Я и мой капитан - Артем Морозов

— Та-а-ак, — протянул тощий долговязый тип в костюме, просматривая документы Лени. — Та-а-ак, — повторил он, бегая зрачками по строкам досье.

Агент 24 сидел на стуле напротив него, и лицо его было каменное.

— Вас инструктировали на предмет наших задач в отношении инопланетян перед вылетом? — Службист коротко взглянул на Леню неприятными колючими глазами.

— Конечно, — спокойно ответил Леня.

Дознаватель откинулся на спинку кресла, передвинул какие-то папки на столе и спросил:

— И что? Почему вернулись так скоро, Леонид Леонидович Глущенков? — Сказал он это негромко, но с какой-то внутренней угрозой.

Агент 24 поерзал на неудобном сиденье — не потому, что этот гуманоид чем-то его пугал, просто Леня не до конца еще приспособился к своему новому облику.

— Я посчитал своим долгом как можно скорее вернуться в Россию после этого… — Леня ткнул в лежащий перед особистом аккумулятор бластера.

— Хм, ясно. — Человек снова углубился в бумаги. — Тут написано: «В связи с постоянными нарушениями трудовой дисциплины, законов Федерации, несоответствием занимаемой должности… и так далее… предложено расторгнуть контракт…»

— Ну, я подумал, что если обнаружат пропажу, то мне несдобровать, — перебил агент 24.

В разговор вклинился второй землянин в военной форме, до этого молча попивавший чай из парующей кружки. Он оторвал заднюю часть торса от пластикового подоконника, подошел к столу, поставил на него емкость и взял в руки капсулу.

— И что это такое? — с интересом разглядывая контейнер, спросил он.

Леня с облегчением начал выдавать заготовленную легенду:

— Точно не знаю, украл в грузовом отсеке. Насколько я понял из того, что говорил при покупке корабль, — какая-то запчасть для мелкокалиберного оружия вроде пистолета…

— Корабль! — Тип в форме почему-то зацепился именно за это слово. — Кто они или что они, эти корабли? Можете пояснить?

24-й развел руками, мысленно пытаясь втиснуть свои знания в поток слов, доступных человеческому пониманию.

— Ну… ну… — Агент выдержал паузу, копируя замешательство обычного землянина. — Они как бы живые.

— То есть?

— Ну, — повторил псевдо-Леня, сомневаясь, не переигрывает ли он, — они как бы люди, только в теле звездолета.

— Искусственный интеллект?! — воскликнул человек в форме и, отпив из кружки, снова поставил ее на стол. Потом навис над Леней.

— Нет. Думаю, нет, — ответил 24-й, испуганно отпрянув для эффекта. — Похоже, это мозг, каким-то образом заключенный в компьютерные схемы.

— Каким именно образом? — вопросил гуманоид в зеленых одеждах.

— Не знаю, — соврал Леня, хотя прекрасно знал.

— Ладно. — Майор (это 24-й легко определил по нашивкам на плечах) выпрямился и, видимо, слегка расслабился.

— Почему вы не украли что-нибудь более существенное? — спросил сидящий за столом долговязый.

— На корабле все устроено так, что невозможно хоть что-то оторвать от стены, тем более стащить. Единственный способ — умыкнуть что-то из грузового отсека, что я и сделал, — отчитался Леня.

Майор несколько минут перебирал бумаги, после чего оперся обеими руками о стол и изрек, сурово глядя исподлобья:

— Вы можете идти, Леонид Леонидович. — И, когда агент уже переступал порог, добавил: — Мы с вами свяжемся.

Леня коротко обернулся в дверях, разминая в руках бейсболку, кивнул.

— Что думаешь? — спросил человек в форме, присел на край стола и снова поднес кружку ко рту.

Сидящий развернулся к нему, пожал плечами:

— Вроде грамотный мужик, только вот…

— Что?

— В досье никаких пометок нет. Не знаю, это Кирилл с ним говорил перед вылетом, но он-то уволился три месяца назад. Но Кирилл — толковый опер в общем-то…

— Ясно, — перебил майор, вставая.

— Попробуем завербовать по-настоящему?

— Нет, не сразу, странный он какой-то. Понаблюдаем за ним пару недель. — Он сграбастал капсулу со стола и вышел в боковую дверь.

Джунгли внезапно кончились, и тут Ирина увидела это. Она восхищенно уставилась немигающими глазками на вид за окном: из-за горизонта, вытягиваясь во всю ширину, восходил длинный оранжевый серп, лениво переливающийся вихрями. Увидеть Юпитер на картинках оказалось совсем не то же самое, что увидеть газовый гигант Процион-11 вблизи. Ира несколько минут не могла отвести взгляд от наползающей снизу исполинской чаши, которая вскоре заслонила полнеба своим огромным куполом, затмив диск маленького и далекого белого карлика. При этом вокруг стало еще светлее, а облака окрасились в ядовито-кислотный оливковый цвет. Казалось, будто планета приближается и вот-вот неминуемо столкнется с Фулонгом.

Ира не пришла в себя даже тогда, когда по сторонам замелькало уже привычное нагромождение бежевых параллелепипедов — поезд въехал, точнее, влетел в пригород мегаполиса. Ира оценила всю мощь слова «мегаполис», точнее «суперполис», как тут его называли. Ее давешний городишко и так казался ей размером с Нью-Йорк или Токио, только менее шумным и каким-то по-латиноамерикански размеренным. А тут, когда конструкции вдруг резко взметнулись вверх, едва не цепляя крышами-пирамидками проплывающие тучи; когда мельтешение длинных теней небоскребов стало напрягать глаза; когда в небе появилось бесконечное множество серебристых шаров-аэростатов неясного предназначения, висящих над шпилем каждого дома, — только тогда Ирина поняла, что такое настоящий мегаполис. Вид розоватых плоскостей города, сияющего в отраженных лучах газового гиганта, настолько ее потряс, что она потеряла счет времени.

— Центральный вокзал Идо, прибытие через пять микротемпов, — сообщил электронный голос откуда-то сверху.

Объявление вывело Иру из оцепенения. Она понятия не имела, сколько это «пять микротемпов» в минутах или, может быть, даже секундах, поэтому снова поспешно проверила почту. Ответа от Андрия не было. Ира вздохнула, отчего ее хобот издал дрожащий звук, похожий на «фрр».

На вокзале ей предстояло пересесть на ту самую подземку. Благо как только она выгрузилась из вагона вместе с другими фулонгийцами, прозвучало объявление: «Начинается посадка на экспресс до станции „Космопорт Бушууг“. Отправка через десять микротемпов».

«Как тут у них все точно рассчитано. Только вышла, уже и пересадка на другой поезд, и не надо часами ждать». Ира чуть успокоилась — судя по тому, сколько их трубосостав (хотя ему скорее подходило название «турбосостав») летел до вокзала после объявления о пяти микроциклах, у нее в запасе было еще около получаса. «Разберусь», — заверила она себя.