Твое... величество! Anthology - Галина Дмитриевна Гончарова

- Святая, - понеслось откуда-то шепотом…

- Дурак! Благословение Многоликого!

- Истинно, явил Он свою милость…

Мария подошла к следующему.

Получеловек-полукабан…

Пальцы королевы творили знамение, а существо… Мария и ахнуть не успела, как оно откинулось назад, выдохнуло… и только застывшие глаза отражают кусочек неба.

- Умер?

- Освободился. Иначе никак не получалось, наверное…

Мария поежилась. Но ее сила могла действовать и так, наверное. Кто-то становился зверем, и уходил. Мария знала, они проживут звериную жизнь. Они даже после смерти не станут людьми, потому что это не дар Многоликого. Это происки чужого жестокого ума.

Этим людям причинили много горя и боли, и они уже никогда не будут людьми. Даже Многоликий не сможет их вернуть.

Но дать им хорошую и долгую звериную жизнь – реально.

На камнях остались лежать четверо.

Четыре человека, которых изменили насильно. Сейчас они лежали так спокойно, и глаза смотрели в глубокое синее небо.

Мария опустилась на колени рядом, не жалея роскошного платья, закрыла каждому глаза… показалось, что так будет правильно. И как-то остро, всей своей змеиной сущностью почуяла, что они ушли… спокойно. Без боли, без отчаяния, ушли по радуге туда, где их души примет в ладони Многоликий. Примет и даст им новое рождение. Может, даже и второй облик даст, уж сколько они настрадались…

- Ваше величество?

Рикардо протянул руку, Мария оперлась на нее и встала.

- Где. Эта. Мразь?

Посол Фардании оказался неподалеку. Специально его, что ли, так придерживали?

***

Эрр Ридео Иролен смотрел с вызовом. Зло, отчаянно.

- Ваше величество?

- Узнаете, значит, эрр, - бледно усмехнулась Мария. – Что у нас из преступления? Заговор, убийство короля… это на что тянет?

- Колесование и четвертование с особой жестокостью, с прижиганием, дней за десять, - подсказал Рикардо. – На главной площади. Потом остаток на кол сажают и оно так подыхает. До-олго.

Мария поморщилась.

- Неаппетитно. Но полагаю, эрр…?

- Ридео Иролен, - подсказал кто-то.

- Вот, эрр Иролен и больше заслужил.

- Меня должен судить мой король! – взвизгнул на глазах побледневший эрр. Очень убедительно Мария выглядела, когда ему все это обещала.

- Который вам и приказал это сделать?

Эрр Ридео замялся.

Мария прошлась рядом с ним, оглядывая эрра, словно экспонат на выставке в кунсткамере. А что? Вполне себе уродец, только не заспиртованный. А выглядит неплохо, высокий, симпатичный, женщинам должен нравиться. А она смотрит, и чудится ей большая такая куча свинячьего навоза. Даже запах соответственный.

- Вот ведь беда, эрр Ридео. Судить вас? Нарываться на ссору с Фарданией? Оно понятно, я сделаю. Только вот что мне это даст? Если так задуматься? Ханс признает, что вы виноваты? Нет, конечно. И свою вину не признает, и потонем мы в мелких ссорах и склоках, и смысла никакого в этом не будет. Я бы не постеснялась, ввязалась в драку, но…

- Но? – перекосило Ридео.

- Я не могу этого сделать, - жестко ответила Мария. – Это выше меня. И вас тоже. Прощайте, эрр Ридео. Волей Многоликого!

Ладонь Марии легла на алый камень на груди, и тот вспыхнул так, что на миг рука стала прозрачной. Эрр Ридео захрипел, оседая на колени, скрючиваясь… его бросило на колени…

Все было кончено меньше, чем через минуту. На брусчатке сидела здоровущая зеленая жаба, и в глазах ее не было и проблеска разума.

- Куааааа?

Рикардо размахнулся ногой и наподдал бы несчастной животинке так, что в Эрланде появились бы летучие жабы. Остановила Мария.

- Не надо. Это просто животное, пусть уходит.

- Животное?

- Человеком ему уже никогда не стать. Он лишил людей права на человечность, и Многоликий покарал его. Вот и все.

Мария улыбнулась, и стала оседать вниз. Почему-то голова закружилась… и потемнело как-то. Уже вечер?

***

Рикардо подхватил тело королевы, прижал к груди. Толпа ахнула, все подались к нему, как один, и если бы жаба не ускакала сама, повинуясь инстинктом, быть бы ей блинчиком. Зелененьким таким.

- Жива? – выкрикнул кто-то. Кажется, эрр Демьен?

- Жива, - отозвался Рикардо. – такие вещи даром не проходят, вот ей и поплохело. Многоликий свою плату тоже берет.

- Многоликий, да… воля Многоликого…

- Ей просто выспаться надо… что с покоями королевы? Хотя…

- Лучше не надо, - покачал головой эрр Демьен. – Можно в покои фрейлин, там сейчас пусто.

Рикардо кивнул, и решительным шагом направился в покои фрейлин.

Димас Бустон выступил вперед.

- Эрры, прошу вашего внимания. То, что сегодня произошло на наших глазах, не должно разглашаться. Я понимаю, слухи будут, сплетни, но, если фарданцы узнают о благословении, ее величество окажется в страшной опасности. Потому распространение слухов, сплетен… я понимаю, что все не остановить, но еще раз призываю к умеренности.

Все.

Если бы Димас хотел больше распространить слухи… лучше он бы и не придумал. Известно же! Хочешь, чтобы что-то сделали? Запрети!

А Бустону того и надо было. Он поклонился всем присутствующим, развернулся и отправился распоряжаться.

Тело короля надо было перенести в часовню, тварей убрать, убитых тоже…

Дел предстояло много. Но работать на благо ее величества канцлеру нравилось определенно больше. Пусть Мария его потом выгонит, ее право. А пока он постарается помочь, чем сможет.

Глава 9

Рикардо сидел рядом с Марией.

Отходить от королевы, пока она в обмороке и не сможет постоять за себя? Ну уж – нет!

Сейчас она слабая, беззащитная, и его долг охранять покой любимой. За себя Рикардо как раз не боялся, что с ним могут сделать? Со скромным морским змеем таких размеров, что перекинься он – и любого врага просто массой по стеночкам уплющит? Да он еще и не во всех дворцовых коридорах поместится!

В комнату без стука вошли еще двое. Рикардо напрягся, и тут же успокоился. Бустон, считай, свой. А вот что тут Демьену понадобилось?

- Эрры?

Рене молча прошел вперед и устроился у кровати, на полу. Рикардо чуточку даже память кольнула, раньше Рене так же устраивался у кровати Иоанна. На охоте, к примеру, когда его величество отдыхать изволил. Садился, раскидывал неожиданно длинные ноги, вальяжно откидывался спиной на