Любовница. По осколкам чувств (СИ) - Коэн Даша

Но я только отворачиваюсь и накрываюсь одеялом с головой. Мне плохо, да. Внутри и снаружи. И я хочу побыть одна, в своем бесцветном и стылом мирке, где есть только я и мое одиночество. Мне не нужна эта забота. Я не могу даже быть благодарной за нее, потому что не способна сейчас на эмоции.

У меня в груди все раскурочено и разворочено.

Просто оставьте меня в покое, пожалуйста! Мне необходимо пережить мое падение самостоятельно. Переварить его и выплюнуть, а иначе…

Не. Могу!!!

Одеяло с головы съезжает вниз, а скрипучая койка подо мной прогибается. Это Мария Марковна присела рядом, нежно поглаживая меня по спутанным волосам и тихо напевая какую-то колыбельную песенку.

Но я не слышу слов – мозги всмятку и в ушах шумит.

Зато сердце отзывается на эту неожиданную ласку. Ему, глупому, все еще хочется любви от объекта его порочной страсти. И совершенно неважно, что эта любовь уродлива. Оно рвется, словно голодное животное, с цепи. Скулит. Выпрашивает хоть капельку внимания от своего предателя.

Но там не Он.

Это не Его руки.

И доверчивая, наивная до безобразия мышца разочарованно стонет, а потом забивается в угол и снова погружается в глубокий ступор, мерно раскачиваясь из стороны в сторону.

Убаюканная засыпаю. А когда снова продираю глаза, то вижу тоненькую и маленькую фигурку Марии Марковны у себя на кухне. Опять что-то варит для меня.

- Проснулась? – выглядывает в проход.

- Угу, – киваю, но тут же морщусь. Голова на каждое движение грозится расколоться на тысячу частей. Но я не против. Эта боль отвлекает от другой – тупой и безысходной.

- Лер, я Гелю просила передать тебе мою просьбу о переезде. Ты подумала? Я живу одна, квартира большая, аж три комнаты – мне одной чересчур много всех этих пустых квадратных метров. Переезжай ко мне, а?

- Спасибо, но нет, – едва слышно отвечаю я.

- Но почему? – недоуменно и даже обиженно глядит на меня старушка.

- Вы меня простите, – пожимаю я плечами, не в силах сказать правду, – но я не хочу вас стеснять.

Попросить ее уйти я не могу. Это слишком низко. Но ускорить уход пожилой женщины я все же в силах. Беру предложенную пиалу со свежим бульоном и через силу тяну наваристую жидкость.

Горько – язык от температуры облез. Но я выпиваю все, а потом с мольбой поднимаю глаза на старушку, транслируя ей только одно: «уйдите!».

- Через два дня придет Геля. Я до конца недели тоже постараюсь заглянуть. Если передумаешь насчет переезда, то дай знать. Мы с сестрой мигом перевезем тебя в мою очаровательную сталинку из этой избушки без курьих ножек.

- Зато она моя, – пожимаю плечами и провожаю взглядом мою посетительницу, запивая горсть таблеток, которые должны вылечить меня от затяжной болезни.

Вот бы и с сердечной болью так. Увы, ученые придумывают вакцины от тысяч болезней, а от самой страшной так и не нашли противоядия.

Зависимость от человека.

Изматывающая пытка. Ломка. Асфиксия. Вот, что вас ждет, если вы встретите неправильного человека и будете иметь глупость утонуть в нем.

Я встретила. Сначала нахлебалась, а потом, когда его не стало рядом, начала медленно тонуть, пока окончательно не пошла на дно.

Вот так бывает – я знаю человека годами, думаю, что он мой любимый и единственный. Но когда этот человек изменил мне, я отряхнулась и пошла дальше. А тут…

Короткий курортный роман и мужчина, о котором я ничего не знаю, а душа визжит, исходя на хрипы от удушения. Её горло стискивает иррациональная и неуместная тоска. И делает это с торжеством в глазах и коварной улыбкой на беззубом, костлявом лице.

Извращенка!

И эта тоска настолько уродует и калечит мое сознание, что все вокруг становится пустым и не стоящим внимания. Даже некогда любимый и дорогой сердцу человек вызывает только раздражение и злость.

По прилету смотрела тогда на Дениса и думала: «я не хочу с ним говорить, я не хочу знать зачем и почему, я не хочу больше ничего».

Пройденный этап. Плевать! И очевидно Вселенная в кои-то веки услышала мои молитвы. Зашла в уборную – вышла, а бывшего и след простыл. С тех пор и не отсвечивал более. Да и я его тут же за Данилом в «черный список» закинула.

Давно пора было так-то.

Ну, а каков был план? Хотела забыть жениха? Вот – получи и распишись. Клин клином же вышибают, так? Проверенное средство от всех бед. Мне помогло, да. В лучшем виде. Вот только о побочных эффектах никто не предупредил.

И теперь я каждую ночь реву, вспоминая черные глаза Данилы Шахова и самую красивую улыбку на свете. Вспоминаю и ненавижу всё это. Потому что под в высшей степени презентабельным камуфляжем скрывался настоящий хищник. Безжалостный и жестокий.

А я вздумала его романтизировать, наивная тупица. За что и поплатилась.

Я для него была всего лишь куклой, которой он играл, загибая тут и там для своего удовольствия. Вот какова правда, пусть горькая, но лучше она, чем сладкая ложь, которой этот паук меня окутал с ног до головы. Каждое ласковое слово, каждый томный взгляд – все равно, что ядовитая паутина.

Я барахтаюсь в ней до сих пор, как конченая дура. И да, мне стыдно за себя. Я так легко сдалась…

Так легко, Боже!

Ловлю свое отражение в треснувшем зеркале, висящем на стене напротив. Морщусь. Кто эта девушка, что смотрит на меня потухшими, безжизненными глазами? Я ее не знаю. Лера Райская всегда была сильной, самодостаточной и отважной, чтобы встретить все жизненные невзгоды с гордо поднятой головой. И улыбкой на устах.

А сейчас?

Позорище!

Надо встать с этой чертовой кровати, к которой я сама себя приковала на долгие две недели. Надо перестать жалеть себя. Да и к чему жалость? Радоваться надо. Да!

- Ну же, улыбайся, черт возьми, тряпка! – зло хриплю я сама себе.

Никакой трагедии не произошло. Банальщина в общем-то. Я всего лишь влюбилась в человека, которого никогда на самом деле не существовало. Он умер в тот момент, когда я взяла в руки его телефон и услышала грустный голос его жены. Законной супруги!

Все, я оплакала эту утрату, а теперь надо поднять задницу и жить дальше.

И благодарить Бога, что этот гнусный предатель больше не станет отсвечивать на горизонте моей жизни.

Признаться, первые несколько дней я еще шарахалась от каждого шороха за окном, боясь, что этот мужчина не закончил со мной. Не наигрался. Но время шло и мне стало понятно: Шахов – это пройденный этап.

Сочту за жизненный урок.

Спасибо. Едем дальше.

Глава 26 – Старый друг лучше новых двух

Лера

- Итак, Валерия, – хмурит брови импозантная женщина среднего возраста, – ваше портфолио мне нравится, но опыта у вас нет совсем, так что…

- Вы мне отказываете? – понимающе киваю я, изо всех сил стискивая в руках ручки своей старенькой дерматиновой сумки.

- Нам важна скорость. Это главное для нашей фирмы.

- Но я ведь уложилась в отведенное время, когда выполняла тестовое задание, – не смогла я удержаться от упоминания, только вот женщина тихо хмыкнула и скептически поджала губы.

- Валерия, все так и я не хочу вам отказывать. Правда. Но и принять в постоянный штат не смогу. Ваши контакты мы, конечно же, внесем в нашу базу данных и будем приглашать вас, когда будут появляться большие заказы.

Перевожу – то есть никогда.

- Ясно, – чуть хлопнула себя ладонями по коленям, – что-ж, спасибо, что уделили мне время.

- Вам спасибо, Валерия. И всего доброго.

Забираю свои работы, киваю и выхожу за дверь, тут же напарываясь на насмешливый взгляд секретаря. Да, я не выгляжу дивой. Знаю. Но если у человека временные финансовые трудности, то это не значит, что он достоен вот таких уничижительных взглядов. Будто бы я насекомое какое-то, что посмело проползти по их отполированным мраморным полам. Мое платье застиранное и вышедшее из моды, а ботинки и того хуже, но провожать же человека всегда нужно по уму.

Через силу выдавливаю улыбку, не разрывая взгляд с девушкой. Давлю, показывая, что она ведет себя неприлично. Через несколько секунд отводит взгляд и тушуется.