Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

отправил отцу закодированную телеграмму с именами и адресами свидетелей жестокого обращения с рабочими на шахтах, и, вероятно, сейчас они уже мертвы. Теперь, к неописуемому удовольствию Эдварда, всем казалось, что Хью устроил панику на пустом месте.

Тем временем Эдвард уговорил Солли Гринборна совместно с Пиластерами выпустить облигации железной дороги Санта-Марии. Это было нелегко: Солли, как и большинство инвесторов, с предубеждением относился к южноамериканским предприятиям. Эдварду пришлось предложить высокие комиссионные ему и принять участие в совместной спекулятивной сделке, прежде чем Солли дал свое согласие. Немалую роль тут сыграл и тот факт, что они учились в одной школе; Мики подозревал, что если бы не мягкий характер Солли, уговорить его было бы куда труднее.

Теперь они заключали контракты с различными инвесторами. Дела продвигались медленно. Труднее всего было втолковать Папе, почему нельзя все решить за пару часов. Отец требовал денег немедленно.

Но, вспоминая, какие препятствия пришлось ему преодолеть, Мики приходил к выводу, что вправе гордиться собой. После отказа Эдварда задача казалась почти невыполнимой. Тем не менее с помощью Августы ему удалось уговорить Эдварда жениться и стать партнером банка. Потом он разобрался с препятствиями в лице Хью Пиластера и Тонио Сильва. Теперь оставалось только подождать, когда же его усилия начнут приносить плоды. Дома железную дорогу в провинции Санта-Марии, безусловно, будут называть «Дорогой Мики». Полмиллиона фунтов — огромная сумма, больше, чем военный бюджет иного государства. Одно это достижение перевешивает все, чего когда-либо добивался его брат Пауло.

Несколько минут спустя он зашел в заведение Нелли. Веселье было в разгаре: все столы заняты, в воздухе клубы табачного дыма, непристойные шутки и грубый смех женщин, едва ли не заглушающий небольшой оркестрик, играющий популярные мелодии. Все женщины носят маски, кто-то простые домино, но многие — более искусные, с дополнением в виде пышных причесок и причудливых головных уборов. Некоторые оставили открытыми только глаза и рот.

Мики проложил себе путь сквозь толпу, кивая знакомым и целуя встречных девушек. Эдвард сидел в комнате для игры в карты, но встал со стула, едва увидел Мики.

— Эйприл припасла нам девственницу, — сказал он, едва ворочая языком.

Час был поздний, и он уже напился.

Мики никогда особенно не ценил девственность, но было бы забавно посмотреть на испуганную незнакомку, для которой все это еще в новинку.

— Сколько ей лет?

— Семнадцать.

«То есть скорее двадцать три», — подумал Мики, зная, как Эйприл оценивает возраст своих девушек. И все же интересно, что она там приготовила.

— Ты видел ее?

— Да, но она в маске, конечно же.

— Разумеется.

Интересно, что ее привело сюда? Наверняка какая-нибудь провинциальная девчонка, сбежавшая из дома и оказавшаяся в Лондоне без гроша в кармане. А может быть, ее похитили с фермы или она работала горничной по шестнадцать часов в день за шесть шиллингов в неделю?

Его руки коснулась женщина в едва прикрывавшей глаза черной маске-домино. Мики сразу же узнал Эйприл.

— Настоящая девственница, — сказала она.

Уж она-то не упустит возможности вытянуть из Эдварда небольшое состояние за привилегию воспользоваться сомнительной девственностью девчонки.

— Ты сама щупала ее между ног? — недоверчиво спросил Мики.

Эйприл покачала головой.

— Это необязательно. Я и так понимаю, когда девушка говорит правду.

— Если я не почувствую, что там что-то порвалось, то не заплачу, — предупредил Мики, хотя оба знали, что платить будет Эдвард.

— Договорились.

— И что она там напридумывала про себя?

— Говорит, что сирота, воспитанная дядей. Он захотел поскорее сбыть с рук обузу и пообещал выдать ее замуж за одного старика. Когда же она воспротивилась этому браку, он выгнал ее на улицу. Я спасла ее от тяжелой работы.

— Ты настоящий ангел! — с сарказмом воскликнул Мики.

Он не поверил ни единому слову в этой истории. За маской выражения лица Эйприл было не разглядеть, но он был уверен, что она что-то скрывает.

— А теперь хотелось бы узнать правду, — сказал он, окинув ее более строгим взглядом.

— Я уже все сказала. Если не хочешь, то у меня на примете еще шесть мужчин, которые заплатят столько же, если не больше.

— Да-да, мы хотим ее, — нетерпеливо вмешался Эдвард. — Хватит спорить, Мики. Давай посмотрим на девчонку.

— Третья комната. Она ждет.

Мики с Эдвардом поднялись по лестнице, на ступенях которой сидели обнимавшиеся парочки, и прошли в комнату номер три.

Девушка стояла в углу. На ней было простое муслиновое платье и плащ с полностью закрывавшим лицо капюшоном с прорезями для глаз и рта. В душу Мики снова закрались подозрения. Вдруг им подсунули необычайную уродину? Это что, розыгрыш?

Между тем девушка дрожала, очевидно от страха, и Мики почувстствовал, как внутри его разгорается страсть. Чтобы запугать ее еще больше, он быстро пересек комнату, грубо расстегнул ворот ее платья и просунул руку к груди. Она поморщилась, в ее голубых глазах отразился ужас, но она осталась на месте. Груди у нее были маленькие и плотные.

Ее страх пробуждал в нем зверя. Обычно они с Эдвардом сначала некоторое время играли с женщиной, но сейчас он решил действовать напролом.

— Залезай на кровать и становись на колени, — приказал он.

Она подчинилась ему. Он взобрался на кровать сзади и поднял ее юбку. Из уст девушки вырвался слабый крик. Под юбкой у нее ничего не было.

Проникнуть в нее оказалось легче, чем он ожидал: должно быть, Эйприл дала ей крем для смазки. Почувствовав сопротивление девственной плевы, он ухватился за ее бедра и решительно потянул к себе. Пленка порвалась, девушка принялась всхлипывать, и это настолько возбудило Мики, что