Кодекс - Дмитрий Павлович Орлов

произнёс председатель. — Ваши действия подвергают опасности сотрудников нашего подразделения. Вы признаёте свою вину в том, что несмотря на строгие правила набора в нашу организацию вы пренебрегли ими. В следствии чего, система усилителей инженеров была установлена человеку с бракованным кодексом.

— Ваша честь, вы наверное давно не получали сведений с полей, — ответила Анастасия. — То, что происходит за стенами нашей цитадели, говорит о том, что мы терпим поражение. Наши прежние методы перестают давать результат. Нулевые формы всё больше и больше захватывают территории, вскоре скрывать правду от обычных жителей мегаполиса будет невозможно. А когда они узнают, как на самом деле обстоят дела в мире, то боюсь нам не избежать паники среди населения.

— И вы ничего лучшего не придумали, как привести к нам человека с бракованным кодексом?! — возмутился председатель. — Нам было достаточно и одного, а теперь благодаря вашему решению, подвергся смертельной опасности наблюдатель, направленный в ваш отряд. Но как я вижу вы продолжаете настаивать на своей ошибочной точке зрения.

— Она не ошибочна, она реальна и возможно это единственное, что нас может спасти, — возразила Анастасия.

— Нулевые формы произошли из-за небольшого брака в кодексах. По началу на это никто не обратил внимания, а теперь сама жизнь человеческого рода поставлена под вопрос выживания. В прошлом, совет смотрел сквозь пальцы на ваше существование. Нам казалось, что в качестве эксперимента мы можем позволить одному бракованному кодексу существовать среди нас. Теперь мы понимаем, что это было ошибкой и ваше присутствие более не допустимо в рядах инженеров.

— Решение уже принято, я права? — посмотрела на председателя Анастасия.

— Верно и я жалею только об одном, что не сделал этого раньше, — ответил он. — Ваши бракованные кодексы, несут внутреннюю угрозу организации. Больше такого происходить не будет. В течении следующей недели системы усилителей будут извлечены из ваших тел. После этого вас переведут во внутреннюю службу, где ваши кодексы не смогут представлять опасность организации. И это самое мягкое из того, что предлагали некоторые члены совета. Сейчас вы будете взяты под стражу и помещены в медицинский блок для осуждённых.

После этих слов председателя, из боковых дверей в зал вошли четверо инженеров и направились к нам. «Я могу разблокировать четвёртую категорию допуска и мы попытаемся сбежать», предложила кодекс.

«Ты бы угомонил свою красотку, пока она нам тут дров не наломала», услышал я голос Анастасии, у себя в голове.

Я посмотрел на неё, но она смотрела не на меня, а на приближающихся инженеров охраны.

«Хватит на меня таращится, ты разве не понял, что мой кодекс тоже бракованный, поэтому не надо нас палить. Просто стой и не дёргайся», добавила она.

Возможно я сумасшедший и мой разум окончательно повредился, если уж я начал слышать голоса в голове и не кодекса, а живого человека. Но тем не менее я выполнил просьбу голоса, так сильно похожего на голос Анастасии и перестал таращить на неё глаза.

— По реакции твоего подчинённого, могу предположить, что ты не сказала ему о проблемах собственного кодекса, — произнёс председатель. — Но у верен, что у вас ещё будет достаточно времени, чтобы обсудить то, каким образом ты поломала ему жизнь, открыв исполнителю глаза на реальность. Не приведи ты его к нам, он спокойно бы жил в своём мире и понятия не имел о существовании нулевых секторов. Но что сделано, то сделано и этого уже не исправить.

— А я бы с этим поспорил, — раздалось за нашими спинами.

Я обернулся и увидел, как в нашу сторону направляется невысокий молодой человек. В отличии от всех присутствовавших он не был одет в броню. За всё время, что я здесь находился, это был первый человек носивший не броню, а костюм.

— И что здесь забыл представитель аналитического отдела? — спросил председатель совета, и произнёс он это с явным неудовольствием в голосе.

— Странный вопрос, особенно странно слышать его из ваших уст, — ответил мужчина, остановившись рядом с нами.

— Это дисциплинарный суд и к вам он никакого отношения не имеет.

— Вынужден с вами не согласиться, — возразил мужчина и вынул из папки какой-то документ.

Не трудно было понять, что демонстрация документа, ничего хорошего председателю не несло. Я ничего не слышал об этом отделе, но судя по тому, что инженеры, которые должны были взять нас под стражу, остановились, говорило о серьёзности данной конторы.

— Рад, что мы поняли друг друга, — убрал мужчина документ, обратно в папку. — Вы нарушили условия договора и не поставили нас в известность о проведении дисциплинарного заседания. Мы пошли с вами на сделку и не забрали их к нам, а оставили под вашим наблюдением, но вы решили избавиться от них. А самое неприятное, что сделать это решили в обход нашего отдела. С этого момента, внутренний договор между нами расторгнут и они переходят под юрисдикцию аналитического отдела.

— Вы не понимаете, что творите! — повысил голос председатель, и даже привстал со стула. — Из-за вашей безрассудности, вы можете погубить всё человечество.

— Позволю вам напомнить, что создал инженеров именно аналитический отдел.

— Также как и нулевую форму, — выпалил председатель, но тут же осёкся.

— Это серьёзное обвинение, — сложив руки за спиной, произнёс мужчина в костюме. — Я правильно понимаю, что озвучив подобную мысль в зале суда, вы официально выдвигаете обвинение против аналитического отдела?

— Нет, это моё ошибочное мнение, высказанное в порыве волнения, — ответил председатель. — Разумеется никаких обвинений выдвинуто не будет. Просто про ваш отдел ходят странные слухи, люди опасаются вас. Точнее говоря вашего оружия.

— Искоренитель прекрасно показывает себя в боевой обстановке и мы не слышали никаких отрицательных высказываний о его работе.

— Я говорил не про него, а про (Нить).

— Мы признали, что подобное оружие слишком передовое и не для каждого подходит, по этой причине оно и было снято с вооружения инженеров, — заметил мужчина.

— Вы доверили его человеку с бракованным кодексом, — не унимался председатель.

— Она прекрасно с ней справляется, а этот разговор уже затянулся и я не вижу никакого смысла продолжать его дальше. Они теперь полностью в нашей юрисдикции и я их забираю.

После этого мужчина повернулся к нам и сказал, чтобы мы следовали за ним. За всю мою прошлую жизнь события не разворачивались с такой скоростью. Мне просто не дают времени на то, чтобы я хоть как-то смог адаптироваться к стремительно меняющейся обстановке. Задавать кучу вопросов я не хотел, мне самому не нравились люди, которые без остановки сыпят вопросами.

В большинстве случаев они просто не хотят подумать собственной головой, и осыпают собеседника