Мушкетерка - Лили Лэйнофф

немного времени перед уроком фехтования, а потом в перерыве я ее закончила. Она совсем простая, это только для тренировок, так что лишние украшательства ни к чему, — объяснила Теа.

— Невероятно! Может, ты будешь шить все наши платья?

— Не глупи! Я могу работать с дешевыми тканями, но для бальных платьев нужны еще навыки вышивания. Нет уж, оставим все как есть!

— Но ты могла бы этим заняться. — Теа вопросительно посмотрела на меня, и я добавила: — Ну, когда все это закончится.

Ее лицо порозовело от удовольствия.

— Ты серьезно? Ведь женщин-модельеров совсем мало, и мне кажется, платья были бы гораздо удобнее, если бы их создавала женщина. И красивее, пожалуй. Но не так, как нравится мужчинам, а так, как нам нравится. Я сейчас сказала глупость, да?

— Нет, вовсе нет…

Но Теа уже не слушала:

— Пожалуйста, примерь поскорее, а не то я опоздаю на вечерний урок танцев.

— Ты ведь сказала, что я должна надеть эту юбку на урок. А тебе разве не нужна такая? — спросила я.

— Сегодня только ты. Остальные репетируют новый бальный танец — кажется, он нынче в моде в Италии.

Когда я выходила из главного коридора в комнатку-пенал, Теа крикнула мне:

— Надевай прямо поверх обычного платья!

Юбка действительно была тяжелее обычной, но с застежками я разобралась достаточно легко. Проблемы начались, когда я попыталась выйти через ту же дверь.

— И как я должна в этом передвигаться? — Я вздрогнула, когда края юбки уперлись в дверной косяк, не давая мне переступить порог.

— Повернись боком. Нет, не так… попробуй как будто наклонить ее.

Я кое-как протиснулась через проем и упала бы, если бы меня не подхватили. Я подняла глаза, ожидая увидеть Теа.

— Спасибо!

— Не за что! Очень достойно для первой попытки! — Я покраснела, и Анри отдернул руку от моего локтя, как будто только что вспомнил, что все еще поддерживает его. Я ощутила, как подступает головокружение. — Что с вами? — спросил он. На какой-то момент его лицо показалось чужим. Золотисто-карие глаза превратились в неумолимые голубые. Я резко вздохнула и, пошатнувшись, шагнула в сторону. — Вам нехорошо, что-то не так!

— Да, но это не означает, что ей нужна помощь, — вмешалась Теа. У меня на душе потеплело.

— Но она плохо себя чувствует…

— Анри, ты знаешь, я терпеть не могу спорить. — Теа топнула ногой. — Особенно когда я права, а ты нет. — Ее голос смягчился, когда она повернулась ко мне: — Ты ведь скажешь, если тебе понадобится наша помощь? Правда?

Поколебавшись, я кивнула. Я поджала пальцы ног и на несколько секунд закрыла глаза, потом снова открыла. К счастью, коридор перестал кружиться.

— Со мной все будет хорошо. Особенно если кто-то посидит рядом…

— Отлично, как удачно, что Анри здесь! Увидимся за ужином! — Теа упорхнула с улыбкой, которую я не вполне поняла. Я хотела спросить ее об этом, но она уже исчезла. Перед этим мне подмигнув.

— Она нечто, правда? — произнес Анри с усмешкой.

Мое сердце беспричинно сжалось от звука его голоса. Я просто кивнула, не найдя слов. Она назвала его просто Анри, на «ты», и он ей не возразил. Как будто уже сто раз слышал такое обращение из ее уст.

Глава тринадцатая

Мы шли молча; слова Анри все еще крутились у меня в голове. Когда все это закончится, когда мы выполним наш долг, возможно, он сможет ухаживать за Теа. И я буду счастлива за них. Самая добрая девушка в нашей четверке — и самый заботливый юноша. Идеальная пара!

Анри внезапно остановился:

— Сожалею, если я чем-то обидел вас. Я не имел в виду, что вам необходима моя помощь, я просто…

— Месье, — поспешно перебила я, — вы беспокоились обо мне, я понимаю. И правда очень ценю.

Я пристально вглядывалась в его лицо. Он покраснел и пробормотал что-то в знак согласия.

— Кажется, нас ждет тетушка.

Он открыл дверь в импровизированную бальную залу. Должно быть, некогда эта комната была салоном, но теперь здесь осталось лишь несколько разрозненных предметов мебели и большой, свободный от препятствий кусок паркетного пола. В углу стоял клавесин.

— Откуда вы узнали…

Но мадам де Тревиль уже подгоняла нас.

— Не помню, чтобы приказывала тебе бездельничать, — сказала она. — Как тебе юбка?

— Un grand plaisir. Восхитительно! Чувствую себя принцессой.

Анри хмыкнул, но постарался замаскировать это покашливанием.

— Свое искрометное остроумие проявишь в другой раз, — осадила меня мадам де Тревиль. — Давай, за дело.

Мои туфли шаркали по полу, пока я неуклюже переваливалась из стороны в сторону.

— Тетушка, простите, что вмешиваюсь, но я нужен? Вы просили меня присутствовать на сегодняшнем уроке, — произнес Анри.

Глаза мадам де Тревиль загорелись.

— Не прячься за дверью, подойди сюда.

Приближаясь к ней, он заломил перепачканные чернилами руки — но, поймав ее внимательный взгляд, моментально опустил их по бокам. Мадам де Тревиль кивнула на меня:

— Таня быстро учится, но я не уверена, что она сможет сохранить самообладание в присутствии кого-то постороннего, помимо меня и других девушек. Придется тебе проверить.

— Мне? — Анри словно окаменел. — Но… но…

Мадам де Тревиль издала протяжный вздох:

— Ты и с Сансоном обсуждаешь каждое указание? Он не находит это слегка утомительным?

Кончики ушей Анри засветились малиновым под волосами. Мадам де Тревиль принялась с остервенением листать нотную тетрадь. С утра она набросилась на Арью за то, что та пропустила парирование, заставила Портию сжать зубы так, что я слышала, как они заскрипели. Теа не попала под горячую руку только потому, что ушла шить мне юбку. Что-то случилось… или должно было случиться. Я сама не знала, как мне удавалось до нынешнего момента избегать ее гнева. Слегка пошатнувшись, я подумала, успею ли добежать до окна, прежде чем меня вывернет наизнанку.

— Для начала мы повторим азы, — сухо произнесла мадам де Тревиль. — Пропускайте элементы, в которых больше двух участников; я хочу посмотреть, как Таня справляется с общением один на один.

Мадам де Тревиль отошла к скамье, стоявшей у клавесина, и сыграла первые такты менуэта. Инструмент был развернут так, чтобы она могла видеть нас поверх пюпитра.

Анри сделал несколько шагов ко мне. Моргая, я наблюдала за ним и повторяла его неуверенные шаги. Сердце стучало все быстрее — я чувствовала ускоряющийся пульс в запястьях. Когда мелодия достигла нужной точки, мы одновременно сделали реверансы и поклоны, а потом выполнили полукупе. Я вспомнила все уроки, все тренировки, все эти моменты в салоне, когда я оттачивала свою привлекательность, совершенствовала мастерство обольщения. Когда мы шагнули навстречу друг