Моя жизнь в подземелье: Восхождение гарема рабов (ЛП) - Whats a whizzer

— Я и забыла, что она так может. — Пробормотала Шао себе под нос.

Это была звериная форма Лидии. На памяти Шао она приняла её лишь раз — в схватке против неё самой. Всякий раз, когда Лидия сталкивалась с противником сильнее чем она и испытывала острое желание победить его — она могла принять свою звериную форму. В ней её скорость и сила увеличивались, но в итоге нагрузка на тело ранила её, да ещё и неслабо. Теперь расклад полностью поменялся, и Салиция в их противостоянии стала мышкой, над которой злостно измывалась кошка.

— Ах… ты… хватит… уже… меня бить! — Кричала Салиция, принимая на себя удар Лидии с обеих сторон.

Лидия прямо-таки облетала свою противницу быстрее, чем та падала. Намереваясь провести заключительную мощную атаку, она схватила Салицию вытянутой рукой и вновь запустила её в воздух. Салиция выглядела словно тряпичная кукла, которую избавили без всякого сожаления. В тот момент, когда Лидия намеревалась впечатать Салицию в пол, а там уже и отправить на перерождение — внезапная волна энергии взорвалась, заставив её сбиться с ритма даже в крайне мощной звериной форме.

— Позволь мне тоже поучаствовать в битве! — Закричала Шао.

Её тёмно-красные глаза стали ярко алыми, а рога увеличились. Теперь она была окутана тьмой, которая, казалось, намертво отсекала её от окружающего мира. Лидия смотрела на неё с открытым ртом.

— Аааааааа…

*Бамс!*

Наконец Салиция упала на землю, прямо рядом с Лидией. Встав и отряхнувшись, словно её прямо сейчас и не избивали, она наконец посмотрела на Шао и замерла. В прошлый раз ей повезло, и она умерла до нападения на город. Она просто не видела, что произошло после…

— Объяснишь, что происходит? — Салиция опасливо спросила у Лидии.

— Повелительница Демонов Шао вернулась! — Воскликнула Лидия.

Том 8.5. День Мики 2.1

— Мики! Попробуй найти Селесту и настоящую Терру. Дело становится серьёзным.

— Д-Да!

Когда оказалось, что Салиция предала Мастера — ситуация стала полностью выходить из-под контроля. Мики торопливо начала покидать поле боя, всё ещё при этом ведя себя осторожно. Клоны Терры пришли черт знает откуда, поэтому Мики опасалась, что Салиция была не единственной участницей этого кризиса. Единственным человеком, способным создавать клоны Терры была сама Терра, и это пугало Мики ещё больше. Неужели Терра предала Мастера? Нет, это было абсолютно невозможно. Если девочки начнут сомневаться друг в друге — они уже точно не смогут урегулировать ситуацию.

Мики не вернулась в город. У неё на уме уже имелось одно место, где был велик шанс найти этих двух потеряшек. Покинув место, где Шао и Лидия схлестнулись с Салицией, Мики отправилась ко входу в подземелье. Причина выбора этого место была проста. У подземелья находилась личность, которая точно могла помочь ей в поисках. К счастью, у подземелья Раиса всё ещё стояла на коленях с озабоченным выражением лица.

— Раиса? — Спросила Мики, быстрым шагом приближаясь к девушке.

— Д-Да! — Хвост Раисы оживился, стоило только к ней обратиться.

— Я ищу Селесту и Терру. Нам нужно понять, откуда валят все эти клоны Терры и предотвратить появление новых.

Раиса на мгновение заволновалась, но затем бросила взгляд на зияющий вход в подземелье, который находился позади неё.

— Но… Терра… она спустилась туда.

— Так ты видела настоящую Терру? — Спросила Мики.

— Она… эм… — Говоря это, Раиса выглядела донельзя неуверенно. — Она вела отряд из других Терр.

Услышав эти слова, Мики нахмурилась. Неужели Терра всё-таки работала против них? Неужели она действительно предала Мастера и остальных? Даже услышав свидетельство очевидицы в лице Раисы она попросту не хотела в подобное верить.

— Возможно кто-то управляет её сознанием. — Сказала Мики, предварительно немного подумав.

Мики была лучшей в обнаружении ментальных или душевных атак. Так что она точно могла бы обнаружить влияние подобных атак на разум Терры, а то и вовсе сказать, кто именно так с ней поступил. Фактически она могла определить, действовала ли Терра по своей воле или нет. Она могла видеть в людях намного больше, чем остальные. Например, она отчётливо видела в других их внутреннюю красоту. Можно даже сказать так — она буквально видела душу в их телах. У этих клонов Терры не было душ, поэтому теперь она уже приноровилась отличать клонов от настоящей Терры.

— Пойдем! Мне понадобится твой нос, чтобы найти её! К тому же есть все шансы, что мы найдём там и Селесту, что тоже будет не лишним.

С Селестой всё было ещё проще — если она не в подземелье, то она почти наверняка у магического источника. Но сейчас Мики больше волновалась о поисках Терры, так как она почти наверняка знала намного больше о ситуации, чем все остальные. По крайней мере у неё можно было точно узнать, на чьей же стороне всё-таки выступают Терры.

Стоило Мики поманить Раису, как последняя тут же оживилась, возбуждённо завиляв хвостом. Кажется, она была чертовски рада оказаться полезной. Мики слишком хорошо понимала таковой принцип мышления. С того момента, когда она осознала, что является девятихвостой лисой — она надеялась найти хоть какой-то смысл в своей жизни перед смертью. Большую часть своей жизни она ощущала себя бесполезной обузой, которая только и делала что мучилась от боли и слабости. Так что Мики была счастлива видеть в себе изменения. Прошло всего несколько месяцев, но теперь она полностью отличалась от своего прошлого болезненного я.

Она даже отчасти хотела вернуться в семью и показать семье, что у неё всё хорошо. Правда она так же очень боялась с ними пересечься. Всё-таки она не перестала быть девятихвостой лисолюдкой, поэтому её преобладающая связь с миром духов продолжала пугать других зверолюдов. В городе всё ещё были те, кому не нравилось её присутствие. Её положительная репутация постепенно росла, но бесчисленные десятилетия не самого лучшего опыта было трудно победить. Лишь только Мастер из всех людей видел за её болезнью нечто большее.

Именно Мастер показал, что она совсем не то существо, которое видели в ней остальные. Девятихвостых лисолюдов боялись, как тех, кто одним своим присутствием приманивал духов, несчастья и тьму. Но именно эта её связь делала её могущественным Спиритуалистом. Она даже смогла стать серьёзной противницей для самого сильного призрака Старого Чалма, и, если бы не её участие — город ещё бы долго не смог оправиться от пагубного влияния засилья призраков и характерного подземелья. Конечно, её профессия Алхимика тоже была небесполезной, но Спиритуалист всё ещё был главной скрипкой в симфонии спасения города.

Говоря коротко — суть была в том, что она понимала страх Раисы быть отвергнутой и её жажду ощутить одобрение, поэтому старалась вести себя с ней вежливо. Правда это не отменяло того факта, что кое-чем Раиса ей всё-таки не нравилась — порой, как минимум по мнению Мики, ей было слишком легко угодить, не находите? Насколько Мики смогла вычленить логику недавних действий — она буквально была морально сломана из-за того, что не смогла оставить атаку на подземелье настоящей Терры, но уже через некоторое время счастливо тянула Мики за руку, словно ничего и не произошло. Её хвост выдавал её настроение в разы ощутимее, чем у остальных зверолюдов.

Мики знала не так уж много волколюдов, но даже среди них Раиса выглядела самой легко читаемой представительницей вида, настолько чётко можно было увидеть её настроение. Мики была удивлена тем фактом, что Мастер не понимал её чувства так же отчётливо, как и остальные. Впрочем, стоило признать, что порой Мики казалось, что Мастер намеренно старается обращать на чужие эмоции несколько меньше внимания, дабы не заставлять людей чувствовать себя неудобно из-за их, возможно, не намеренной открытости. Но это было лишь предположением Мики.

И вот наконец Мики с Раисой вошли в подземелье, держась за руки, словно они были близкими подругами. Мики мгновенно почувствовала давление миазмы. Но она смогла с лёгкостью ослабить оное. Раиса тоже имела определённую долю сопротивления миазмам после многих лет похождений по подземельям. Однако, даже не обладай они сопротивлением к оным — подземелье Мастера всегда ощущалось несколько отличным от естественных подземелий. Здесь миазмы всё ещё были тёмным атрибутом, но не ощущались так сильно вредящими.