Поле брани - Дэйв Дункан

Милосердные Боги!

Вокруг ничего, кроме густой серой пелены. Через секунду Акопуло решил, что туман и полумрак – следствие проливного дождя. Трудно было разобрать, где кончается море и начинается небо, пенные гребни волн, словно кровли домов, вздымались со всех сторон. «Утренняя звезда» снова накренилась и взмыла вверх.

– Где мы? – завопил Акопуло.

– Видите те скалы, во-о-он там? – Етун вытянул длинную руку.

– Нет. Ничегошеньки не вижу.

– Сухопутные глаза!

Корабль снова нырнул. Очередная волна с ревом прокатилась по палубе, прервав разговор.

– Ну а огни-то вы хоть видите?! – прокричал етун в самое ухо Акопуло. Он был молод, отважен и, по-видимому, наслаждался буйством стихии.

– Нет.

– Жаль. Отличный видок! Драконы.

– Драконы?! – взвизгнул Акопуло.

– Мы примерно в двух кабельтовых от мыса Дракона. Вот, опять подымаемся кверху… Теперь смотрите!

Дождь и морская пена застилали глаза Акопуло, и он ничего не видел.

– Нам грозит опасность?

– Ну, обычно драконы не летают над водой. Но вот если мы подойдем слишком близко, они могут почуять железо на корабле – вот что привлекает их. Думаю, как раз поэтому они извергают огонь.

«Кабельтов – это много или нет? Скорее всего, не очень много, – подумал Акопуло. – А драконов, если уж они рыщут в поисках все равно какого металла, непременно притянет к себе золото. Что особенно привлекло бы их, – предположил он, – так это тяжелый пояс с золотыми монетами, надетый на него».

– И что же будет? – прокричал он во время следующей короткой передышки.

– Не знаю, – сказал отважный етун. Он пожал плечами, и натянувшаяся от его движения веревка чуть не перерезала Акопуло пополам. – Мы волочим за собой якоря, так что скоро налетим на скалы. В этом чертовом море ничего не стоит разбиться вдребезги. А если уцелеем, то, когда начнется отлив, нас притащит совсем близко к берегу и тогда сцапают драконы.

Акопуло с ужасом взглянул на его беззаботную улыбку:

– И ты не боишься?

– Нет. – Моряк задумался на мгновение и добавил: – Если бы я не был просто глупым етуном, думаю, мне следовало бы испугаться.

Эта неожиданная мысль, казалось, обеспокоила его больше, чем сами драконы.

– Мне лучше вернуться в каюту, – пробормотал Акопуло.

– Хорошая мысль. Я помогу вам. И знаете, отец…

– Да?

Парень огляделся по сторонам, словно желая убедиться, что никто их не слышит, и сказал извиняющимся тоном:

– Помолитесь немного, когда доберетесь туда, хорошо?

Сомнения и слезы:

Сквозь ночь сомнения и слез

Бредут паломники вперед,

И песнь поют, что радость их

В Земле Обетованной ждет.

Глава 4

Отвергнутые лекарства

1

Воггль лежал на Большом западном пути, в четырех днях езды от Хаба. Это не поддающееся описанию местечко славилось только своим «Привалом чародея», снискавшим репутацию лучшего постоялого двора в Империи. Он мог предложить прекрасно содержавшиеся конюшни, отменную кухню, роскошные спальные комнаты и широкий выбор сопутствующих услуг. Никто не знал, почему Воггль оказался в таком исключительно благоприятном положении, хотя существовала теория, будто состоятельные путешественники, отправляющиеся в дальние края, нуждаются в передышке как раз после четырех дней пути. Если так оно и было, то «Привал чародея» мог удовлетворить их самые изощренные желания. Поговаривали даже, что там имеется приличная библиотека.

Книги, однако, не стояли на первом месте в сознании Ило, когда он вошел в лучшую из столовых комнат. На первом месте стояли шлюхи. Солнце еще не село, но на этот раз он решил побаловать себя ранней ночью. Король Краснегара сообщил, что путь от Кинвэйла до Хаба занял у него семь недель, а Ило проделал его меньше, чем за четыре.

Почти проделал. Ему потребовалась бы еще пара деньков, чтобы добраться до столицы, если бы он собирался туда. К тому же он еще не доехал до Кинвэйла, когда попал в переделку с гоблинами. Значит, надо накинуть еще недельку, но все же он мог побиться об заклад, что имперским курьерам трудненько было бы с ним сравняться. Ило был доволен собой и при этом полон решимости никогда не пытаться повторить своего достижения.

Он выбрал стол у окна и приказал кликнуть виночерпия. Богам известно, насколько он заслужил удовлетворения своих маленьких слабостей! В усыпляющих красноватых тонах весеннего вечера сады были охвачены золотым огнем нарциссов. Бассейн-прорицатель предсказал, что Эшиала будет принадлежать ему среди нарциссов.

Миловидная девица вдруг выросла рядом с ним из пустоты, многообещающе улыбаясь. Он оценивающе оглядел ее и отрицательно покачал головой. Надув губки, красотка удалилась. Старый дряхлый виночерпий приковылял на ее место. Он просиял, услышав экстравагантное требование Ило принести бутыль валь-доленского, и, должно быть, быстро шепнул кое-что в задних комнатах, потому что следующей чаровнице, вплывшей в поле зрения Ило, никак нельзя было дать ни на один день больше пятнадцати. На этот раз им овладело сильное искушение одобрительно кивнуть, но он отклонил и эту претендентку. Обе они были профессионалками. Он мог с таким же успехом найти любительницу и получить то, что хотел, бесплатно.

Ило взял в руки меню, но затем снова положил его на стол, позволив своим глазам рассеянно блуждать по большой комнате. В этот ранний час посетителей было немного. По пути сюда он видел совсем мало солдат и порядочное число курьеров. Казалось, в воздухе витало тревожное ожидание, не подходящее для таких мест. Он конечно же намного опередил вести о вторжении гоблинов. По крайней мере, гражданское население еще ничего не знало. Правительство и армия наверняка были осведомлены об этом, однако такую новость нельзя долго держать в секрете. Скоро закрутятся все колесики. Ило уже заметил существенное оживление на почтовых дорогах. За последнюю неделю выбор лошадей ухудшился. Официальное объявление императором новости в сенате – вопрос нескольких дней, и тогда плотину прорвет окончательно. Вспыхнет паника, и передвижение сделается почти невозможным. Он на редкость своевременно удрал.

Принесли вино, восхитительно прохладное для этого времени года. В Хабе ледники редко бывали в порядке после начала лета.

Еще день в седле – и он в Юдарке. А что потом? Заговорщики, вполне возможно, уже обнаружили местонахождение императрицы и похитили ее. Единственное, что он мог сделать, – поехать и лично убедиться в этом. Императором, который объявит ужасную новость о нападении гоблинов в Ротонде, будет не Шанди, хотя все вокруг ни на миг не усомнятся, что это он. Зато Зиниксо и членам Сговора прекрасно об этом известно, известно им и о гоблинах, но только один Ило знает, в какой узел связали Боги эти две нити.