Я и Путь in… Как победить добро - Отар Кушанашвили

Самое романтичное знакомство было за кулисами шоу «Голосуй или проиграешь» у Анжелики Варум и Леонида Агутина.

Анжелика была предметом охоты всех артистов. Ее большие глаза, субтильная фигурка, весь набор ее антропометрических данных и манера поведения сводили с ума людей.

Когда она появилась однажды на экране, а я был в компании Леонида Агутина, он сказал мне, что был бы счастлив с ней познакомить. Леня Агутин, будучи уже тогда человеком, исполнившим взорвавшую страну песню «Босоногий мальчик», был предметом охоты всех барышень, но очень не нравился самой Варум. Визуальность Агутина была такой, что первое, что о нем думали, что он ветреный, вертопрах, негодяй, который жрет женские сердца на завтрак.

И он прибегнул к самому брутальному способу покорить сердце Анжелики – выломал ей гостиничную дверь.

Он подумал, что отступать некуда и сделал это, чтобы опровергнуть ее представление о нем как об ограниченном человеке. Он был пьян. Но как до сих пор говорит Анжелика, он был пугающе интеллектуален, отвратительно пьян, но обаятелен.

Это называется настоящий, новый романтизм!

Сейчас я должен сказать пару слов по поводу конфликта с журналистами Лени Агутина, которого поймали в объятиях шлюхи на «Новой волне», а он имеет наглость утверждать, что, будучи воспитанным на моральном кодексе строителя крутовской песни, никогда бы себе такого не позволил.

Его объяснение случившемуся опубликовано в газете «МК», что само по себе смешно.

«МК» и репутация – давно не пересекающиеся стихии (во многом утверждаю это, будучи в каком-то году не принятым к ним на работу).

Леня Агутин, который говорит, что никогда не посмел бы изменить Анжелике Варум, и в то же самое время очень сильно, судя по фотографиям, прижимает к своему детородному органу шлюху, которую узнает даже солист группы «Отпетые мошенники» Сергей Аморалов – этот Леня Агутин мною не привечаем. Потому что если уж врать и выкручиваться, то мастерски, как это делает Отарик.

Скажу определенно на тему противостояния любимого мною, нежно, по-братски, артиста, которым является Леня Агутин: не умеешь – не е**сь.

Я на стороне журналиста, потому что в конце этой реплики, опубликованной в газете «МК» и призванной обелить его в глазах Анжелики Варум, Леня Агутин задается вопросом: «Что принесла, кроме наших разрушенных судеб, этому журналистишке публикация этой исполненной фекалиями заметки?»

Ничего не принесла. Если вы хотите, я передам TopPop.ru декларацию моих доходов в «Комсомольской правде» и газете «Советский спорт» – гори она священным огнем.

И вы увидите, что я, самый высокооплачиваемый журналист в стране, ежели бы не мой гениальный ум, сосал бы у лидера кунцевской группировки на предмет дополнительных субсидий.

Корреспонденту, снявшему похотливого Леню Агутина в объятиях уродливой проститутки, перепадет гонорар, которого, может быть, хватит только на один поход в «Макдональдс».

Попрекать журналистов хлебом – самое последнее дело, и я не думал, что к этой компанейщине присоединится Леня Агутин.

Я еще и еще раз убеждаюсь, что те люди, которые были мне близки в прежние годы, превратились в ворчащих, брюзжащих чмырей.

Я не намерен делать вид, как будто мы с Леней Агутиным не занимались этим же в каждом из 700 городов, где после нас остались сожженные местности, разрушенные мосты и 35 бл*дей в одном гостиничном номере. Не надо мне рассказывать, какие вы все высокоморальные.

Дело не в Лене Агутине, дело в моем уважении к Анжелике Варум, вырвавшей его из лап смерти. Я не готов сейчас, в этой отдельно взятой колонке, рассказывать, как она это сделала. Это известная история о том, как ему стало дурно, вплоть до критической отметки, и она, плача, спасала его, потом выхаживала долго, отваживала от плохих привычек.

Таких парней, как Леня Агутин, которым нравятся шлюхи, – миллион, шлюх тоже миллион, а Анжелика одна.

Впрочем, как и автор того дерьма, которое сейчас на вас было обрушено.

Сам дурак – это не отмазка

То, с какой неуклюжестью мой товарищ Леня Агутин оправдывался за общение с п-ми (не подумайте, что премьерами) в Юрмале, только что не развалившее его семью, не позволяет ставить крупные суммы денег в споре, что это общение прекратится.

При всем при этом ЛА мой товарищ, да, но истина дороже.

Фотографии ЛА со жрицей видели все. Такое впечатление, что ЛА произнес: «Вы ахварельны, незнакомка!» – и впился в нее.

Если, наглядевшись на это порно, отбросить завитушки, он кругом виноват.

Что делает ЛА, когда его ловят? Он делает все, что делал бы любой перепуганный клерк. Он говорит: я принял решение напрочь отказаться от посещений публичных мест, потому что там полно этих нелюдей – папарацци, которые сделают все, чтобы выставить вас любителем Содома и Гоморры, плотских утех, «хаба-хаба-дзинь-дзинь» (так на гастролях мы обозначали жанр соития).

В конце обращения к публике автор одной из самых нежных баллад о любви «Все в твоих руках» вопрошает: «Как этому конкретному ублюдку живется? Этому фотографу? Мрази! Твари? Ведает ли он, что творит?» Ну и далее – так же изощренно.

То есть мы имеем дело не с опровержением, а с моралитэ от аморального.

Тогда как все ведь просто: не хочешь, чтобы тебя уличали, – сделай так, чтоб уличать было не в чем.

Чтоб не приходилось изобретать формулировки навроде: «Все это, конечно, было и смотрится очень неприлично, но все это, конечно, было совсем не так». Подобная казуистика многомерна. Но тупа, ибо сразу выдает, сразу и полностью, систему координат, в которую и ЛА, и прочие мои коллеги с дорогой душой себя вписали.

И я тут слышу: все изменяли, изменяют и будут изменять. Делая краткие перерывы на интенсивные арии раскаяния.

Потому что я знаю: Артистическая одиссея состоит из комплексов, интима и транквилизаторов. И одного за всю жизнь хорошего выступления, о котором они и сами не помнят. Могу напомнить. Но – в другой раз.

P.S. Говорят, что когда ЛА прочел ЭТО, ему пришлось долго восстанавливать личность. Но я ведь любя. Инструкция по сохранению сердечного жара

Я всю жизнь пасую при столкновении с химически чистыми дебилами. Они ведь теперь для пущих статусности и важности щеголяют словом «экзистенциальный», понимают Великий Город как свою фазенду, даже на фильм «Елена», превознесенный сверх всякой меры, идут, потому что «надо». Но даже пасуя, я, превозмогая раздражение, способен им ответить.

Подарю, например, билеты на концерт Гоши Куценко. Именно что поющего. Считайте, что таким образом приговорите людей к бездне. А вот хорошим людям, чтобы, во-первых, вооружить отменным настроением, при котором никакие имбецилы не страшны, во-вторых, просто для того чтобы посвятить людей в собственную дистиллированную радость, рекомендую НОВОГО Челентано. Слова «это грандиозный альбом» будут грандиозным же преуменьшением. Вот Николас Кейдж, которого лично я хочу удушить лет десять как, сейчас из-за фильма «Что скрывает ложь», хоть и играет в рубаху-парня, будет отвратителен и через три тысячи лет после смерти. Но в этом дерьмовом фильме и Николь Кидман не менее дерьмово имитирует страсти-мордасти.

То ли дело старина Клуни. Взять «Мартовские иды», взять «Потомки». Любую роль, любой фильм возводит до Богоявления. Или Ник Нолти, который постарел, но знатно. Посмотрите «Воина». Природа, одарив Нолти завидной физикой, едва ли не отказала ему в чувстве меры по части эпикурейства: актер временами уходит в беспросветные запои. Не то Олег Митяев: через запои такие естественные диски, как «Позабытое чувство», не получатся. Сияние чистоты и душевной молодости. Блюдите себя, тогда имбецилы станут самой мелкой вашей проблемой.

Мне кажется, люди подле него становятся другими. Я провел два дня и весь во власти вот каких широких размышлений…

У него, даже когда в силу обстоятельств имеет место быть высшее напряжение умственных сил, вид джорджклуновский.

На четвертой минуте знакомства мне показалось, что ради своей профессии он готов пожертвовать жизнью, а я таких людей боюсь.

У них слишком свежий, как зелень в грузинском застолье, взгляд на жизнь.

Ему не нужна ничья, кроме его собственной, помощь, чтобы взять высоту.

В момент, когда мы познакомились, он готовил меня к съемкам в «Comedy Women» мыслями вслух о… стратегии; окрест сновали люди, я пытался клеиться к девчонкам, изо всех сил строя изо всех же сил высокохудожественное лицо, по-животному нервно реагируя на девичий смех – а напротив меня стоял высокий, крепко сбитый человек, несколько раз повторив интересующемуся только интимным настоящим грузину значительное слово «будущее».

Он сжатые в упрямстве зубы прикрывает ухмылкой просвещенного пижона, умеющего постановкой придать любой мизансцене, каждому дивертисменту ореол светлого самочувствия.