную монету, как вы вернете обратно серебряную или золотую. Так что я очень надеюсь, что наш совместный проект по обучению простолюдинов будет чрезвычайно успешным и изменит эту страну в лучшую сторону, — улыбнулся мне Рановель.

— Спасибо, что изменили ваше решение.

— Это выгодно для всех. Мы можем быть бесконечно принципиальными, но кому от этого будет лучше? Вам, нам или простым людям? — Риторический вопрос. — Вот и я думаю, что есть моменты, когда всеобщей благо обязано быть выше даже самых твердых принципов. А теперь, леди Оливия, смотрите прямо и не обращайте внимания на все происходящее.

— О чем вы? — я не поняла.

Мы вошли в бальный зал, и только тогда я осознала, о чем говорил Рановель. Служителя церкви узнали сразу же. Более того, сам Рановель оказался куда более высокопоставленным и непростым священником, чем я предполагала изначально, потому что его имя переходило из уст в уста. Даже Даррен казался шокированным, хотя с чего бы?!

Взгляды продолжали падать на нас подобно граду, но Рановель лишь спокойно улыбался и шел в сторону короля. Я тоже улыбалась, правда, куда более фальшиво, чем обычно — слишком уж сказывалось напряжение.

— Ваше Величество, Ваше Высочество. — Рановель отпустил мою руку и чуть склонился, что уже можно было считать чем-то необычным, ведь священникам дозволялось и вовсе не склонять головы.

— Мы рады, что один из десяти верховных священнослужителей этого мира почтил наше скромное мероприятие своим присутствием, — ответил Даррен.

Один из десяти верховных? Тот, чья священная сила преодолела предел, доступный человеку? И это Рановель? О-о-о, почему Элизабет мне не сказал? Хотя если бы сказала, то я бы точно тряслась и слова выдавить не смогла бы.

— Да, все ради нашего мецената. — Рановель сделал кивок в мою сторону.

И я обнаружила, как вытягиваются лица аристократов. Подозреваю, некоторые до последнего не верили, что я причина, по которой Рановель здесь. Хах, да я бы и сама не поверила, что он придет, если бы знала, кто передо мной.

А дальше мне все происходящее казалось абсолютно невероятным. Рановель вел себя так, словно всю жизнь присутствовал на балах, при этом ни разу не продемонстрировал какое-то неподобающее поведение для священника.

Своим присутствием он не только подарил мне защиту, показал, что за моей спиной есть сила, ничуть не уступающая аристократическим родам, но и поднял авторитет короля на новый уровень. Такой, что те аристократы, которые считали, что смогут возражать Даррену, сразу же притихли.

Рановель, по итогу, сопровождал меня весь первый день королевского бала, на второй день прошелся среди знакомых, уделив особое внимание Элизабет, а после покинул королевские владения, сказав, что его ждет множество дел. Думаю, тут ему даже приукрашивать не нужно было.

Самое забавное — Эваланжелина уехала поправлять здоровье сразу же, как только отбыла на королевском балу положенный срок. То ли сама испугалась, то ли папочка оказался не настолько глупым в отношении своей дочки. С девушкой, которую ко мне подослали, прекрасно разобралась Элизабет, поговорив с ее родителями. Что было в итоге — меня уже не интересовала.

Я наслаждалась королевским балом, спокойствием и тем, какое уважение мелькало в глазах некоторых аристократов. Конечно, нельзя сказать, что появление Рановеля — полностью моя заслуга — тут и Элизабет руку приложила, и Даррен кое-что посоветовал, когда я рассказывала план, и Джейкоб постоянно поддерживал. Но большую часть я сделала сама.

И от того чувствовала себя невероятно гордой. И, в некотором роде, достойной Джейкоба и Даррена. Их тепла, любви и уважения. Конечно, они и без всего этого меня любили, уважали, но мне всегда казалось, что я слишком… проста для них. Теперь же так не казалось, все сомнения напрочь испарились. Пусть работы было много, трудностей хватало, но я сделала первые шаги.

И могла расслабиться. Например, не присутствовать на балу, а удрать вместе с Джейкобом гулять по тайным проходам замка и самым труднодоступным коридорам. Вот как сейчас.

— Помнишь, ты как-то спрашивала, как давно мы решили, что ты станешь нашей фавориткой? — спросил Джейкоб, ведя меня куда-то за собой.

— Да, давненько это было, — улыбнулась я. — И вы отказались мне отвечать. До сих пор не пойму, почему. Это какая-то страшная тайна?

— Скорее, это большая и приятная тайна, — улыбнулся Джейкоб, беря меня за руку. — Скажи-ка, тебе этот коридор знаком?

— Разве не все коридоры во дворце практически одинаковы? — спросила я, но все же оглянулась, чтобы осмотреть коридор.

Ничего необычного… Хотя, нет, стойте-ка, портреты членов королевской семьи висят только в одном коридоре — в том, который ведет к королевскому крылу и куда вход даже самым влиятельным аристократам запрещен!

И да, в этом коридоре я была не в первый раз. Признаться в